Чтение онлайн

странно, как будто Джек Торранс что-то - нечто - скрывал.

Или так далеко упрятал в себя, что до этого невозможно было добраться.

– Думаю, он вообще не сияет, - закончил Холлоранн.
– Так что за них не беспокойся. Просто сам будь поосторожней, Не думаю, что хоть что-нибудь тут может-причинить тебе вред.

Так что спокойствие, о'кей?

– О'кей.

– Дэнни! Эй, док!

Дэнни огляделся по сторонам.

– Это мама. Я ей нужен, надо идти.

– Знаю, - сказал Холлоранн.
– Желаю хорошо провести зиму, Дэнни. Так хорошо, как сумеешь.

– Ладно. Спасибо, мистер Холлоранн. Мне намного лучше.

В

его сознании возникла улыбающаяся мысль:

(для друзей - Дик)

(да, Дик, ладно)

Их глаза встретились, и Дик Холлоранн подмигнул.

Дэнни пролез на сидение машины и открыл дверцу. Когда он вылезал, Холлоранн позвал: - Дэнни?

– Что?

– Если будут неприятности... позови. Заори как следует, погромче, как несколько минут назад. Я сумею тебя услышать даже далеко на юге, во Флориде. А услышу, так примчусь со всех ног.

– Ладно, - сказал Дэнни и улыбнулся.

– Осторожней, паренек.

– Угу.

Дэнни захлопнул дверцу и побежал через стоянку к крыльцу, где, обхватив себя руками на знобящем ветру, стояла Венди.

Холлоранн смотрел, широкая улыбка медленно таяла.

Не думаю, что хоть что-нибудь - тут может причинить тебе вред.

Не думаю...

Но что, если он ошибся? Как только он увидел ту хреновину в ванне номера 217, то понял, что отработал в "Оверлуке" свой последний сезон. Хреновина эта была много хуже любой картинки в любой книжке, а бегущий к маме мальчик казался отсюда таким маленьким...

Его взгляд проплыл к декоративным зверям.

Он резко завел машину, переключил передачу и поехал прочь, стараясь не оглядываться. Конечно же, он оглянулся и, конечно же, крыльцо оказалось пустым. Они ушли внутрь. Как будто "Оверлук" проглотил их.

12. ВЕЛИКИЙ ОБХОД

– О чем вы говорили, милый?
– спросила Венди, когда они вернулись внутрь.

– Ничего особенного.

– Долгонько же вы говорили ни о чем.

Он пожал плечами, и в этом жесте Венди узнала отца Дэнни. Вряд ли сам Джек проделал бы это лучше. Больше из

Дэнни было ничего не вытянуть. Венди почувствовала сильную досаду, смешанную с ещё более сильной любовью: любовь была беспомощной, а досада происходила от ощущения, что её намеренно исключили из чего-то. С ними она иногда чувствовала себя посторонней, исполнительницей крошечной роли, которая (случайно забрела обратно на сцену, где разворачивались главные события. Что ж, нынешней зимой этой доводящей Венди до белого каления парочке не удастся отлучить её от себя - в квартире для этого слишком мало места. Она вдруг поняла, что ревнует к тому, насколько близки её муж и сын, и ей стало стыдно. Это слишком напоминало то, что, должно быть, чувствовала её мать... слишком, чтобы не встревожиться.

Сейчас вестибюль был пуст, если не считать Уллмана и главного клерка за стойкой (они подбивали итоги возле кассы), парочки переодевшихся в теплые брюки и свитера горничных, которые стояли у парадной двери, обложившись багажом, и Уотсона, здешнего техника-смотрителя Он заметил, что Венди смотрит на него, и подмигнул... определенно развратно. Она торопливо отвела глаза. Джек был у окна сразу за рестораном, он с мечтательным видом разглядывал пейзаж, явно наслаждаясь.

