Чтение онлайн

Его взгляд скользнул вниз по стене, не задержавшись на пожелтевшем постере, но потом вернулся назад и остановился на нём.

Тёмное двуногое существо, шагающее через заторенный брёвнами ручей, имело смазанные, расплывчатые очертания, но смотрело в сторону Рида. Холодок пробежал у него по спине. Он не увидел серебристо-зелёных глаз, зловеще мерцающих в темноте, но испытал вдруг прежний, бьющий по нервам и вгоняющий в дрожь ужас.

Он перевёл глаза на стеклянную витрину под постером и сосредоточил взгляд на гипсовом слепке с отпечатка огромной

ступни. Когда он склонился над витриной, в памяти у него всплыл звук, подобный которому могла произвести такая вот нога, ступающая по мягкой земле. Внезапно стремительность и проворство тени, мелькнувшей перед ним в ночном мраке, показались Риду не такими уж невозможными.

Сердце у него забилось чаще, руки затряслись. Он окинул взглядом вестибюль, увидел за окнами людей, которые собирались отправляться на поиски по завершении прочитанной Джимми лекции о том, как следует обращаться с разорванными на части телами и ополоумевшими от страха, галлюцинирующими родственниками погибших. Неужели никто из них не видел гипсовый слепок под стеклом или постер на стене? Неужели никому не пришло в голову, что это мог быть не медведь вовсе, а…

Осторожность взяла верх над прочими чувствами, и Рид никуда не побежал с воплями.

Конечно, они видели это и слышали его рассказ. Он попытался понять, почему мысли у них текут лишь в одном направлении, сосредоточиваются лишь на одном объяснении, и нашёл лишь один ответ: они не были там прошлой ночью.

Он снова посмотрел на постер, пытаясь представить такое существо в темноте…

— Не думаю, что вам стоит смотреть на это.

Арлен Пик, хозяин отеля, вышел в вестибюль из сувенирной лавки. Он стоял под огромной медвежьей шкурой, устремив на Рида тревожный взгляд.

Рид кивнул в сторону витрины.

— Я никогда раньше не видел подобного существа.

— Мало кто видел, а все видевшие предпочитают держать язык за зубами.

— А вы видели?

Старик покачал головой, почти печально.

— Нет.

Рид понял, что этому человеку вполне можно довериться.

— Мне кажется, я видел.

Пик подошёл к нему и мягко сказал:

— Сынок, тебе нужно быть уверенным в этом. Я не хочу, чтобы кто-нибудь решил, будто я заморочил тебе голову разными россказнями.

Рид уставился на гипсовый слепок.

— Они… они издают звуки, похожие на женский плач? Не крик, а… ну знаете, стоны, рыдания?

Хозяин гостиницы слабо улыбнулся и покачал головой.

— Откуда вы знаете?

— Просто никто никогда такого не слышал.

— А они пахнут дурно, как самая зловонная подмышка на свете?

Пик немного поколебался, а потом ответил:

— Только когда они испуганы или расстроены. Обычное дело для человекообразных обезьян. Такой защитный механизм.

— А они воют и визжат, как… ну, как обезьяны? Серебряные коронки старика блеснули в свете, льющемся в окна.

— Это я слышал.

— А они свистят? — Рид попытался изобразить свист, который слышал: протяжный, с лёгкими переливами.

Теперь

Пик встрепенулся и выпрямился, пристально на него глядя.

Спасательные команды были готовы выступить в лес. Джимми Кларк и шериф Миллз, с винтовками за спиной, обменялись взглядами с Питом Хендерсоном, а потом посмотрели в сторону главной двери отеля.

— Вы ведь видели его, верно? — спросил Джимми. — У него такой вид, словно он дури обкурился.

Шериф Миллз помедлил лишь несколько мгновений, обвёл взглядом собравшихся людей, а потом глубоко вздохнул.

— Ладно, возьмёмся за дело! — крикнул он. — Давайте двигаться!

Передняя дверь открылась. Все разом замерли на месте.

Рид вышел наружу, чуть бледный, чуть шаткой поступью, но держась прямо, с рюкзаком за плечами, в своей форменной фуражке. Он принял решение и напряжённым голосом сказал шерифу Миллзу:

— Готов выступить по вашему приказу, сэр.

Бек услышала протяжный свист с лёгкими переливами. Потом отвратительные утробные звуки, похожие на похрюкиванье гигантской старой свиньи в луже грязи. Снова похрюкиванье. И снова свист.

Потом Бек осознала, что во рту у неё какое-то месиво — комковатое, как липкий изюм, и кислое, как лесные ягоды, — и кто-то в огромных кожаных перчатках запихивает в неё следующую порцию месива.

Она подавилась, закашлялась и выплюнула всё…

И весь мир сотрясся.

Бек открыла глаза. Всё ещё затянутые плёнкой слизи после долгого сна, они видели неясно.

Кто-то качал её на руках, завёрнутую в вонючее коричневое одеяло.

«Спасение! Я спасена!»

Снова раздался свист, похожий на свист кипящего чайника.

Хлюп! Следующая порция давленых ягод оказалась у неё во рту, и она чувствовала, что лицо у неё перемазано соком. Она отдёрнула голову, отплюнулась, проморгалась.

Мир обрёл чёткость очертаний, и она поняла, что находится не дома. Она видела лишь переплетённые ветви и зелёные листья. Свежий ветерок говорил о том, что она по-прежнему где-то в горах, где-то в густых зарослях кустов. Кустов с ягодами. Черника?

Она подняла взгляд…

НЕТ!

Она судорожно глотнула ртом воздух и оцепенела, с отвисшей дрожащей челюстью. Хотя руки у неё затряслись, она не посмела ни пошевельнуться, ни издать хоть звук. Она могла лишь лежать, скованная ужасом, и таращиться в жуткие глаза, смотревшие на неё.

Глаза были тёмно-жёлтые, с грязно-коричневыми белками вместо обычных белых. Глубоко посаженные под низким выступающим лбом, они смотрели напряжённо, испытующе — точно изучали редкий образец насекомого под микроскопом. Красновато-коричневое лицо, с грубой кожей, похожей на растрескавшуюся кожу старого седла, обрамляли густые всклокоченные волосы.

Бек чувствовала на своём лице жаркое смрадное дыхание. Выпяченные губы растянулись, показав ряд белых зубов, и существо засвистело.

Именно такой свист Бек слышала в темноте, когда сверкающие глаза сверлили её и мёртвый мужчина висел на дереве.