Могила девы
Шрифт:
Внезапно Брут рассмеялся, шагнул вперед и притянул ее к себе. Может, он умнее, чем она полагала? Или ее глазам ничего не удавалось скрыть? Во всяком случае, он безошибочно угадал, о чем подумала Мелани. Брут погладил ее по волосам.
Мелани ждала, что его рука окажется у нее на груди, между ног. Она помнила, как отпрянула, когда ее приятель быстро провел там ладонью. Соскочила с его колен как ошпаренная и ударилась головой о горячий потолочный плафон машины.
Брут отвернулся, что-то сказал сообщникам, но теперь она не видела его губ.
Медведь
Резко оттолкнув Мелани, Брут приблизил к ней лицо и сказал:
— Почему я должен хотеть тебя? Такую замухрышку? Ты ведь больше похожа на мальчонку. А я люблю только женщин. — Он сверлил ее взглядом черных глаз, и Мелани разрыдалась. Брут с удовлетворением прочитал на ее лице ужас и стыд. — У меня есть настоящая женщина — Прис. У нее и женская фигура, и женские глаза. Мы трахаемся часами. У тебя есть парень?
Мелани не могла отвечать. Ее руки ослабели и повисли вдоль тела. Краем глаза она видела Киэл, которая подбиралась, прячась в тени механизмов. Девушка боролась со слезами, но не хотела вытирать их.
— У Прис настоящий характер. Вот уж кто дает жару так дает. Думаешь, я порочный человек? Она гораздо хуже меня. Вот ты меня ненавидишь? А уж она тебе и вовсе не понравилась бы. Могла бы запросто тебя трахнуть. За ней такое водится. А мне в кайф смотреть. Если выберемся отсюда, займемся этим втроем: я, ты и она.
Мелани хотела отступить, но Брут взял ее за руку. Сжал запястье так, что кисть закололо иголками.
Горностай потер ладонью «ежик» и что-то крикнул. Брут обернулся и посмотрел в окно. Девушка почувствовала в воздухе вибрацию. Брут покосился на телефон, отпустил ее руку и, улыбнувшись, взял трубку.
— Алло…
Кто собеседник? Де л’Эпе? О чем они говорят?
За трубами, рядом с дверью, мелькнула тень Киэл. Девочка держала в руке нож.
— Уже близко… — Горностай ткнул пистолетом в окно.
Брут опустил голову, продолжая говорить, и при этом поигрывал заткнутым за пояс пистолетом. Казалось, ему все наскучило. Скривив губы, он разъединился, взял ружье, передернул затвор и подошел к двери. Теперь его спина была не больше чем в десяти футах от Киэл. Девочка высунула голову. Поток врывающегося снаружи света сверкнул на лезвии в ее руке. Мелани просигналила:
— Подожди.
Горностай взял Шэннон за руку и подвел к выходу. Брут отступил, показал стволом на улицу, и его сообщник открыл дверь.
На пороге появился полицейский во всем черном. Он протянул две упаковки пива, а Горностай вытолкнул Шэннон за дверь.
Пора.
Мелани неслышно встала за Брутом и улыбнулась Киэл. Сбитая с толку девочка нахмурилась. Но учительница быстро наклонилась и вырвала у нее нож.
Киэл яростно замотала головой.
Мелани стремительно развернулась, и преступник, не поняв, что происходит, застыл, глядя на учительницу и ученицу. Продолжая улыбаться и не выпуская изумленную Киэл, Мелани обогнула Хэнди и внезапным толчком выбросила девочку за дверь, на грудь полицейскому.
Мгновение никто не двигался. Мелани, все еще улыбаясь Горностаю, потянула
— Проклятие! — воскликнул Брут. Горностай бросился вперед, но Мелани захлопнула дверь и заклинила створку найденным Киэл ножом. Горностай потянул за большую ручку, но дверь не поддалась.
Мелани упала на колени и закрыла руками лицо, стараясь загородиться от ударов костлявого кулака Горностая, который бил ее по шее и в челюсть. Бандит, оторвав ее руки от лица, ударил в лоб и в подбородок.
— Ах ты, долбаная тварь! — У Брута дергалась жила на скуле.
Его удар свалил ее на пол. Стараясь отползти, Мелани ухватилась за подоконник и выглянула наружу — полицейский тащил под мышками обеих юных героинь из Людей Икс и неловко ковылял по овражку, удаляясь от здания бойни.
Мелани шеей ощутила вибрацию — за ее спиной сердито крикнул мужчина. Брут бросился к окну с другой стороны двери, но встал не рядом, а поодаль и высунул наружу ружье.
Мелани кинулась к нему.
Казалось, ее ноги не касались земли. Горностай попытался схватить девушку, но, поймав лишь кусок шелкового воротника, оторвал его. Мелани налетела на Брута и ощутила восторг, заметив его удивление, боль и страх. Он повалился на бок, на разделочную колоду. Ружье грохнулось на пол, но не выстрелило.
Девушка еще раз выглянула в окно и увидела, что две ее ученицы и полицейский уже скрылись за небольшим холмом. А затем Горностай ударил ее пистолетом выше того уха, которое много лет назад первым утратило слух. Упав на колени, Мелани потеряла сознание. Но не от боли, а от страха. Мелани решила, что в глазах потемнело оттого, что бандит повредил ей нерв и она навечно останется не только глухой, но и слепой.
17:34
— Ты приготовил нам бонус, Лу. Огромное спасибо.
— Не я, — прорычал Хэнди.
— Не ты? Что у вас происходит?
— Ну, знаешь, задолбали!
— А что такое?
— Заткнись и не перебивай, Арт! Я больше не собираюсь слушать твою фигню. — Так холодно голос Хэнди еще не звучал. — Сорок пять минут тебе на вертолет. Это все, чем ты располагаешь, мистер. У меня чешутся руки кого-нибудь убить. Я даже надеюсь, что вертолета не будет. И больше никаких сделок.
— Как тебе пиво?
— Я выбрал сучонку. Лет десяти-одиннадцати. В симпатичном платье.
— Эмили, — подсказала Анжи.
— Но до этого я отдам ее Боннеру. Ты ведь про Боннера в курсе? Наши чертовы досье у тебя перед глазами, и ты знаешь о его маленькой проблеме.
Переговорщик никогда не оценивает ситуацию — ни положительно, ни отрицательно. Поступить так — значило бы признать, что существуют стандарты приемлемого и неприемлемого. Таким образом возникнет риск вывести преступника из себя или дать ему понять, что его плохое поведение имеет оправдание. Опасно также говорить какие-либо обнадеживающие общие фразы. В таком случае он решит, что вы не относитесь к ситуации серьезно.