Могильщик
Шрифт:
Сюзанна открыла контейнер и действительно нашла там рекламу.
«РИМ ВРЕМЕН БОРДЖИА! ПЕРВЫЕ АЭРОПЛАНЫ И ПЕРВЫЕ АВИАНОСЦЫ!
Бюро путешествий во времени организует все для вас, подберет вам соответствующие костюмы и сделает вас очевидцами убийства Линкольна или Цезаря! Мы гарантируем — вы будете в совершенстве знать язык той эпохи, в которой окажетесь, и у вас не возникнет никаких проблем с общением и передвижением. Проведите свой отпуск, путешествуя во Времени и Пространстве!»
Голос Рене пищал в телефонной трубке:
— Мы
— Да... — прошептала Сюзанна, совершенно потрясенная услышанным. — Ты полагаешь, с этой турфирмой все чисто? Что говорит правительство о ней и о путешествиях во времени? Тут все законно?
— О, конечно, полиция за ними следит! А то как бы кто не попытался сбежать в Прошлое, чтобы не платить налоги. Каждый путешественник во времени должен обязательно оставить залог — недвижимость или крупную сумму денег. Кроме того, сама понимаешь, идет война.
— Да, война, — пробормотала Сюзанна. — Война...
Сюзанна стояла, прижав трубку к уху, а сама думала о
том, что путешествие во времени — это, пожалуй, шанс убежать из ненавистного 2155-го. Мужу не нравилась ее работа на военном заводе, где делались бомбы, а она тоже не любила свою вынужденную службу.
«Там, в далеких забытых столетиях, они их не найдут. Никто больше не найдет нас, — думала Сюзанна, — никто больше не сможет перлюстрировать наши мысли, командовать нами, загонять нам страх под кожу. Этот кошмар закончится где-нибудь и когда-нибудь, двести или триста лет назад...»
Телефон звонил в мексиканском кафе. Они были в Мехико, в 1938 году.
Она оглянулась, посмотрела на темные, обшарпанные стены.
Бюро путешествий гарантировало своим клиентам полный релакс в Прошлом — вроде бы забота об отдыхе людей, но и забота о Будущем. Они выбрали 1938 год и место — Нью-Йорк, Манхэттен. Три дня они гуляли по городу. Музеи, театры, статуя Свободы, которая, по-прежнему зеленая, стояла посреди залива. На третий день они переоделись, поменяли имена и сбежали в Мексику.
— Это точно он, — шепнула Сюзанна, глядя на мужчину за столиком напротив. —* Эти сигареты, сигары и бутылки выдают его с головой. Помнишь наш первый вечер в Прошлом?
Месяц назад, в Нью-Йорке, они за один вечер перепробовали все удивительные, незнакомые напитки, накупили необычных продуктов, сигарет разных сортов по несколько пачек, потому что в Будущем ничего этого не было, практически там ничего не было, кроме войны, но зато война — это было все. Они ошалели от такого изобилия, бегали по магазинам как сумасшедшие, тратили деньги не считая.
Человек перед ними был такой же — в нем чувствовалась вековая жажда хороших напитков и сигарет — человек из Будущего. Он внимательно смотрел на Уильяма и Сюзанну, подмечая все — как они одеты, как движутся, как садятся за стол.
— Не волнуйся, — тихо сказал Уильям жене. — Ты представь, что это платье носишь годами.
—
— Господи! — вздохнул Уильям. — Он идет сюда. Позволь, я буду с ним говорить.
Незнакомец поклонился. Сюзанне показалось, что она услышала, как по-военному щелкнули его каблуки, она замерла — этот звук особенно ужасен посреди ночи у вашей двери.
— Мистер Кристен, — сказал незнакомец, — вы не поддернули ваши брюки, когда садились.
Уильям окаменел на секунду. Он смотрел на свои руки, сложенные на коленях.
— Вы ошиблись, — ответил Уильям. — Я не Кристен. Меня зовут Уильям Трэвис, — сказал Уильям. — И я не понимаю, зачем я должен всякий раз поддергивать брюки.
— Извините, — сказал мужчина и сел рядом. — Если вы не будете их поддергивать, на коленях очень быстро образуются некрасивые мешки. Тут все так делают, поэтому я понял, что вы — это вы. Я устал, дорога была длинная, и не с кем перекинуться словечком, мистер Трэвис. Кстати, меня зовут Симмс.
— Мистер Симмс, нам очень жаль, но мы и сами хотели как следует отдохнуть. Завтра мы уезжаем в Акапулько.
— Чудесное место. Я только что оттуда, искал там друзей, но они успели смыться. Я обязательно должен их найти. О, леди неважно себя чувствует?
— Спокойной ночи, мистер Симмс.
Они пошли к двери, Уильям твердо держал жену под руку. Они не обернулись, когда мистер Симмс их окликнул.
— Только один вопрос. — Он помолчал и затем сказал тихо: — Две тысячи сто пятьдесят пятый...
У Сюзанны круги поплыли перед глазами, она чуть не упала, но продолжала идти, не видя площади, залитой огнями фейерверка...
Они вошли в отель, поднялись в свой номер и закрыли за собой дверь. Они стояли в темноте, и тогда Сюзанна расплакалась. Слезы текли ручьем, а за окном все взрывалось, раздавался громкий смех.
Однако железные нервы у этого типа, — сказал Уильям _ Сидит перед нами, смотрит на нас как удав на кроликов, разглядывает с головы до ног, курит свои чертовы сигареты, потягивает ликер. Убил бы гада! — Голос у него сорвался, он кричал теперь истерично. — Он даже назвал мое настоящее имя! Да, это профи. Заметил, что я не поддернул брюки, когда садился. Проклинаю себя за то, что этого не сделал. Он сразу меня вычислил. Он моментально решил — вот человек, который никогда не носил брюки со стрелками, который сжился с военной униформой Будущего. Ну и дурак же я! Убить меня мало!
— Нет, это я виновата, — возразила Сюзанна. — Я совсем не умею ходить на шпильках. А ко всему прочему еще наши прически, да и не только. У нас, наверное, очень необычный вид для этого времени, чересчур продвинутый, людей это настораживает и пугает.
Уильям включил свет.
— Он нас испытывает. До конца он еще не уверен и будет следить за каждым нашим шагом. Поэтому мы не можем сейчас убежать — это сразу даст ему все козыри в руки. Как мы ему и сказали, мы просто поедем в Акапулько.