Мнимая невеста

Если бы над ухом Аликс раздалось напевное итальянское «Извините меня…», она бы ответила общепринятым «Пожалуйста» и пошла своей дорогой. Но говоривший прибавил уже по-английски настоятельное «Если позволите, синьорина Роуд» и уверенно взял Аликс за руку, отчего ей пришлось остановиться.

Холодно поинтересовавшись: «Что вам нужно, синьор?» — она попыталась выдернуть руку, и незнакомец отпустил ее. Но улыбающиеся темные глаза и последовавший за этим ответ обезоружили Аликс.

— Самую малость, синьорина. Мне нужно всего несколько минут

вашего времени и ваше общество ненадолго. Ну, пожалуйста…

Аликс, еще года не прожив в Риме, научилась противостоять подобным «подходам». Но все они обычно проводились в типично итальянском духе — наглые «кобелиные» приставания — не так, как сейчас. Кроме того, ее сразу же заинтересовало, откуда этому молодому незнакомцу известно ее имя. Бросив в ответ стандартное «Мне нужно идти, синьор, — я спешу», она собралась было уйти, но он, похлопав ладонью по стоявшему рядом свободному стулу, продолжал:

— Я знаю, синьорина, что вы уже пообедали. Но ведь у вас есть еще время съесть вместе со мной по мороженому? Не хотите попробовать «белую вершину»? Карло готовит его по особому рецепту. И ко всему прочему, мы с вами не такие уж незнакомцы. Вы, должно быть, видели меня здесь, хотя, возможно, и не обращали внимания. Так что, пожалуйста…

— Спасибо, — сказала Аликс и села. Она на самом деле никуда не спешила и не видела ничего особенного в том, если он угостит ее мороженым. Он был первым из ее сверстников, с кем она перемолвилась более чем парой слов за последние несколько недель, кроме того, она действительно хорошо знала его в лицо. Он не так часто посещал кафе Карло, куда она сама в последнее время заходила днем съесть пиццу или рисотто. Но все-таки она видела его здесь несколько раз одного или в компании другого молодого человека — оба стройные, поджарые, загорелые, одетые, как принято в их возрасте, в джинсы, майки и плетеные сандалии на босу ногу. И все же он отличался от остальной молодежи, так как чувствовалось, что хорошо воспитан и вряд ли способен кого-то обидеть. Кроме того, Аликс было интересно, откуда ему известно ее имя…

— Все очень просто, — усмехнулся он, наблюдая, как она погружает ложечку в самую середину взбитого горкой орехового шедевра Карло под названием «Белая вершина». — Я спросил у Карло, и он сказал мне. Я узнал у него и еще кое-что о вас, правда, не так много. Например, мне пока известна только ваша фамилия. А как вас зовут?

— А вас?

— Микеле.

— Меня Аликс. Полное имя — Александра, сокращенно по-английски — Аликс. Вы уже, должно быть, догадались, что я англичанка?

— Карло говорит, наполовину. Ваш отец, синьор Роуд, — англичанин. Верно?

Аликс кивнула:

— Да, а мать была итальянкой.

— Была?

— Да. Она умерла. И отец тоже. В этом году перед Пасхой. А что еще рассказал вам обо мне Карло?

Ее новый знакомый улыбнулся.

— Как я уже сказал, довольно мало из того, что меня интересовало. Поэтому я и остановил вас сегодня, уповая на ваше милосердие. Видите ли, мне действительно нужно знать о вас чуточку больше, чем одно лишь имя, чем то, что вы говорите по-итальянски, как римлянка, что, по мнению Карло, вам нет необходимости зарабатывать себе трудом на жизнь и что ваш отец был английским банкиром.

—

Если я останусь в Италии, мне придется работать, — уточнила Аликс. — Хотя в настоящий момент у меня нет работы. И мой отец не был банкиром. Он был младшим кассиром в итальянском отделении «Сити и Метрополитэн», а итальянский я выучила за год, пока ухаживала за ним и вела хозяйство. Кстати, а зачем вам нужно знать обо мне больше, чем может рассказать Карло? И что именно вы хотите знать?

— О, совсем немного. — Он пожал плечами, сопроводив этот жест чисто итальянским взмахом руки. — Ну, скажем, день вашего рождения, полное имя, какую школу вы окончили и есть ли у вас парень. В общем, всякие такие мелочи, которые я могу узнать только от вас. Понимаете?

— Но это все-таки личные подробности. Зачем они вам? — поинтересовалась Аликс.

Он окинул ее оценивающим взглядом.

— А если я объясню, обещаете, что скажете?

— Не знаю, не могу обещать.

Он усмехнулся.

— Ну ладно, будем считать, что да. Так вот — вы, наверное, уже видели меня здесь с одним парнем? Его зовут Беппо Бриндизи, если вас интересует. Так вот этот Беппо поспорил со мной, что вы дадите мне от ворот поворот, если я подойду и заговорю с вами, и что мне не удастся привлечь ваше внимание и угостить вас, например, мороженым.

Щеки Аликс вспыхнули.

— Стало быть, вы выиграли спор?

— Что касается мороженого, то да. Карло потом подтвердит. Но этот малый Беппо настаивал и на других доказательствах нашего знакомства. Вот почему я задаю вам всякие глупые вопросы. И я был бы вам чрезвычайно признателен и больше не докучал, если бы вы поставили свою подпись вот здесь…

Он извлек из заднего кармана цветную фотокарточку Аликс. Она взяла ее, чтобы получше разглядеть: белое платье с глубоким вырезом, загорелые руки, ноги, плечи, длинные волосы с медным отливом, зачесанные назад под белый ободок, и доставшиеся ей от матери красивое лицо и отличная фигура. Над нею простиралось синее римское небо, а за спиной — обычная оживленная картина моста Гарибальди. Судя по всему, снимок был сделан с порога кафе Карло, к которому Аликс направлялась, только-только ступив на мостовую.

Новый знакомый из-за ее плеча тоже разглядывал фотографию, как бы оценивая свою работу.

— Хорошо получились, правда? Но это и неудивительно — вы ведь очень красивая. Я сделал этот снимок на прошлой неделе. Ну как? Вы меня простили?

Его наглость раздражала Аликс, но вместе с тем ее мучило любопытство.

— Ради бога, скажите, зачем вам все это нужно? — спросила она.

— Я же сказал — чтобы выиграть спор. Так вы оставите автограф? Можете потом забрать его, если хотите.

— Хорошо. Так и быть.

Она быстро подписала «Аликс» и хотела уже прибавить фамилию, когда он остановил ее:

— А не могли бы вы написать «Ваша Аликс» или «Микеле от Аликс»?

— Нет, не могу. И я хотела бы забрать карточку, когда она вам будет уже не нужна.

— Пожалуйста, — согласился он. — Скажите только когда. А как насчет остальной чепухи? Например, когда у вас день рождения? Вам сейчас, наверное, девятнадцать?

— В этом месяце двадцать первого числа мне исполнится двадцать.