Чтение онлайн

Вилли медленно покачал головой, теребя пальцами галстук из красной замши, который посередине украшала заколка — большой фальшивый бриллиант в оправе.

— Ты знаешь, — заговорил Вилли, — я надел этот галстук специально для нее. Она подарила мне его, когда я как-то приехал сюда на недельку из Танжера.

Пако смотрел на Вилли, моргая влажными глазами. Галстук ему явно понравился.

— Этот галстук подарила тебе Николь? Вилли молча кивнул. Он приподнял воротник рубашки, отцепил галстук, снял его и, печально посмотрев, сказал:

— Я больше никогда не

смогу надеть его. Николь была милая девочка и очень мне нравилась. Нет никаких сил видеть эту вещь и вспоминать ее… — Вилли вздохнул и заставил себя улыбнуться. — Ну, у тебя своя печаль, Пако, и свои дела. — Посмотрев на Хагана, он добавил: — Не буду мешать. Наверно, тебе есть о чем с ним потолковать. Может, это как-то отвлечет тебя от грустных мыслей.

— Нет, Вилли, я не так устроен. Я постоянно буду думать о ней. А если ты не собираешься носить этот галстук, то, может, подаришь мне? Это будет прекрасное напоминание о моей маленькой голубке…

Вилли задумался. Потом сказал:

— Вообще-то мне надо бы сохранить его. — Потом, еще подумав, он кивнул. — Ну, разве что для тебя, Пако. Прощальный сувенир. Попробуй, примерь его, и если окажется туговат, можно передвинуть заколку.

Пако сглотнул и кивнул в знак благодарности. Он взял красный галстук и пошел с ним туда, где комната поворачивала направо. Там на стене висело зеркало в золоченой раме. Вилли приблизился к Пако, который примерял новый галстук. Уставившись на свое отражение, он довольно кивнул.

— Я всегда буду надевать его в день ее рождения, — срывающимся голосом заявил он.

— Ой, я совсем забыл, — сказал Вилли. — Ты можешь отвинтить камень. Николь выгравировала свое имя на оправе, под ним.

— Серьезно? — Заинтригованный этим сообщением, Пако приподнял галстук и стал отвинчивать алмаз. Вилли без спешки отступил к столу Пако. Он стоял спиной к молодцам Пако у стены напротив Хагана, но не смотрел на него.

— Я по верхней дороге, ты по нижней, — сказал он вдруг Хагану по-английски.

— Что ты сказал, Вилли? — Пако вдруг оторвал взгляд от камня и покосился на него с подозрением.

— Я говорю, что ты зря велел ее убить, поганая сволочь, — холодно отозвался Вилли и усмехнулся.

Взрыв получился не очень громким. Он скорее напоминал хлопок. Одновременно раздался звон стекла — зеркало разлетелось на мелкие осколки. Хаган, не оборачиваясь, мысленно представил, как двуногое существо с изувеченной головой на мгновение застыло, а затем осело на пол. Затем он своими глазами увидел ужас на физиономиях бандитов, стоявших напротив него, за Вилли, и решил, что то же самое выражение появилось на рожах тех, кто топтался за его стулом. Все эти мысли пронеслись в голове Хагана молниеносно, отдав соответствующий приказ мускулам. Но Вилли уже начал действовать. Он нырнул вперед, уперевшись руками в крышку стола. Хаган увернулся вовремя. Вилли сделал стойку на руках, словно гимнаст на коне, повернулся и ударил ногами по головам тех, кто стоял за Хаганом.

Хаган, едва заслышав звуки ударов, двинулся по «нижней дороге». Он нырнул под стол, затем выпрямился, подняв

его на плечах и ринулся вперед, врезавшись с этим снарядом в двух других бандитов у стены. Когда Хаган отпустил стол, он упал на пол, а с ним рухнули и бандиты. Из носа одного полилась кровь. Другой хоть и был оглушен, пытался вытащить из кобуры свою пушку. Но Хаган стремительно достал кольт и сначала ударил оглушенного типа рукояткой по голове, потом врезал и тому, у кого был разбит нос. Затем стремительно оглянулся.

То, что раньше именовалось Пако, валялось у загиба буквы Г. Две жертвы Вилли лежали по полу, а сам Вилли пробирался с ножом в руках к двери.

Дверь распахнулась. На пороге появился Морис с пистолетом. Он был бледен как смерть. Вилли резко извернулся и упал на пол, на мгновение задержав руку с ножом, который собирался метнуть. Но в этом уже не было никакой необходимости. Во лбу Мориса появилась аккуратная дырочка, а на затылке зазияло отверстие побольше и менее правильной формы.

— Хорошо стреляете, мистер Хаган, — одобрительно крякнул Вилли. — Никак не хуже Модести.

Хаган коротко кивнул, сам не понимая, почему такое сравнение не вызвало у него обиды.

— Спасибо за комплимент, мистер Гарвин, — отозвался он.

— Всегда к вашим услугам, — ухмыльнулся Вилли и уже без тени улыбки, показав на изувеченный стол, сказал: — Погляди, может, что-то надо захватить, а я гляну туда. — Он осторожно приоткрыл дверь в другую комнату. Там стоял передатчик, но людей не было. Вилли запомнил установленную частоту, потом начал обыск.

Шестьдесят секунд спустя он появился с тонкой стопкой бумаг.

— Ну, как улов? — спросил он Хагана.

— Какая-то книжка с шифрами, — сказал Хаган, поднимая ее вверх. Потом он сунул ее в карман и, показав на окно, спросил: — Нам не пора?

Пять минут спустя они уже неспешно ехали в «рено» через Гольф-Жуан в сторону Канн.

Хаган расслабился и вынул пачку сигарет. Он чувствовал себя отлично. Напряжение последнего получаса и затем последовавшие события — стремительные и связанные с риском для жизни — произвели на него очистительное воздействие, уничтожив все то тлевшее недовольство собой, которое не давало ему покоя после унизительного фиаско в квартире утром. Он зажег две сигареты, передал одну Вилли и попросил:

— Не можешь оказать мне услугу, Вилли?

— Ну?

— Зови меня приятелем.

— О’кей, — весело отозвался Вилли. — Как поживает твой старый котелок?

Хаган коснулся шишки, которой наградил его пистолет Диди, и с улыбкой сказал:

— Он в отличном состоянии по сравнению с башкой Пако.

Затем он откинулся на сиденье и, затянувшись сигаретой, стал думать о Вилли Гарвине. Да, он показал себя молодцом. Он, Поль, никогда не видел, чтобы человек двигался так стремительно и совершенно без суеты. Кроме того, Вилли оказался хорош не только в качестве грубой силы. То, как он разыграл весь спектакль, как использовал слезливую сентиментальность Пако и всучил ему галстук, вызывало в Поле искреннее восхищение. Они свернули налево и выехали на шоссе