Чтение онлайн

— Очень вкусно, — пробормотала я с набитым ртом.

— Это Петер делал. Я достала их из морозильника. Мой муж прекрасно готовит, он и сейчас на яхте готовит экипажу еду.

— Ты познакомилась с Петером через Юкку? — Я незаметно включила лежащий в сумке диктофон.

— Юкка и Ярмо занимались парусным спортом вместе с Петером. Иногда Антти тоже выходил с ними в море. Когда Юкке исполнилось двадцать пять, он организовал грандиозную вечеринку на даче у своих родителей. И пригласил туда ребят из хора и просто друзей. Там мы и познакомились.

— Любовь с

первого взгляда?

— Что-то в этом роде. Хотя я и раньше о Петере много слышала и читала в газетах в связи с его предыдущей макси-гонкой под парусом.

— А до этого у тебя был роман с Юккой?

— Нет! Он тогда общался с Яной. В то время мы все вместе много общались — братья Пелтонены со своими подружками, Антти с Сарианной и мы. У Ярмо и Петера была общая яхта — вон та. — И Пия махнула в сторону причала. — Там каюты, где могут легко поместиться восемь человек.

— Откуда у тебя столько денег? — спросила я, не успев подумать о беспардонности такого вопроса.

Пия на мгновение опешила, а затем ответила несколько язвительным тоном:

— Это не у меня. Это у Петера. Наследство. Акции. Ты слышала про такую компанию — «Дерево Кюми»? Дед Петера продал ее пять лет назад, тогда это было вполне процветающее предприятие. А Петер — его единственный внук.

— А кто Петер по профессии?

— Экономист в банке в отделе ценных бумаг. Но он не работает уже больше года. Можно сказать, он профессиональный яхтсмен.

— Значит, проводит много времени в море. Тебе не скучно одной? — Я задала вопрос в форме дружеского участия, но, кажется, Пия меня раскусила.

— Скучно. В этом году он особенно много путешествует. Вот и сейчас его нет уже половину лета. Но я не хочу летать за ним из одного порта в другой. Одной путешествовать как-то скучно и глупо, да еще переносить перемену климата и разные часовые пояса… Я решила, что лучше остаться дома и доделать дипломную работу. Да и Петеру надо помогать — у него много хлопот со всеми этими спонсорскими договорами и тому подобными делами.

— Наверное, Юкка часто составлял тебе компанию. Между вами что-то было? Мне на это столько народу намекало.

— С моей стороны точно ничего не было! — Пия так резко взмахнула руками, что из чашки на халат выплеснулось немного чаю. — Мне было с ним интересно. Я не понимаю, почему начиная с прошлой весны он проводил со мной почти все свободное время. На рождественской вечеринке он танцевал со мной, обнимал и говорил, что ему надоело развлекать новых молоденьких хористок. А потом всю весну вел себя как влюбленный. Если после репетиции мы шли посидеть в бар, он садился около меня, потом провожал до остановки, иногда до дома. Когда Петера не было дома, он приглашал меня в кино, на концерты и в ресторан. Ну ведь ты понимаешь меня — глупо всегда ходить одной или с девочками.

Пия смотрела на меня лживым доверительным взглядом. Мне ее чувства были непонятны, я частенько сидела одна в баре на углу. Да и в кино, на мой взгляд, лучше пойти одной, чем с кем-то, кто будет не к месту комментировать происходящее на экране или громко хрустеть поп-корном. Но стоило

ли об этом говорить Пие?

— Петер такой властный… Он всегда точно знает, чего хочет. Поэтому я его и полюбила. А Юкка был… другой. Он позволял мне решать, куда мы пойдем и что будем делать.

«Это что-то новое про Юкку», — подумала я. Мне-то всегда казалось, что он властный и авторитарный.

— Если бы Юкку так сильно не занесло в романтические чувства, с ним было бы просто классно. Да и Петер не возражал, чтобы я иногда выходила с Юккой. Он же сам встречал в своих путешествиях много разных красивых девушек. Это нормально. Ведь с мужчиной можно быть просто друзьями. — Голос Пии звучал так, будто она оправдывалась.

— Но Юкка хотел от тебя чего-то большего, да?

— Он начал говорить, что влюблен в меня! — Пия занервничала, и в речи стал проскальзывать ее родной северокарельский диалект. — Сначала я ему не поверила — его репутация в плане женщин всем хорошо известна, но постепенно он меня почти убедил. Да и мне это нравилось. — Пия улыбнулась, тряхнув каштановыми волосами. — Так приятно осознавать, что ты еще можешь нравиться мужчинам, несмотря на то что замужем. По-моему, вполне справедливо, что ему пришлось хлебнуть собственного лекарства. — Пия язвительно улыбнулась. В этот момент я испытывала к ней необыкновенную симпатию. — Но иногда мне бывало просто досадно!

— Почему?

— Потому что он не верил, что я не хочу изменять Петеру. Он меня почти преследовал, однажды пришел сюда ночью, говорил, что ему так одиноко… Он был такой жалкий, но он все неправильно понял, а я не хотела… — Пия залилась краской и опустила голову.

Мне стало смешно.

— Он обещал рассказать Петеру о той ночи?

— Нет, но… только однажды, пьяный, спросил меня: «А что сказал бы твой героический муженек, если бы узнал, что я провел одну ночь в его кровати?» Но тогда это было не в спальне, а на диване в гостиной, — сказала Пия быстро.

— Юкка хотел разбить ваш брак? Ты думаешь, он так ухаживал за тобой именно потому, что ты не отвечала ему взаимностью?

— Вероятно. Он относился к той породе людей, которым надо получить все, а особенно то, что получить невозможно. Иногда мне казалось, что он завидует Петеру. Он хотел быть первым яхтсменом, таким же, как Петер и Ярмо, но нельзя же быть первым во всем. Наверное, он хотел получить меня именно потому, что я принадлежала Петеру. Но я не такая дурочка, как Сиркку. Никогда бы не доверилась Юкке.

— Он тебя шантажировал?

Может, деньги, приходившие на его счет, были перечислены семейством Валрозов? Но Пия сидела совершенно спокойно. Она налила в чашки еще чаю и медленно покачала головой:

— Нет. Скорее угрожал. Но он не мог разрушить наш брак. Я люблю Петера. Мы стремимся в жизни к одному и тому же. Этой осенью я оканчиваю университет, потом мы заведем детей. У меня есть возможность не работать, если я не захочу. А я не хочу быть учительницей шведского языка в средней школе. Петеру нужна именно такая жена, как я. И я не стала бы ломать свою жизнь из-за Юкки.