Чтение онлайн

Мы с лекарем Гримасом понимающе переглядывались, пили вино и в нужных местах поддакивали девушке.

Лэра Ксения весь вечер развлекала нас разговорами, рассказывала про столичную жизнь, двор князя, последние сплетни, про известных при дворе личностей. Выражение "светская львица" как раз про неё. Казалось, что молодая "львица" оттачивает своё мастерство на случайно подвернувшемся ей мне.

– Так вот, лэр Провиш известен тем, что никогда не улыбается, - делилась она талантами представителей княжеской элиты.

– Что вообще никогда?
–

спросил я из вежливости.

– Совсем никогда, - ответила она кивая головой для убедительности.

– А когда смеётся?
– уточнил я.

Лэра Ксения на мгновение задумалась и ответила:

– Никогда не видела, чтобы он смеялся. Надо уточнить этот вопрос.

– Лучше не надо, - отсоветовал я ей, - вдруг у него зубы кривые, и вы поставите лэра в неудобное положение.

Девушка непонимающе уставилась на меня, что-то осмыслила и рассмеялась.

– Вы считаете меня дурочкой, лэр Виктор?
– спросила она.

– Ну что вы, как можно, - уверил я её в своей лояльности.

– Я сама понимаю, что они идиоты, - сказала она и с грустью добавила, - к сожалению времена воинов-героев ушли в небытие, а нам, современным девушкам, приходится общаться с напыщенными павлинами.

"Ну надо же и в этом мире та же проблема. Чего ж они все ждут-то добро молодца с головой соловья-разбойника в заплечной сумке?" - думал я над странностями женской души.

На следующее утро за завтраком лэра Ксения напомнила мне о воздушном змее, о котором я вчера с дуру ляпнул, и спросила, когда я планирую заняться его изготовлением. Я посмотрел с надеждой за окно, но как назло день обещал быть ясным.

– Мне нужно небольшой кусок цветного шелка, две тонкие веточки или рейки, разноцветные ленты, нитка и иголка, и, если есть, клей, - озвучил я свои запросы.

– Я распоряжусь, - с энтузиазмом ответила девушка и выбежала из обеденного зала, вызвав своим поведением недовольство тётки.

И вот мы бежим вдвоём по полю ловя ветер, совместно удерживая за леер парящего в небе ярко-красного воздушного змея с развивающимися цветными лентами. Мы беззаботно смеёмся, подгоняемые потоками воздуха, её непослушные волосы выбились из плена и сейчас развиваются на ветру, меня переполняет восторг. Леер вырывается из рук и змей устремляется в высь, я в последний момент прыгаю и успеваю схватить веревку. Ксения смеётся и хлопает в ладоши, затем берет меня за руки и начинает кружить. Мы кружимся, улыбаясь друг другу, её глаза светятся от радости ослепляя меня озорными искорками.

– Лэра Ксения! Вы простудитесь!
– слышу я визгливые крики её тётки и возвращаюсь в реальность.

На следующий день дамы уехали в гости к соседям, а лекарь - домой.

* * *

Всё началось ближе к вечеру трое оставшихся в имении из охраны воинов, решили отметить отъезд начальства. Праздник проходил в помещении для прислуги, прилегающем к кухне. Я шел на кухню за квасом, ужасно хотелось пить, а на звонок никто не отвечал. У изголовья моей кровати из дырки на стене спускался

шнур, когда его дергаешь, приходит слуга. Так вот, я его дергал, дергал, а никто не приходил, ну я и пошел разбираться.

Подойдя к кухне услышал гул голосов, женский смех и мужской гогот. Заинтересовался, открыл дверь и обозрел картину: длинный стол, заваленный всякими вкусностями и кувшинами с алкоголем; за столом на лавках размещалась компания в количестве десяти человек, весело проводящих время. Когда я вошел в комнату и стал размышлять у кого бы попросить кваса, один из воинов поднялся и сказал:

– Добрый вечер, лэр Чернов, не желаете ли присоединиться?

Дело в том, что моя одежда со временем потрепалась, а от навязываемых мне лэрой Ксенией тряпок лэра Гридича я категорически отказывался. Так что по внешнему виду я от присутствующей компании людей в общем-то не отличался. Кроме того, из-за менталитета, у меня отсутствовала заносчивость перед слугами. Видимо благодаря перечисленному простые обитатели поместья относились ко мне без настороженности и запросто смогли пригласить присоединиться к их торжеству. В общем ломаться я не стал.

Пили пиво и даже вино. Воины рассказывали мне как новому слушателю, ну и разумеется дамам про свои подвиги. Я чтобы в ответ ничего не говорить про себя исполнил кое-что из репертуара моего деда: "Ой мороз, мороз...", "При лужку", "Любы братцы, любо", "Казак". Перевезти с ходу песни на новый язык у меня получилось не очень, так что спел я на родном, но никто не обиделся. Потом были танцы, кто-то притащил балалайку, ну я и отжёг. Затем кто-то нежно шептал мне на уши, причем на оба сразу, помню, что у меня всё никак не получалось сориентироваться в пространстве. А потом всё, ничего больше не помню.

Очнулся я утром в своей кровати, под несменным балдахинном, и обнаружил на груди чью-то руку, перевел взгляд и встретился с глазами с горничной.

– Здесь есть чего-нибудь попить?
– спросил я.

Девушка развернулась, потянулась за стоящим на столике кувшином, открыв мне потрясающий вид и... наконец-то подала мне квас, то зачем, собственно, я вчера и шел на кухню. Горничная, я так понимаю, мне досталась в качестве бонуса.

Радостную утренею картину испортила зашедшая в мою комнату фурия. А как мне её ещё назвать? От её захода чуть не слетела с петель дверь, не обрушилась часть стены и на нас ежва не рухнул балдахин.

– Мерзавец!
– с порога заявила она, - Да как ты посмел! В моём доме! Я его...! Я с ним...! А он...!
– делала она большие паузы, заглатывая воздух, видимо не находя слов.

Горничная пискнула и спряталась за меня, накрывшись одеялом. А мне куда деваться? И зачем так кричать? Голова же болит! Спасла нас лэра Полич, какая милая тётя оказалась, я был к ней не справедлив.

– Лэра Гридич, что вы себе позволяете!
– начала она спасательную акцию, - Молодая девушка врывается в покои мужчины!? Это не слыхано! Ваш отец будет очень недоволен, лэра!