Чтение онлайн

Митридат еще мог как-то объяснить и оправдать влечение отца к родным сестрам, но сластолюбие к родной матери- такое не укладывалось у него в голове! Он мог понять и принять жестокость отца к врагам, но не желал понимать его жестокость по отношению к своим близким. И конечно же, Митридата обеспокоило то, что сын Монимы, если верить Роксане, оказался для отца предпочтительнее его самого.

«Фарнаку не бывать наследником царства!- мстительно размышлял Митридат.- Мой отец заплатит кровью за кровь и смертью за смерть! Отец казнил мою мать, за это я убью Фарнака и отниму у

отца царство! Роксана права, случай открыл мне глаза и теперь я сам выберу свой жребий».

Летняя ночь пролетела быстро.

Утром, направляясь в покои Роксаны, Митридат случайно столкнулся в одном из залов дворца с двумя евнухами, один из которых нещадно колотил другого кулаками. При этом он гневно приговаривал:

– Как ты смеешь, негодяй, поднимать руку на царского наследника, доверенного тебе для воспитания! Ты обнаглел, полагая, что царь Митридат далеко отсюда? Так знай, навозный червь, что я здесь «глаза» и «уши» нашего царя! Ты поплатишься за свою дерзость…

Митридат схватил евнухов за шиворот и растащил в разные стороны.

Он сразу узнал Вакхида, доверенного евнуха царя, приставленного к Мониме. Другой евнух, более молодой, был незнаком Митридату. От толчка сильной Митридатовой руки он не удержался на ногах и теперь, сидя на полу, размазывал по лицу кровь, текущую из разбитого носа. Избивший его Вакхид стоял у стены. Испуганный внезапным появлением Митридата Младшего, он замолк и постарался придать своему лицу добродушное выражение.

В нескольких шагах от происходящего стоял стройный кудрявый мальчик лет девяти. Это и был сын Монимы, виновник ссоры. В больших светло-карих глазах Фарнака не было испуга, скорее любопытство, а при виде Митридата Младшего в коротком красном хитоне с обнаженными мускулистыми руками в детских глазенках появилось еще и восхищение.

– Так ты говоришь, Вакхид, Фарнак является наследником трона,- обратился к eeiryxy Митридат, мрачно сдвинув брови,- а кто, по-твоему, я?

– Ты тоже наследник царя, о Великолепнейший!- льстиво улыбаясь, промолвил Вакхид.- Чем больше наследников у нашего славного царя, тем крепче его держава.

– Наследников у моего отца, конечно, много,- заметил Митридат Младший,- но наследник трона – один. Кто же он – я или Фарнак? Отвечай!- повысил голос Митридат, видя, что Вакхид медлит с ответом.- Ты явно знаешь то, чего я не знаю.

– Не нужно относиться всерьез к моим словам, брошенным сгоряча, о храбрый Митридат,- пролепетал Вакхид.- Я назвал Фарнака наследником лишь для того, чтобы сильнее воздействовать на этого негодяя.- Вакхид кивнул на молодого евнуха.- Только и всего. Истинным наследником царства, несомненно, являешься ты, о Лучезарный!

– Неправда!- вдруг вскричал юный Фарнак и смело шагнул к Вакхиду.- Ты лжешь, евнух! Мама говорит, что это я – наследник царства. А он,- мальчик ткнул пальцем в Митридата,- будет моим полководцем и наместником Каппадокии.

– Замолчи! – зашипел на ребенка Вакхид. – Что ты мелешь, глупый! Мама говорит… Мало ли что она говорит?! – Он взглянул на Митридата и виновато улыбнулся. – О Неподражаемый, не придавай значения этому детскому лепету. Мальчишка сам не

знает, что болтает!

– Мне следовало бы прикончить и тебя и Фарнака, жаль, я не взял свой меч,- сказал Митридат, и по выражению его глаз было видно, что он не шутит.- Но я не стану торопиться с этим, все равно все вы скоро окажетесь в моей власти!

Круто повернувшись, Митридат зашагал прочь, оставив оцепеневшего и побледневшего Вакхида.

Последние сомнения рассеялись в душе Митридата после случившегося. Он вызвал к себе своего друга эллина Дейонека.

– Слушай, Дейонек,- обратился к нему Митридат,- ты ведь родом из города Фасиса, что лежит на побережье Колхиды. Ты даже похвалялся как-то, будто знаешь наречия колхов.

– Одно из наречий,- поправил Митридата Дейонек,- да и то не очень хорошо.

– Ты еще утверждал, что у тебя есть гостеприимны среди знатных колхов, так ведь?

– Не у меня, а у моего отца,- опять сделал поправку Дейонек.

– Твой отец по-прежнему живет в Фасисе?

– Да.

– Немедленно отправляйся к отцу,- решительно промолвил Митридат,- денег на дорогу я тебе дам. Садись на корабль, так будет быстрее.

– Но зачем?- недоумевающе спросил Дейонек.

– Сейчас объясню,- сказал Митридат.

Митридат открыл Дейонеку свой замысел, по которому он хотел через Дейонека связаться с вождями колхов.

– Пусть колхи заявят моему отцу, что готовы сложить оружие, но при условии, что я стану царем над ними,- молвил Митридат.- Не скупись на обещания вождям, Дейонек. Если мой замысел удастся, я осыплю золотом и тебя, и предводителей колхидских племен.

Дейонек внимательно выслушал Митридата, затем произнес, качая головой:

– Думается мне, Митридат, ты затеваешь опасное дело. Подумай, можно ли доверять колхам? И как отреагирует твой отец на все это?

– И Зевс когда-то затевал опасное дело, выступив против отца Кроноса,- усмехнулся Митридат,- зато впоследствии стал царем богов.

Роксана, когда узнала, с какой целью Митридат отправил Дейонека в Колхиду, не смогла скрыть бурной радости. И прежде чем поцеловать племянника, произнесла проникновенным голосом:

– Я целую будущего владыку Понта!

Вместе они тщательно обдумали свои будущие действия, готовясь к встрече с царем. Они хотели усыпить бдительность Митридата и постараться убедить его доверить Митридату Младшему как можно больше войск.

Однако вместо царя в Синопе объявился Тирибаз.

Вскоре до столицы дошел слух, что царь увлекся очередной красавицей. На этот раз это была уроженка Хиоса по имени Береника. Часть плененных хиосцев была расселена в Амисе. По договору с Римом хиосцы должны были вернуться на родину, им были выделены корабли и провиант на дорогу. Царь пожелал сам убедиться, что никого из хиосцев не принуждают остаться в Амисе силой. Во время посадки хиосцев на суда царю попалась на глаза девушка необычайной красоты. Вмиг позабыв обо всем на свете, царь пожелал, чтобы юная красавица осталась с ним. Ее родителям было отсыпано столько золота, что они без раздумий отдали дочь Митридату, благо у них кроме Береники было еще три дочери на выданье.