Моему судье
Шрифт:
Мысль эта невыносима. Я думал, она счастлива, а она как раз в это самое мгновение с трудом подавляла гадливость, чтобы оставаться со мной.
Нет, господин судья, это совсем не как на сцене, где нужно разыгрывать наслаждение, это куда хуже.
Господин судья, скажите мне, что я ошибаюсь. Расследуйте и выясните правду. Пусть окажется, что Стелла ни при чем, что я ошибся, что часы стеклом вниз положил я сам, помраченный желанием, потеряв голову от ее любви, от ее непритворной любви.
* * *
Дата:
От кого: miogiudice@nirvana.it
Кому: angelo@nirvana.it
Тема:
Какую ты хочешь правду? Всю до конца? Что сдирает кожу и сверху сыпет соль?
Думаю, у меня нет выбора. Скажу тебе все. И эта правда не делает мне чести.
Не делает чести потому, что если бы я послушала твоего совета, если бы сразу занялась расследованием, может, у нас было бы двумя убитыми и одним убийцей меньше.
Но зачем мне было вести расследование? Виновный-то у меня уже был. Не только признавший свою вину, но также опознанный свидетелями. Зачем углубляться? Моей единственной целью было арестовать тебя, передать в руки правосудия, как принято выражаться. Я только об этом и думала, даже когда ты говорил, что нужно искать правду. Но ты ведь во всем признался — какой еще нужно правды?
И вот после твоего последнего мейла я задумалась: а что бы я стала делать, не будь нашей переписки, не знай я с самого начала, кто убил Джулиано Лаянку?
Первым делом я бы взяла под подозрение его окружение: отца, коллег, девушку…
А теперь приготовься. Правда страшна.
Я вызвала повесткой на допрос Стеллу Биффи. Но она не явилась. Тоже безвестно отсутствует.
Тогда я дала ордер на обыск ее квартиры. Не зная, что именно собираюсь искать, просто чтобы проверить одну мысль, противоположную твоей.
С этой мыслью я велела искать в гардеробе, перетряхнуть все ее пятьдесят с лишним фирменных вещей, начиная с летних, которые она только что носила.
Вот она, страшная правда, спрятанная, а вернее, забытая в заднем кармане льняных брюк песочного цвета.
Правда, смятая в комочек, в виде узенького чека из бара — обычно их суешь куда придется, не обращая внимания, автоматическим движением, и потом они неприметно забираются повсюду.
Чек из кондитерской Кавур, Бергамо-Альта, улица Коломбо 7/А, от 29 июня, выбитый в 14.34: два кофе, один евро девяносто.
Почему Стелла Биффи оказалась в трехстах метрах от того места, где убили Эннио Лаянку? Что она там делала за полчаса до его смерти?
Теперь моя очередь восстановить сцену преступления, вернее сказать, мне это следовало сделать с самого начала.
У Эннио Лаянки со Стеллой Биффи назначена встреча. Лаянка в розыске, повсюду, но прежде всего в Милане, поэтому они встречаются в Бергамо. Выпивают по чашке кофе в кондитерской Кавур, но там слишком людно, чтобы можно было поговорить. Они уходят из кафе, но скоро решают, что лучше продолжить
Все сходится, кроме одной маленькой детали: кавалер Брамбилла жив.
И теперь правда сдерет не только кожу, но вырвет мясо, у самого сердца.
Кавалер Сильвано Брамбилла не умер в машине, кавалер Брамбилла все еще на свободе со своим пистолетом, потому что Стелла Биффи и есть кавалер Брамбилла.
Ну, как ты? Хватит духу продолжать?
Стелла выстрелила не от страха, у пистолета был глушитель. Боялся Эннио Лаянка. Да, потому что ему-то всегда было известно то, о чем мы узнали только сейчас: из пистолета Стеллы был застрелен Мирко Гуиди. Экспертиза это подтвердила.
Именно с Мирко Гуиди нужно начать, чтобы понять причины и следствия, с Гуиди и с тебя.
Все начинается со смерти Джулиано. Гуиди не верит в состояние аффекта, он думает, что для тебя настало время сводить счеты. Он боится за свою жизнь, боится, что станет следующей жертвой. Тогда он обращается к кавалеру Брамбилле и просит помощи, денег, защиты, просит — почему бы и нет — обеспечить ему безбедное существование подальше отсюда. Гуиди в курсе дела, ему известны секреты «Nouveaux Horizons Financiers», он знает, через кого она действует в Италии, кто стоит за всей операцией: Стелла Биффи.
Я так и вижу, как он с наглой самоуверенностью завозит Стеллу в глухое, мрачное место, не сомневаясь, что сумеет ее запугать и выжать деньги. Воображаю, как он кричит на нее в машине у кладбища, потому что она женщина, а женщины впечатлительны:
— Дайте мне четыре миллиона евро, и я исчезаю. А не то на следующем допросе все выложу.
Стелла дает ему закончить, а потом вдруг достает из сумки пистолет. Но стреляет не сразу, о нет. Приказывает убираться, как если бы вдруг решила его пощадить. Позволяет отойти на несколько метров, а потом двумя выстрелами убивает наповал. Она ведь стреляет отлично, всюду, а не только в Луна-парке.
Гуиди падает мертвый. Стелла садится за руль и уезжает на «гольфе». За этим-то она и высадила свою жертву: зачем надрываться, вытаскивая тело, и рисковать, вдруг кто-нибудь заметит. Она ведь женщина, а такие вещи — дело мужское.
Потом Стелла моет машину, уничтожает всякие следы и ставит «гольф» туда, где он вызовет меньше всего подозрений, то есть в гараж владельца.
Это не Джулиано пользовался ею, пытаясь тебя облапошить, — игру вела Стелла, а Лаянки, хоть и были с ней в сговоре, только подыгрывали, оставаясь в зависимом положении. Похоже, что у Стеллы с Джулиано и правда был роман, но работа есть работа… Ну, еще немного, и мы подходим к концу.