Чтение онлайн

Он надеялся, что нет. Женщина производила впечатление стервы. Такие склонны контролировать каждый шаг мужа, не давая ему вздохнуть. От нее жди неприятностей. Вряд ли она захочет, чтобы мастер Элзефар им помогал.

– Ну? – сказала женщина, не дождавшись ответа на свой вопрос.

Краск слегка поклонился.

– Прошу прощения за беспокойство. Мы разыскиваем Джонаса Элзефара.

– Джонас Элзефар? – Женщина нахмурилась. – Не знаю такого. И уж точно он здесь не живет. Вы ошиблись домом.

Дверь начала закрываться. Баллас сунул ногу в щель. Женщина возмущенно уставилась

на него.

– Мы проделали долгий путь, – угрюмо сказал Баллас, – помогите нам.

– Вы что, не слышали? Этот человек… этот Элзефар – здесь не живет.

Баллас поднял глаза.

– Но он здесь жил?

– Я… – начала женщина.

– Он жил здесь когда-нибудь? – настаивал Баллас. Женщина нехотя кивнула.

– Он отвратительный, злой человек. И наверняка большой грешник. Калека – а воображает о себе невесть что. Заносчивый, самодовольный. Сам едва мог подняться по лестнице, а уж гонору – на трех здоровых хватило бы. Самовлюбленный мерзавец… – Она покачала головой. – Я не хочу о нем говорить. Поминать калеку – навлечь беду на свою голову.

– Так где он теперь живет? – спросил Баллас. Женщина злорадно улыбнулась.

– В доме при копировальной конторе, на улице Пивоварен. Жуткое место. В самый раз для него…

Получив указания, они разыскали улицу Пивоварен. Копировальная контора оказалась длинным одноэтажным строением, растянувшимся на пол-улицы. Выстроенная из черного кирпича, с узкими стрельчатыми окнами, она немного напоминала церковь. На двускатной черепичной крыше поблескивала изморозь. Над дверью висел жестяной знак: перо на фоне пергамента.

Оконные стекла были чистыми и прозрачными. Сквозь них Баллас увидел деревянные столы и сидящих за ними многочисленных писцов.

– Что будем делать? – задумчиво сказал Краск.

– Как это что? – мрачно переспросил Баллас.

– А ты собираешься просто взять и войти? – Краск глянул в окно. – Посмотри, сколько там народу. Кто-нибудь непременно тебя запомнит.

Краск был прав. Баллас почесал в затылке.

– Иди туда, – наконец сказал он, – и вызови мастера Элзефара. Наври ему что-нибудь…

– Что, например?

– Уж придумай, – буркнул Баллас.

Старик исчез за дверью. С безопасного расстояния Баллас наблюдал за ним через окно. Едва Краск вошел, все писцы тут же подняли головы. Краск что-то сказал, потом пересек комнату и исчез из поля зрения Балласа.

– Лучше бы твоему отцу не наделать ошибок, – пробормотал Баллас, глядя на Эреш. – Для своего блага – и твоего тоже.

Девушка покачала головой.

– Ты отвратителен, – сказала он.

– Три дня назад ты пыталась убить меня. Я нахожу это отвратительным. Счастье еще, что ты неуклюжа: твои шаги меня разбудили. – Баллас помолчал, смерив девушку взглядом. – И твое благоухание. Ты не мылась несколько дней – и все же от тебя хорошо пахнет. Могу поспорить, ты никогда не пользовалась духами. Тебе незачем. – Он снова вернулся взглядом к окну. – Скажи мне: отвратительно ли то, что я тебя не убил?

Эреш чуть заметно усмехнулась.

– Вряд ли ты оставил меня в живых по доброте душевной, – спокойно сказала она. – Раз ты меня отпустил – значит у тебя были на то причины. Да, теперь-то

я понимаю. Если бы ты убил меня, отец не стал бы тебе помогать. Пока я жива, ты можешь держать его на коротком поводке. Он сделает все, чтобы спасти меня. – Девушка горько рассмеялась. – Ты глупый человек, Анхага Баллас. Ты не можешь понять, что такое верность, и надеешься только на угрозы.

– Верность – зыбкая штука, – хмыкнул Баллас. – Страх куда надежнее.

– И переписчика ты тоже запугаешь?

– Если понадобится, – кивнул Баллас.

– А что, если у Элзефара нет родных, которыми его можно шантажировать?

Баллас не ответил, потому что Краск снова появился в поле зрения. Следом за ним шел невысокий седовласый мужчина с мрачным и энергичным лицом. Он двигался медленно и неуклюже, помогая себе деревянными костылями. Опираясь на них, выбрасывал ноги вперед и снова переставлял костыли. Ноги же, как заметил Баллас, были связаны в лодыжках – видно, для большей устойчивости.

Баллас понаблюдал, как Элзефар продвигается к двери.

– Дети? Родственники? – сказал он, покачивая головой. – Нет. Достаточно выбить у него костыль. Или просто толкнуть…

Дверь открылась. Показался Краск. Следом за ним вышел переписчик.

Джонас Элзефар оглядел гостей мрачным взглядом темно-зеленых глаз. На лице его застыло брезгливое выражение, словно окружающий мир не вызывает у него иных чувств, кроме гадливости. У него был широкий тонкогубый рот, на твердом подбородке блестела седая щетина. Закатанные до локтей рукава обнажали худые руки, оплетенные веревками вен. На пальцах виднелись темные пятна чернил.

Элзефар переводил взгляд с Эреш на Балласа (последнего он осмотрел особенно пристально). Потом кивнул на Краска.

– Этот человек сказал, что у вас для меня работа. Неофициальная. И вы не хотите оформлять легальный заказ, а предпочитаете, чтобы я взял ее на себя – частным, так сказать, порядком. – Элзефар чуть склонил голову набок, задумчиво созерцая Балласа. – Я лучший копировщик Друина. Я делаю эту работу быстрее и лучше всех. С рассвета до заката я работаю здесь. – Он ткнул большим пальцем себе за спину, указывая на контору. – Делаю копии всевозможных документов. Научные трактаты, судебные протоколы, тексты молитв, чертежи зданий – я способен в точности воспроизвести все, что только возможно изобразить на листе пергамента. Я могу подделать любой документ так, что он будет не хуже оригинала, а еще и получше. И потому я не продаю свои таланты задешево. А иногда не продаю вообще. Мое начальство запрещает брать работу на стороне. Так что если вам нужно что-то скопировать – договаривайтесь с хозяевами.

Элзефар замолчал и сплюнул себе под ноги. Баллас чуть приподнял брови.

– Ты переписываешь молитвы?

– Да. – Элзефар равнодушно пожал плечами. – И их, и прочие религиозные тексты. Гимны, работы теологов, сборники псалмов…

– Выходит, ты работаешь на Церковь? – спросил Баллас. Элзефар прищурился.

– На Церковь?.. Я работаю на своих хозяев. А они – на всех, кто платит. Церковникам часто потребны наши услуги. Она для нас – как клиент для шлюхи. Делаешь все, что потребно, и получаешь деньги.