Мои тромбоциты
Шрифт:
последнее наше «Прости».
Мы белыми были на жарких
и солнечных самых ветрах,
Сгорали и в тысячный раз
наполняли
И, в собственный мир без зазрения совести
кинув фугас,
Мы лишь наблюдали за тлеющей
жизненной полосой.
Нас небо накроет, печально, наверное,
но это факт.
Разбитых коленей среди окровавленных лбов
пары три.
Но шторы закрыты и нам не маячат оттуда пока.
Я буду страдать за двоих, а ты спи и живи.
***
«Не жалею, не зову, не плачу,
Все пройдет…» Да что там, все прошло.
Мы снаружи выглядим иначе,
Не меняя взгляд, кривим душой.
День за днем, от мала до велика:
Роли, роли, роли без конца.
И не слышим родственного
Из вплотную подошедшего лица.
День на ночь как жизнь на ноль – разделим.
Пересуды, пересказы – все в труху.
Время лечит, если пить в постели,
Глаз чужих картонных шелуху.
***
Каждой нотой заезженных песен
Воскрешаю чужие обломки
Тех, кто ходит сейчас по планете,
Часть меня унося в котомке.
Восстающее слово блекло,
Все туманы и тень иллюзий.
Чтобы снова мне не померкнуть,
Я гореть никогда не буду.
Мир на пиксели, небо – в раму.
Суета, маета и ночь.
Никому маяком не стану:
Догорю и отправлюсь прочь.
***
Я своих не умею читать стихов
Вслух.
Это словно кому-то отдать тепло
Конец ознакомительного фрагмента.