Моё небо плачет о тебе...
Шрифт:
Первым ее словом было «хочу». И с тех пор ее «хочу» - закон в доме. Хочу машину новую, хочу учиться за границей, хочу открыть себе бутик, хочухочухочухочу.
Я в этом плане был скромнее. В молодости я хотел лишь тусить с друзьями.
И на все наши «хочу» отец работал круглосуточно. Он не брал выходных, отпусков. Все свое время он проводил на работе, чтоб мы ни в чем не нуждались. Он выкупал меня пьяного из полиции, он покупал Мие магазин, который она бросала через неделю, и тот шел ко дну.
И так продолжалось довольно таки долго, пока
Со следующего дня, я стал ходить в офис к отцу, стал вникать во все дела. По началу у меня совершенно не получалось ничего. Оказалось, отец не просто сидел в кабинете, задрав ноги, а денежки сыпались с неба.
Мой папа из детского дома. Он родился в семье алкашей, где мать ежедневно колотила сына, а потом и вовсе выгнала на улицу. Его забрали в детский дом, а мать лишили родительских прав. Вскоре она скончалась. Пьяная уснула в сугробе.
Когда он выпустился из детского дома, то стал продавать на рынке собственно выращенные овощи. Потом они познакомились с мамой и вместе стали крутиться в этой жизни. Все, что было у отца, он достиг сам. Собственным трудом и умом. А мне нужно было лишь приложить немного усилий, чтоб не потерять это. И я решил, во что бы то ни стало, стать для отца надежной опорой. Почти год я учился всем тонкостям ведения дела. Отец помогал, а иной раз просто махал рукой, без надежды на то, что его сын когда-то сможет возглавить семейный бизнес . Но я упрям, поэтому если у меня что-то не получается, я разберу на атомы это дело, но пойму в чем суть. После года стало проще, мой мозг заработал в правильном направлении. Я мог самостоятельно заключать выгодные сделки, решать важные вопросы, находить выгодные предложения, реализовывать новые проекты. И тогда отец ушел на заслуженную пенсию. И лишь изредка заезжал проверять дела. Вот только прижиться в офисе у меня не получилось, так как всю свою молодость я провел в клубе, то решил там и остаться, только уже по ту сторону жизни, так сказать. Всеми делами я управляю именно из него, но на совещания, важные встречи иногда приходится выезжать и в скучный офис.
Все эти гуляния и пьянки стали мне абсолютно безразличны, и я лишь раз в неделю позволял себе выпить ( а иногда напиться), чтоб хоть как-то расслабиться.
Если ситуация с отцом заставила меня взглянуть на мир с иного ракурса, то для Мии она осталась лишь плохим воспоминанием. Она продолжала творить необдуманные поступки, последствия которых приходилось разгребать мне. В те моменты я вспоминал об отце, сколько же ему приходилось терпеть наших глупостей? Я чувствовал себя ослом.
Мия училась на журналистку и совсем недавно пошла работать в газету. Очень странно, что не попросила купить газету, а именно устроилась в нее. Но, как я и думал, все таки был подвох. Мие не хватало адреналина, и ее подруга, которая собственно и держит эту контору, рассказала сестре, что сейчас у них есть «заказ» на одного не самого честного бизнесмена в городе. Нужно было влиться в их компанию, порыться в их белье, и вытянуть самое грязное, осветив его всему городу в свежем выпуске. Вот только бизнесмен
Но эти фотографии - только пол беды. Мия выкрала у него из сейфа какие-то документы и передала их подруге, а та в свою очередь отдала их заказчику. И только Бог знал как и когда он захочет их использовать.
Выяснить Абанину кто украл документы - дело времени. Значит, скоро он заявится снова. Нужно было что-то делать. Вот только что? Для начала нужно узнать фамилию заказчика.
Пока Дана ждала в машине я позвонил своему знакомому, который должен был собрать для меня информацию об Абанине, о всех его друзьях, врагах.
Когда я сел в машину, Дана крепко спала.
– Что же мне с тобой делать?
– тихо спросил я.
Дана сидела полубоком, повернутая в мою сторону. Ее волосы растрепались, и пару прядей упало на лицо. Я аккуратно пальцем убрал их, и не мог отвести от нее взгляд. Она была так мила и так сексуальна. Что-то было в ней такое, что цепляло мое сердце. Не знаю, надолго ли это. Я не хотел бы причинять ей боль, поэтому зная свою ветреную натуру, не спешу завоевывать ее сердце. Может быть, все пройдет в скором времени, а девушка будет страдать. Хотя... Что-то она не сильно огорчилась, увидев своего парня с другой.
Что же творится у нее в голове?
Я тронулся и поехал к дому. Взяв ее на руки, я отнес ее в спальню и уложил на кровать. Мне нравится видеть ее здесь.
У меня в кармане зазвонил телефон, и я вышел из комнаты, чтоб Дана не проснулась.
– Слушаю.
– Влад, я узнал все, что ты просил. Когда мы увидимся?
– Езжай в клуб, я скоро буду там.
– ответил я и положил трубку.
Заглянув в комнату и убедившись, что она спит, я пошел на кухню, чтоб найти Веру Михайловну.
Это моя домработница, но я считаю ее за свою бабушку. Мы с ней за много лет жизни вместе сильно сроднились.
– Вера Михайловна, там наверху у нас спит гостья. Когда она проснется, не отпускайте ее, не накормив! А лучше пусть подождет меня. Только накормить обязательно, даже если придется связать и насильно засовывать еду в рот.
Она по-доброму рассмеялась и потрепала мою щеку.
– Разве кто-то сможет отказаться от моих блюд?
– Только круглый идиот, - ответил я и ушел.
Зачем я попросил Дану подождать меня? Не знаю. Но мне хотелось видеть ее у себя дома, когда я приеду.
Глава 18
Дана
Я проснулась от жуткого чувства голода. Мой желудок издавал ужасные звуки умирающего моржа. Я даже и не помню, когда ела в последний раз.
Солнце уже клонилось к закату, заливая комнату кровавым светом. Влада не было рядом. И судя по идеально гладкой второй половине кровати, он и не спал тут. Ну да, зачем ему спать со мной?