Чтение онлайн

Он мгновенно почуял в ней перемену, ощутил обуявший ее ужас… Господи, неужели его страстные ласки напомнили ей о Гарри? Саднящая, жгучая боль захолонула его.

— Эмили, милая…

Он хотел попросить прощения за свою несдержанность и бестактность, но Эмили закрыла его рот своей ладонью, покачала головой.

— Нет… нет. Я не могу… — выдавила она с таким трудом, будто заговорила впервые за много месяцев. — Я не вынесу, если потеряю еще одного ребенка.

Что же она наделала? Что бы он сделал с ней, если б она ему поддалась? Ведь они почти добрались до

последней черты… Последние капли желания иссякли под грузом этих мыслей. С замиранием сердца Эмили следила за тем, как Тони борется, пытаясь потушить бушующий внутри пожар, и выходит победителем из этой битвы.

Когда-то Гарри взял ее силой, а теперь она сама умоляет Тони любить ее. Только в этом и заключается разница, в остальном все развивалось бы по старому сценарию. Разве что вторично ей не пережить гибели своего малыша.

Она неловко натянула платье, кое-как привела себя в порядок. Время и пространство куда-то отодвинулись, лишь обрывки мыслей мелькали в помутившемся сознании. Эмили даже позабыла слова, которые только что пролепетала, и недоуменно уставилась на Тони, когда он резко спросил:

— Какой ребенок? О чем ты?.. Эмили, у тебя был ребенок?!

Он хорошенько встряхнул ее за плечи, и Эмили через силу выплыла из оцепенения, куда погрузилась, точно в омут, и столкнулась с настойчивым, инквизиторски суровым, вопрошающим взглядом.

— Налей мне еще вина, — тихо попросила она ровным, безжизненным голосом.

Он недовольно нахмурился, но выполнил просьбу и подал ей наполненный до краев бокал.

У Эмили пересохло в горле, распухшие губы жаждали влаги. С каждым глотком в организме восстанавливалось утраченное равновесие, и ее вдруг неудержимо потянуло ко сну. Глаза сами собой слипались, Эмили зевнула раз, другой, напрочь игнорируя нетерпение Тони, выжидающе смотревшего на нее.

— Я устала, — раздраженно сказала Эмили. — Я хочу спать.

Третий бокал оказался явно лишним. Комната закружилась у нее перед глазами, Эмили попыталась угнаться за ней, но ноги у нее подкосились, и она провалилась в зияющую бездну.

Тони подхватил ее как перышко, опустил на диван. Эмили заснула крепким, беспробудным сном…

Она опьянела от трех бокалов белого вина… Но, видимо, она вообще не употребляет алкоголя и к тому же ничего не ела, напомнил себе Тони. Добавим к этому набору недавнюю неприятную встречу с Гарри, и получится, что удивляться нечему: утомлено тело, без сил осталась душа, так что сон единственное спасительное средство.

Надо бы отвезти Эмили домой, но пока она не растолковала своей странной мольбы, обращенной к нему, и Тони не мог отпустить ее, не докопавшись до сути.

Эми зачала ребенка от Гарри — возможно ли? Когда-то она холодно заявила, что у той ночи не было последствий. Но сегодня Тони узнал много нового, и, вполне вероятно, далеко не все. Так, значит, у бедняжки на душе еще и это бремя?

Он склонился над Эмили, взял на руки. Какая же она легонькая, хрупкая…

По счастью, у миссис Вулф комнаты для гостей всегда наготове. Подойдет .любая. Эмили останется здесь на ночь, а утром они поговорят

о недосказанном. В одном Тони был твердо уверен: его чувства к этой женщине неизменны, независимо от того, родила она ребенка от Гарри или нет.

Однако если она забеременела в шестнадцать лет… Тони содрогнулся, представив, что ей, бедняжке, пришлось претерпеть. Из огня да в полымя.

Шшш, нельзя ее будить, пусть отдохнет. Он медленным шагом направился к двери, у порога приостановился, всмотрелся в ее умиротворенное, спокойное личико, мимолетно коснулся губами ее лба.

— Я люблю тебя, милая, — прошептал он в ее сомкнутые губы, и, словно пытаясь ответить, она улыбнулась во сне.

Доброе предзнаменование?..

Да, это чудесное предзнаменование, позволяющее надеяться, что у них с Эмили есть будущее. Тони поднялся со своей драгоценной ношей по лестнице, уложил спящую красавицу в постель, снял с нее платье и взамен достал из платяного шкафа и надел на нее свою рубашку, в которой могли уместиться две, а то и три Эмили. Он укрыл ее шерстяным пледом: после жаркого дня летняя ночь обещала быть прохладной.

Эмили заснула настолько крепко, что не почувствовала, как он отнес ее наверх, как раздевал. А потом еще долго стоял и смотрел на нее при тусклом свете ночника.

Ладно, пусть сегодня не суждено состояться их соединению, пусть ее желание было всего лишь следствием эмоционального всплеска, но она так охотно и пылко отвечала на его ласки! Еще не все потеряно, можно попытать счастья в другой раз.

Он даст ей время подумать, освоиться, привыкнуть, познакомиться с ним. Если в конце концов она все же отвергнет его… насильно мил не будешь, да ему и не хотелось принуждать ее. Только бы Эмили не оттолкнула его сразу, нужно успеть доказать ей, что все произошедшее между ними — не мимолетная прихоть.

Тони не удержался от искушения, наклонился, поцеловал ее. Потом резко выпрямился и вышел не оглядываясь.

В гостиной бокал Эмили валялся на полу около дивана, тут же лежал ее бюстгальтер. Тони подобрал его, отнес в комнату Эмили, повесил поверх платья на спинку стула. Ему вспомнилось, как он целовал ее грудь и с какой страстью чисто по-женски откликалось на ласку ее тело… Но вызвать в женщине ответное влечение — не велика заслуга. Гораздо сложнее завоевать ее любовь.

Эмили просыпалась с неохотой, подсознательно страшась пробуждения. Сон ее был непривычно глубоким и долгим, и теперь голова тяжелая как свинец и хочется пить.

Она потянулась к ночному столику, пошарила рукой в пустом пространстве, недоуменно приоткрыла один глаз… Незнакомая комната, чужие вещи, и она не в своей кровати…

В памяти разом восстановилась картина вчерашнего вечера, и Эмили в смятении закрыла лицо руками, чувствуя себя так, словно выгребла из сундука и швырнула на ветер золотые монеты, накопленные за многие годы. Оказывается, дожив до тридцати лет, она так ничему и не научилась. Сколько всего она наговорила, что вытворяла! Последнее особенно унизительно.