Мистер убийца
Шрифт:
Еще одной зацепкой была сама покупка, которую отпустил продавец за несколько минут до смерти и которую полиция вычислила по компьютеризированному кассовому аппарату.
Купили необычно много: всевозможные виды диетического питания, сырные крекеры, орешки, маленькие булочки, плитки шоколада и другие высококалорийные продукты. Обладая ускоренным обменом веществ, Алфи вполне мог запастись такими продуктами в том случае, если пустился в путь, намереваясь обходиться какое-то время без сна.
После этого они снова надолго потеряли его след. Из Топики он мог направиться на запад по дороге Семьдесят между штатами прямо в Колорадо.
Теоретически, через несколько минут после того, как он прекратил повиноваться командам, существовала возможность включить передатчик в его ботинке с помощью зашифрованного сигнала, передаваемого через спутник по всей территории Соединенных Штатов. Тогда они смогли бы использовать серию геосинхронных спутников слежения, чтобы вычислить его местонахождение, поймать его и вернуть домой в течение нескольких часов.
Но появились проблемы. Проблемы всегда появляются неожиданно, как "поцелуй" айсберга.
Лишь в понедельник днем они засекли сигнал передатчика в Оклахоме, восточное границы с Техасом. Ослетт и Клокер, будучи рядом с Топикой, вылетели в Оклахому и, взяв машину напрокат, выехали по Сороковому шоссе, вооруженные электронной картой, которая и привела их к убитым престарелым гражданам и паре ботинок Рокпорт, один из каблуков которых был срезан и оттуда выглядывала электронная начинка.
Сейчас они снова были в аэропорту Оклахомы, шатаясь туда-сюда, как два шарика внутри игрального аппарата. К тому времени, когда они добрались до стоянки агентства по прокату машин, чтобы оставить там свою машину, Ослетту хотелось выть. Единственной причиной, почему он так и не завыл, было то, что никто не мог его услышать, кроме Карла Клокера. С таким же успехом можно было выть на луну.
В аэропорту он разыскал газетный киоск и купил последний номер журнала "Пипл".
Клокер купил пачку фруктовой жвачки, круглый значок, который гласил: "Я побывал в Оклахоме – и теперь могу спокойно умереть", и книжонку в мягкой обложке, которая была черти каким продолжением серии под названием "Звездный трек".
Снаружи здания аэропорта, где поток пешеходов был не велик и не интересен, как, скажем, на "Ла Гуардия" в Нью-Йорке, Ослетт сел на скамейку, окруженную густыми кустами. Он пролистал журнал до страниц шестьдесят шесть и шестьдесят семь.
"МИСТЕР УБИЙЦА" в Южной Калифорнии, писатель детективных романов Мартин Стиллуотер видит темноту и зло там, где другие видят только солнечный свет.
Двухстраничный разворот, который начинал сообщение на три страницы, был почти полностью занят фотографией писателя. Закат. Зловещие облака. Темные деревья на заднем плане. Снимок сделан под непонятным углом. Стиллуотер, казалось, надвигался на камеру, его черты были искажены, глаза отражали свет, и он был похож на зомби или убийцу-маньяка.
Парень был явно сумасшедшим, отвратительным показушником, готовым ради рекламы своих книг переодеться в обноски Агаты Кристи или прилепить свое имя на пачку крупы для завтрака: "Таинственные хлопья Мартина Стиллуотера, приготовленные из овсянки и загадочных молотых добавок; с сюрпризом в каждом пакете, по одному из серии одиннадцати жертв, каждая из которых была убита по-новому; призываем начать коллекционировать их с сегодняшнего
Ослетт прочел текст на первой странице, но до сих пор не понял, почему статья заставила подскочить давление у абонента в Нью-Йорке до критической отметки. Читая о Стиллуотере, он подумал, что статью можно было бы назвать "Мистер скука". Если этот парень действительно позволил появиться своему имени на крупе, то можно быть уверенным, что ее качество обеспечит вам серьезное расстройство желудка.
Дрю Ослетт не любил книги так же сильно, как некоторые не любят дантистов, и думал, что люди, писавшие их, – особенно романисты – родились на полвека позже, чем надо, и что они должны искать себе применение в настоящем деле, например в проектировании, кибернетике, в космических науках или прикладной волоконной оптике, в различных отраслях промышленности, где можно было внести свой вклад в улучшение жизни именно сейчас, на этом промежутке времени. В качестве развлечения, книги были очень занудными и длинными. Писатели хотели, чтобы люди заглянули в душу героев, открывая вам их мысли. В фильмах же не нужно было терпеть этого. Фильмы никогда не показывали, что на уме у героя. Даже если они это и показывали, то кто хотел бы проникнуть в мысли Сильвестра Сталлоне, или Эдди Мерфи, или Сьюзан Сарандон?
Книги были слишком интимными. На самом же деле не имеет значения, что думают люди. Главное, что они делают. Действие и скорость. Сейчас, накануне нового высоко развитого технического века, существовало только два слова: действие и скорость.
Он начал читать третью страницу статьи и увидел другую фотографию Мартина Стиллуотера.
– Господи помилуй!
На второй фотографии писатель сидел за своим письменным столом, глядя в объектив. Освещение было каким-то странным, поскольку казалось, что свет идет от стеклянной лампы, которая находилась сзади него и немного сбоку. Но на этой фотографии он не был похож на зомби с горящими глазами с предыдущей страницы. Клокер сидел на другом конце скамейки, похожий на огромного дрессированного медведя, одетого в человеческую" одежду и терпеливо ожидающего, когда цирковой оркестр сыграет его музыкальную тему. Он с головой ушел в первую главу "Стар трека", которая называлась "Спок получает удар" или что-то в этом роде.
Держа журнал перед собой так, чтобы Клокер мог увидеть фотографию, Ослетт сказал:
– Взгляни-ка на это!
Дочитав до конца абзац, Клокер взглянул на журнал "Пипл".
– Так это Алфи.
– Нет, не он.
Продолжая жевать фруктовую жвачку, Клокер заметил:
– Но очень на него похож.
– Что-то здесь не так.
– Но это просто вылитый он.
– "Поцелуй" айсберга, – загадочно произнес Ослетт.
Нахмурившись, Клокер спросил:
– Что?
В удобной кабине двенадцатиместного частного самолета было тепло. Она была со вкусом отделана мягкой бежевой замшей и контрастной по цвету темно-коричневой кожей с зелеными крапинами. Клокер сидел спереди и читал "Таинственная угроза в проктологии" или еще как-то. Ослетт сидел в середине салона самолета.
Сразу после взлета из Оклахомы он позвонил своему абоненту в Нью-Йорк.
– О'кей. Я прочитал "Пипл".
– Как, удар ниже пояса, не так ли? – ответил Нью-Йорк.