Чтение онлайн

Палец Нико напрягся на спусковом крючке, и его руку сотрясло отдачей — он даже не был уверен, что собирается выстрелить, это случилось почти помимо его воли, событие, для которого он был средством, но не основной причиной. Человек был ранен. Он упал. Нико сделал ещё один неуверенный шаг вперёд. Подстреленный был без сознания, а его друг склонился над ним, повернув голову с округлившимися глазами к Нико.

— Не двигаться, — сказал Нико.

— Не стреляйте, — попросил тот. Пистолет в руке Нико подрагивал, но он не опускал его. Да где же этот Мюллер, думал он. Он же не мог не

слышать выстрела. Что его задержало?

А затем позади него послышался громоподобный взрыв, и вспыхнул свет такой яркий, что всё вокруг словно лишилось цвета. И оконные стёкла треснули и полетели внутрь тысячей осколков.

Нико Буржуан ощутил, как осколки стекла впиваются ему в спину и руки. Он повернулся и уронил пистолет, изумившись тому, что увидел: Владыка Хебдомада поднимался на столбе пламени с противоположной стороны улицы.

Декс начал воспринимать происходящее, только оказавшись в переулке; его здоровая рука обхватывала Говарда Пула за шею, а ноги двигались сообразно своей собственной логике.

Он посмотрел на тяжело дышащего Говарда, у которого сочилась кровь из множества мелких порезов.

— Что, — сказал он. Он собирался спросить «Что мы делаем?» Но слова уворачивались от него.

Говард коротко взглянул на него.

— Беги. Если можешь, просто беги.

Они побежали. Каждый шаг отдавался фейерверком боли в плече и руке, которая, к сожалению, снова обрела чувствительность. Он не смотрел на рану. Он всегда плохо переносил вид крови, своей или чужой — без разницы, и не мог позволить себе нового обморока.

Он рискнул обернуться на бегу и посмотреть назад. То, что он увидел, выглядело как крупномасштабная галлюцинация.

Над галечными крышами Бикон-стрит, над водосточными трубами и путаницей телефонных проводов в безоблачное ночное небо поднимался столб огня. По мере подъёма пламя начинало светиться оттенками синего, и Дексу показалось, что в этой искрящейся субстанции были лица — невероятно огромные и постоянно движущиеся.

— Ради Бога, — прохрипел Говард, — не останавливайся.

Они перебежали Оук и пробежали несколько ярдов в гору по заставленному машинами переулку, когда Декс сказал:

— Погоди.

Говард нетерпеливо взглянул на него.

— Мы оставляем след, — объяснил Декс. — Смотри.

Яркие пятнышки крови поблёскивали на асфальте. Осталось лишь соединить, подумал Декс. Они найдут нас к утру.

В окнах окрестных домов горел свет, но вдоль сараев и заборов по сторонам переулка залегали глубокие тени, к тому же всё внимание было, должно быть, направлено на пожар. Они спрятались в переплетении теней.

— В основном это моя кровь. Говард, ты должен перевязать эту рану. Или наложить жгут.

— Не уверен, что сумею это сделать.

— Я тебя научу. Во-первых, отложи эту коробку. — Декс прищурился, рассматривая её. Оптический сканер. — Ты всё-таки украл чёртов прибор, да? Несмотря на всё это?

— Он был у меня в руках, когда вошёл солдат. А мы за ним и пришли.

— А ты целеустремлённый сукин сын, Говард.

— Без этого в аспирантуре никак. —

Говард глубоко вдохнул. — Сложно сказать, но, похоже, рана в мясистой части руки. Сквозная. Сильно кровоточит, но кровь, э-э… не фонтанирует. Чем её перевязать?

— Возьми свой ремень в качестве жгута. Туго затяни выше раны. И любую ткань, чтобы впитывала то, что вытекает.

Говард принялся за работу; Декс сидел на холодной земле и упорно разглядывал стоящий рядом дощатый забор. Когда-то он был покрашен, но краска вся облезла, за исключением нескольких лоскутов. Когда-то этот забор был белым. Сегодня он стал серым, испятнанным отблесками далёкого пожара.

Было очень больно, и он с трудом сохранял сознание.

— Говард? — сказал он.

— А?

— Что там вообще произошло?

— Не знаю. Что-то взорвалось. Очень удачно для нас.

— Совпадение?

— Думаю, да. По крайней мере, синхронность. Я сейчас затяну ремень. — Декс посчитал про себя до десяти. В глазах потемнело где-то на семи. Продолжай говорить, приказал он себе.

— То, что там произошло… это было странно.

— Ага.

— Неестественно.

— Думаю, да.

— Даже противоестественно.

— Можно и так сказать. Ну вот. — Последнее подёргивание. — Можешь встать?

— Угу. — Но его шатало.

— Можешь идти?

— О да. Лучше идти. Выбор-то небольшой — либо идти, либо помирать, как ты думаешь?

Говард не ответил.

Клиффорд повернулся и побежал, увидев столб синего огня. Он пробежал полквартала, когда вспомнил о велосипеде. Он собрал всю свою смелость и вернулся, схватил велосипед, взобрался на него и покатил на запад по Оук, потому что это был самый быстрый, хоть и не самый незаметный, путь домой.

Его видение событий на Бикон-стрит было полным, и он хорошо понимал, что происходит, до момента взрыва. Они разворачивались перед его внутренним взглядом как кино, как видеозапись, замкнутая в сводящее с ума бесконечное кольцо. Его злость. Пустая патрульная машина. Манипуляции с рычагом переключения скоростей. Поднимающийся ужас осознания возможных последствий. И взрыв на бензоколонке, а потом…

Эта часть не имела смысла. В его закольцованной видеопамяти это выглядело так: бензоколонка превратилась в огненный шар… а затем нечто, похожее на огромную бесплотную синую искру, слетело с неба и коснулось шара; и искра эта сгустилась в кобальтового цвета змею шириной почти со всю бензоколонку, которая, скручиваясь, уходила в небо так высоко, насколько хватало глаз. Клиффорду казалось, что столб немного отклоняется к западу, но в этом он не был уверен. Он не изучал явление с отстранённостью учёного. Скорее, он был охвачен паникой. В этот ужасный момент ему пришло в голову, что он каким-то образом стал причиной конца света, потому что синий свет был не просто светом: он был наполнен лицами и фигурами — человеческими лицами и фигурами. Одним конкретным лицом, угрюмым и бородатым. Бог или дьявол, решил Клиффорд.