Молот. Начало пути

Незнакомка покачивалась в такт долбящим битам. Черная смоль длинных волос сливалась с полумраком ночного клуба. Кислотные лучики проектора скользили по точеной фигуре. Бесконечно можно смотреть на три вещи: горящий огонь, бегущую воду и извивающийся силуэт незнакомой девушки.

Я слизнул соль с запястья и опрокинул стопку текилы, закусив долькой лайма. Алкоголь живительным теплом разлился по жилам. Заигравший медляк разогнал скачущих посетителей за барные столики. Танцпол поредел, давая смуглянке волю. Она переместилась в центр

площадки и, закрыв глаза, ушла в нирвану. Я не сводил с нее взгляда, не решаясь нарушить таинственный танец.

Пятничный вечер был в самом разгаре, но особо меня не радовал. Хотелось спокойствия и уединения, и только бутылка текилы и фигура в золотисто-черном платье, обтягивающем тело девушки словно кожа змеи, удерживали меня в привычном заведении.

На танцпол шаткой походкой выдвинулся бритоголовый бугай. Желтая цепь в палец толщиной едва обхватывала бычью шею. Он пристроился к незнакомке, пытаясь исполнить «танец локтями», вырисовывая ритуальные па альфа-самца. Девушка демонстративно отвернулась к барной стойке, на миг зацепившись со мной взглядами. Бритоголовый, приняв это как призыв к сближению и подергиваясь, пристроился к ней сзади почти вплотную. Смуглянка отпрянула, отстранив кабана жестом. Но тот не унимался, расплывшись в тупой улыбке, больше напоминавшей оскал, схватил девушку за руку и притянул к себе. Та выскользнула из медвежьих объятий и юркнула в темноту зала.

Я опрокинул очередную стопку текилы и поморщился, разжевывая кислую дольку. Боковое зрение уловило тонкий силуэт, примостившийся рядом за барную стойку. Незнакомка в змеином платье смотрела на меня, прищурив глаза:

– Ты один?

Я улыбнулся:

– Теперь нет… Клубничный дайкири, – махнул я бармену.

– Угощайся, – я подвинул красный коктейль девушке. – Сергей, – и протянул открытую ладонь.

– Лана, – девушка улыбнулась и вложила ладошку в мою руку.

Я демонстративно чмокнул её кисть, которая оказалась на удивление холодна.

– Можешь одолжить мне свой поцелуй? Обещаю его вернуть, – продолжил я.

– Нельзя занимать незнакомцам…

Кто-то толкнул меня в плечо. В то же мгновение потная туша протиснулась между нами за барную стойку. Кабан, будто не замечая меня, осклабился в улыбке, возрадовавшись, что нашел сбежавшую.

– Куда ты пропала? Поехали ко мне, – прохрипел бугай, приобняв Лану.

– Девушка со мной, – я похлопал по плечу назойливого ухажера.

Тот повернулся ко мне:

– Слышь, паря, а тебе не тяжело будет поломанными руками зубы с пола собирать?

– Я не такой дурак, как ты выглядишь… Зачем мне собирать твои зубы?

Лана хохотнула. Кабан побагровел, схватил меня одной рукой за грудки и другой ударил в голову.

За мгновение до встречи его кулака с моим лицом я поднырнул под локоть вцепившейся в меня руки и правым боковым хряснул по квадратной челюсти. Кабан пошатнулся и расцепил захват. Но опомнившись, ринулся на меня словно буйвол. Я перехватил летящий кулак и, уйдя с линии атаки, подсечкой швырнул тушу в сторону. На полном ходу бугай врубился в барную стойку. Хрустальным дождем на пол посыпались рюмки и бокалы, распугав по углам посетителей.

Подоспевшие

секьюрити попытались меня скрутить, но разглядев мою ксиву, в недоумении замерли возле бугая, пытаясь привести его в чувство.

Лана схватила меня за руки и потянула к выходу:

– Пойдем, здесь шумно…

Я швырнул пятитысячную на барную стойку и устремился за девушкой.

Мотор такси мирно урчал, луна высвечивала задумчивое лицо Ланы на заднем сиденье. Я наслаждался рядом треком, лившимся из динамиков.

– Куда едем? – мой взгляд невольно остановился на глубоком декольте.

– Ко мне, – глаза девушки блеснули отраженной луной.

– Хорошо, только я не сплю с незнакомками…

– Жена не разрешает? – Лана прищурилась.

– Жена погибла.

– Прости…

– Два года уже прошло, – я поежился и закрыл глаза.

Подъезд старого дома дореволюционной постройки встретил запахом нафталина и подвальной сырости. Оштукатуренные стены с лепниной едва освещались одинокой мерцающей лампочкой, свисавшей над головой на заскорузлом проводе.

– Ого! Если бы не номера квартир, я бы подумал, что мы идем в гости к Дракуле, – сказал я, поднимаясь за Ланой на третий этаж.

– Квартира досталась мне от бабушки, – ответила она, отпирая массивную деревянную дверь на проржавевших петлях.

Дверь скрипнула, пропуская нас внутрь. Где-то щелкнул выключатель и пространство наполнилось приглушенным мертвенно-синим светом.

Из темной прихожей мы попали в огромную и единственную комнату с окнами от пола и закопченным камином.

– Мило… лофт с налетом старины, – я плюхнулся на диван из толстой потертой кожи. Из полумрака комнаты выглядывали статуэтки языческих богов. На стенах висели панно с изображениями мифических существ и ритуалов.

– Да у тебя как в музее! – глаза привыкли к полумраку, и я с интересом разглядывал необычную обстановку.

Лана схватила полотенце и выскользнула из комнаты. На резном столике у дивана гостеприимно расположился набор мини-бара: коньяк, мартини и какие-то ликеры. Я плеснул в бокал коньяка и посмотрел в окно. Лиловые тучи раздвинулись, обнажая полную луну. Сизая дымка зловеще ползла по небу, окутывая ночной город, словно хотела его поглотить. Я включил экран смартфона и посмотрел на часы. Близилась полночь пятницы. А число сегодня какое? Тринадцатое…

Чьи-то руки скользнули по моему торсу, обхватив сзади. Я почувствовал легкий аромат женского тела и обернулся. Обнаженная Лана обвила мою шею руками и впилась в меня поцелуем. Я скинул с себя одежду, и мы плюхнулись на огромную кровать с коваными спинками. Лана вскочила на меня сверху и, покрывая поцелуями, накинула петли на мои запястья.

– Я хочу тобой овладеть так, – прошептала она, ловко пристегнув петли к кованому орнаменту кровати. – Какое мускулистое у тебя тело…

Я не сопротивлялся, если хочет – пусть почувствует свое доминирование, потом все поменяется… Луна полностью вышла из-за туч и осветила ее великолепную фигуру с неестественно пепельно-серой кожей, приятной на ощупь. Странный загар.