Чтение онлайн

………………………. никто не сомневался в том, что у всех Авальдов были сильные фюльгья, духи-спутники, если не из рода асов, то уж наверняка из светлых альвов. А смерть им принесли, похоже, огненный воробей Локи, серый конь Фуллы и одна из нидхёгговых змеек.

Отец Хельги тоже носил имя Авальд. Он, Авальд Четырнадцатый, как уже сказано, был единственным сыном у своего отца и после его смерти заступил на его место, тоже став ярлом на северо-западе Рогаланда. Это произошло еще при Эйрике

Тетереве. Но через две зимы Эйрик Тетерев умер, и конунгом Рогаланда стал его старший сын Эйвинд, тот самый, которого воспитывал ярл Авальд Тринадцатый, Авальд Справедливый.

В дальние походы Авальд Четырнадцатый не ходил, а с юных лет по поручению отца защищал берега Рогаланда от морских разбойников; они стали называть себя викингами, и их уже много развелось к тому времени. Авальд Младший и его люди не только наказывали грабителей, но отбирали у них награбленное. Добычу справедливо делили между собой. Так что многие почитали за удачу плавать с Авальдом Четырнадцатым, и к нему в дружину стремились попасть со всех концов Рогаланда, а также из соседних Хёрдаланда и даже из Агдира. Авальд Четырнадцатый был искусным воином, лучше других в зимнее время бегал на коньках, а летом постоянно упражнялся в метании копья, стрельбе из лука и владении мечом.

Хозяином он был тоже успешным. На острове Кармэй он первым обнаружил запасы меди и стал добывать этот нужный металл.

Он хорошо знал законы, был красноречивым и помогал бедным людям отстаивать свои права на тингах, за что его ценило даже больше людей, чем его отца, – ведь бедных людей намного больше, чем богатых. Еще до того, как он стал ярлом, его стали называть Авальдом Добрым.

Роста он был невысокого и, в отличие от прежних Авальдов-ярлов, над войском не выделялся. Красотой также не блистал. Но, когда кто-то из других рогаландских ярлов насмешливо указал ему на это, Авальд Добрый сказал: «На полях у моих бондов ячмень и выше, и красивее, чем у твоих».

Конунгом в Стране Ругов в то время был Эйвинд Кривой Рот. Его так прозвали за то, что, когда он улыбался, рот у него как бы сползал на сторону. Его также называли Асаярлом. А в соседнем Агдире уже давно власть прибрала к рукам Аса, дочь Харальда Рыжебородого и вдова Гудрёда Охотника. Эйвинд Кривой Рот, как шутили, ей чаще других улыбался, и рот у него якобы окривел потому, что он слишком заискивал перед своей могущественной южной соседкой.

Авальд Добрый конунгу Эйвинду был верен, как все ярлы Авальды.

Когда Авальду минуло двадцать три зимы, его отец, Авальд Тринадцатый, приискал ему знатную невесту, дочь ярла Торгнюра, который управлял Улладаленом. Вместе с отцом надели лучшие одежды и поехали на восток свататься.

По дороге проезжали мимо одного двора и услышали голос девушки, которая молола зерно на мельнице и пела. Младший Авальд был так очарован ее голосом, что упросил отца остановиться и вошел на мельницу взглянуть на певицу. На ней была голубая накидка, под накидкой – ярко-красное платье. Волосы падали ей на грудь с обеих сторон и были перехвачены поясом. На вопрос, кто она такая, девушка учтиво ответила, что зовут ее Хельгой и она дочь Вигфуса. Она была высокого роста.

Ярл

собирался ехать дальше, но Вигфус упросил проезжих остаться.

Вечером Авальд-ярл и Вигфус-хозяин пировали, а их дети играли в шашки.

Утром сын объявил отцу:

– Надо было вчера ехать в Улладален. Сегодня уже не получится.

– Как это? – удивился ярл.

– Вчера вечером я не удержался и сначала взял Хельгу за руку, потом дотронулся до ее плеча, а затем несколько раз поцеловал ее. Тебя все называют Справедливым. Не мне тебе объяснять, что по закону я должен на ней женится.

– По закону, за твое легкомыслие я заплачу виру, – возразил старший Авальд.

– А какую виру ты мне заплатишь за то, что лишишь меня женщины, которую я полюбил? – спросил младший.

– Не слишком ли скоро эта крестьянка стала твоей любимой?

– Не скорее, чем ты полюбил мою мать, дочь поденщика.

Ярл долго молчал, кусая ус и теребя бороду. А потом говорит:

– Твоя мать красавица. А эта… Она тебя выше на полголовы.

– Когда она пела, у меня будто выросли крылья и я мог взлететь к верхушкам сосен, – ответил сынок.

– Смотри, как бы тебе не разбиться о землю, – сказал ярл и вышел, хлопнув дверью.

Не попрощавшись с хозяином, отец поехал дальше на восток, а сын, сообщив Вигфусу, что пришлет сватов, вернулся на запад.

К чести Авальда Справедливого надо отметить, что он выделил сыну достаточно средств, чтобы тот мог заплатить женский дар невесте и дружеский дар тестю.

Свадьбу сыграли в начале осени, за два дня до ястребиной ночи.

На свадьбу пришли три ворожеи. Наибольший почет оказали старшей, ей поставили высокое кресло с пуховой подушкой. Младшую же обделили вниманием. Она, ко всему прочему, была страшненькая.

Старшая вёльва объявила жениху и невесте, что они будут счастливы до конца своих дней, что у них родится сын, который прославится больше своих предков.

Средняя ворожея ее слова повторила и добавила, что невеста будет образцовой хозяйкой и умрет в один день с мужем.

Им обеим вручили богатые подарки, а младшую не только не выслушали, но двое подвыпивших гостей случайно толкнули ее и уронили на пол. Она разозлилась и крикнула, обращаясь к невесте: «Они ради подарков тебе главного не сказали. А я тебе говорю: беги от него побыстрее, пока он тебя не угробил!»

Ее тут же вывели из застолья ее же напарницы. Ее объявили пьяной. А в таком виде никто не предсказывает!

Ярл Авальд Справедливый на свадебном пире не произнес не единого слова и скоро ушел; еще до того, как прибыли ворожеи.

Хельга Длинноногая – такое у нее было прозвище – хозяйкой и вправду была замечательной. Она была полновластной правительницей в усадьбе, отдавала приказы работникам, служанкам и рабам и часто вместе с ними доила коров, сбивала масло, делала сыр, молола зерно, сучила нитки и пряла. Когда она пела, работа у всех спорилась. Она была такой искусницей в рукоделии, что мало кто из женщин мог сравниться с ней в этом. Ее вышивки были лучшими в Рогаланде.