Видимо, снимать кассу закончили, потому что Уллман с внушительным хлопком запер её. Он надписал на ленте свои инициалы и спрятал её в маленький футляр на молнии. Венди про себя поаплодировала клерку, лицо которого выразило огромное облегчение. Уллман производил впечатление человека,

который любую недостачу вырвет у главного клерка из-под шкуры... не пролив ни капли крови. Венди не очень-то заботил Уллман и его назойливая суетливая манера держаться. Он был точь-в-точь таким, как все начальники, с которыми ей приходилось иметь дело - что мужчины, что женщины. С клиентами он умел быть сахаринно-сладким, а за кулисами, с персоналом, превращался в мелкого тирана. Но сейчас дисциплине пришел конец, и на лице главного клерка читалась написанная крупными буквами радость. С дисциплиной, кстати, было покончено для всех, кроме них с Джеком и Дэнни.

– Мистер Торранс, - властно позвал Уллман.
– Будьте любезны, подойдите сюда.

Джек пошагал к нему, кивнув Венди и Дэнни в знак того, что и им следует подойти.

Клерк, который ушел было внутрь, теперь вернулся, уже в пальто.

– Желаю хорошо провести зиму, мистер Уллман.

– Сомневаюсь, - холодно сказал Уллман.
– Двенадцатого мая, Брэддок. Ни днем раньше. Ни днем позже.

– Да, сэр.

Брэддок обошел стойку. Лицо его, соответственно положению, выражало достоинство и рассудительность, но, когда он полностмо повернулся к Уллману спиной, то ухмыльнулся, как школяр. Он что-то быстро сказал двум девушкам, все ещё ожидавшим у дверей свою машину, и вслед ему полетел короткий взрыв сдавленного смеха.

Теперь Венди начала замечать, как здесь тихо. Тишина навалилась на отель, как тяжелое одеяло, заглушающее все, кроме слабой пульсации дня снаружи. С того места, где она стояла, можно было заглянуть в вылизанный сейчас до стерильности внутренний офис. Там было два пустых стола и два серых стеллажа с папками. Дальше виднелась кухня Холлоранна, без единого пятнышка, большие двустворчатые двери с круглыми окошечками были раскрыты и подперты резиновыми валиками.

– Я подумал, что потрачу несколько лишних минут и проведу вас по Отелю, - сказал Уллман, и Венди подумала, что в его тоне всегда слышится заглавное "О". Вы просто обязаны были услышать его.
– Уверен, ваш муж хорошо узнает здешние входы и выходы, миссис Торранс, но вы с сыном, несомненно, в основном будете держаться первого и второго этажей, где находится ваша квартира.

– Несомненно, - застенчиво пробормотала Венди, а Джек исподтишка взглянул на нее.

– Это очень красивый отель, - экспансивно объявил Уллман.
– Мне просто нравится показывать его.

"Готова спорить, так оно и есть", - подумала Венди.

– Пойдемте на четвертый этаж, а оттуда спустимся вниз, - сказал Уллман. Определенно, в его голосе звучал энтузиазм.

– Если мы вас задерживаем...
– начал Джек.

– Нисколько, - сказал Уллман.
– Магазин закрыт. "Ту финн", по крайней мере, на этот сезон. Кроме того, я собираюсь переночевать в Боулдере конечно, в "Боулдерадо". Единственный приличный отель по эту сторону Денвера... не считая, конечно, самого "Оверлука". Сюда.

Они все вместе вошли в лифт, богато украшенный медными и латунными завитушками, но тот заметно осел ещё до того, как Уллман раскрыл дверцу. Дэнни с легким беспокойством пошевелился, но Уллман сверху вниз улыбнулся ему. Дэнни попытался улыбнуться в ответ - без заметного успеха.

– Нечего бояться, мужичок, - сказал Уллман.
– Безопасно, как у Христа за пазухой.

– Про "Титаник" тоже так говорили, - заметил Джек, поднимая глаза на стеклянный шар в центре потолка кабины.

Венди прикусила изнутри щеку, чтоб удержаться от улыбки.