Моё проклятье

– Значит, - громогласно проговорил эльф со старчески мудрым взглядом. – Он сказал правду.

Сквозь узкие окна здания со свистом пробивался ветер, создавая тем самым незамысловатые мелодии. Яркое весеннее солнце теплыми лучами заливало Зал Совета, весело переливаясь на настенных хрустальных украшениях. День стоял солнечный и по-летнему жаркий. Веселое пение птиц окутывало город. Это уютное журчание создавало прекрасное настроение, но для этого места эта мелодия казалась мрачной.

В

самой середине зала стояла невысокая девушка с белоснежными, как снег волосами. Уставшие, слегка покрасневшие глаза были бессмысленно устремлены в стену позади мужчины со старческим взглядом.

– Я не убивала весь отряд, - еле слышно заговорила девушка.

Она слегка пошатнулась, но сохранила равновесие. Лицо, и без того бледное, побелело еще сильнее.

– И все же ты убила нескольких эльфов?
– продолжал гнуть свое мужчина.

Девушка не ответила. Она продолжала уставшим взглядом рассматривать стену впереди и, казалось, совершенно не обратила внимания на вопрос эльфа.

Мужчина расценил молчание девушки по-своему. Ничего не говоря, эльф многозначительно покивал в такт своим мыслям. Скорее всего, он уже давно принял решение и менять его не собирался.

– Ты можешь дать объяснение тому, что произошло совсем недавно? – вновь заговорил мудрый эльф.

Девушка перевела взгляд на мужчину. Впервые за все время, что она стояла там. Внимательный взгляд долго бродил по лицу эльфа.

– Мне казалось вы и так все поняли.

Эльф усмехнулся.

– Ты же охотница на демонов? Я не ошибаюсь? И я думаю, ты должна дать нам более рациональное объяснение случившемуся. А то, что мы видели, воедино с нашими догадками не дадут нам полной картины.

Девушка тяжело выдохнула и потерла покрасневшие глаза. Глухо звякнули цепи, что сковывали ее руки. На оковах слабо блеснули знаки – древнеэльфийское наречие, призванное сдерживать магическую силу колдуна.

– Все всем приходится объяснять, - еле слышно сказала она. И уже громче добавила. – Вы видели редкое явление, когда душа человека полностью сливается с демоном. Сила их «связи» стала настолько сильной, что они смогли сделать практически невозможное.

– Он оживил Мастера.

Девушка кивнула и добавила:

– А потом отнял его жизненную силу для того, чтобы открыть двери, ведущие к Каменному Сердцу…

– Глупости, - прервал девушку эльф. – Это невозможно.

Девушка уставилась на него. В ее глазах не было ни раздражения, ни осуждения, ни даже злости. Холодные пустые глаза безмолвно разглядывали того, кто не верил ее словам, того, кто заковал в цепи и лишил свободы.

– Вас не было там и вы не видели, что он сделал, - медленно произнесла беловолосая девушка. – Вы никогда не встречали демонов и одержимых. И поэтому не можете судить о том, что они могут, а что нет.

В зале, где происходил спор, стояла непривычная тишина, хотя в нем находилось, по крайней мере, около трех десятков эльфов. Никто из них не осмеливался встревать

в разговор и уж тем более оправдать девушку. Казалось, они боялись даже пошевелиться.

– Зато о последствиях я могу судить, - также медленно произнес эльф. В его голосе слышались грозные нотки.

– О последствиях вы могли бы и не судить, если бы вы нас послушали, - бесцветно произнесла девушка.

Эльф одарил ее презрительным взглядом, который словно бы застыл на его лице. На колкость он не ответил. Возможно, просто понимал, что это было правдой.

– Ну, раз уж нападение демона на наш город оказалось правдой, то, значит, и то, что он сказал, правда, - подвел итог эльф.

Девушка устало размяла шею. Она провела несколько часов, стоя перед советом, отвечала на их вопросы и рассказывала всю историю, что произошла с ней и эльфами из отряда Вэона. Без утайки и оправданий. И это порядком утомляло.

– Эльфы удивительный народ, - девушка обвела взглядом представителей совета.

– Вот как? И чем же?

Старейшина развалился на стуле и, самодовольно улыбнувшись, уставился на девушку.

– Вы не поверили ни единому слову вашего соратника, зато за считанные секунды поверили Одержимому, в существование которого до сих пор не верите. Может, конечно, я неправильно расцениваю уклад вашей общины, но мне всегда казалось, что Своим верят больше, чем Чужим.

Самодовольная улыбка стерлась с губ Старейшины, его глаза нехорошо прищурились, а лицо покрылось красными пятнами.

– Ты никакого понятия о нашей жизни не имеешь! – прошипел эльф, схватившись за подлокотники стула так, что побелели костяшки на пальцах.

– Вот как? – ехидно улыбнулась девушка. Впрочем, ее глаза продолжали оставаться холодными и жесткими.

Эльф еще сильнее покраснел. Вена на лбу надулась и запульсировала. Полный ненависти взгляд вполне мог превратить ее в статую.

Сделав глубокий вдох, Старейшина немного успокоился и перестал напоминать разъяренного зверя. Он задумчиво потер подбородок и с взглядом полным решимости, вновь заговорил:

– С убийцами мы обычно не церемонимся, но твой случай… особенный.

– Я не убийца, - твердым тоном сказала девушка. Глаза ее приобрели знакомую твердость и холод, которые были присущи ей. Взгляд вновь стал принадлежать охотнице на демонов. – Я защищалась. И будь это хоть святые посланники Создателя, я бы продолжала сражаться, защищая свою жизнь.

Эльф одарил девушку тяжелым взглядом. В его глазах читалась злоба и презрение. Но девушка сама была не из робких. Со свойственным ей спокойствием она выдержала этот взгляд. И не просто выдержала. Ледяные айсберги ее глаз были способны сокрушить и раздавить даже самого мудрого эльфа. И Лиа это сделала, не приложив при этом особых усилий.

Лицо эльфа перекосило. Он попытался вновь взять себя в руки, но лицо всё больше растягивалось в злобном оскале. И эльф был готов вот-вот вынести окончательный вердикт.