Чтение онлайн

Шеннон знал, что шансов почти не было. Но у риллиан тоже было мало шансов найти его. Он все еще не мог понять, какое число риллиан он почувствовал.

Он не сомневался, что это были они. Но контакт был слаб и продолжался недолго. Если бы за ним гналась вся армада, даже люди почувствовали бы ее. И контакт не был бы так короток.

Нет, это не было признаком обычного нападения. Но и не было игрой воображения. Шеннон пытался сосредоточиться, чтобы понять, что означал такой вид контакта, но Бредли засыпала его бесконечными вопросами и была еще более

настойчивой, чем раньше.

Шеннон не выдержал и сказал, когда она на секунду остановилась:

– Бредли хочет учиться? Или хочет известности? Это не игра. Не конкурс «кто лучше учится». Нужны Йетс и Есилькова, нужен математик – советский. Нужна помощь, Бредли. Нет времени для глупых вопросов больше.

– Шеннон, ты наглый, красный… – Бредли закусила губу.

Этого он не мог понять. Ее глаза наполнились водой, и она размазала ее по щекам, где она высохла. На всякий случай он повторил:

– Нужно сделать план безопасности. Сейчас, Бредли, сейчас.

– Очень хорошо. Сейчас. – Бредли нажала на клавишу консоли на столе и сказала в нее злым голосом: – Салли, найди этого легавого, на которого ты работаешь, или я скажу Маклеоду, что ты не справляешься с обязанностями. И найди Тинга и скажи ему, что пришелец хочет говорить с советским математиком.

Она встала, обошла стол и подошла к кушетке.

– Я очень хотела быть с тобой в хороших отношениях, Шеннон. Правда, хотела. Но ты такой же, как все.

– Нет.

– Да, – ее губы скривились. – Вся твоя болтовня про Сообщество, если ты не хочешь сотрудничать, так и останется болтовней. Ты можешь обмануть других, но не меня. Ты же не собираешься делиться с нами знаниями, правда? Йетс прав, ты навлечешь на нас гнев Божий. И запомни: с Йетсом и Есильковой ты далеко не уедешь.

Он все еще плохо понимал английские идиомы. Но он не собирался никуда ехать.

– Бог не гневный, Бредли. Шеннон один против гнева риллиан, – он пожал плечами, чтобы показать, что делает все возможное в трудных обстоятельствах. Потом добавил для ясности: – Бог любит вашу цивилизацию. Вселенную любит. Только люди не любят. Как риллиане не любят.

– Пошел ты, Шеннон! – посоветовала ему Бредли.

Шеннон знал, что пока он не может никуда идти, и поэтому остался на месте. Надо дождаться Йетса и Есилькову в надежде, что лгун Маклеод не обманул его.

Если они не придут, ему останется только умереть в этой комнате, безропотно принимая все, что уготовано ему судьбой: риллиан, голод, намеренное и ненамеренное зло, причиняемое его хозяевами, или бесконечные, наводящие тоску вопросы, задаваемые Эллой Бредли.

Лучше погибнуть в примитивном космическом корабле вдали от всех, чем медленно умирать в обществе Бредли.

Как отвратительно пахнет от испуганного человека! Но еще хуже вонь от разъяренного человека.

Бредли снова подошла к нему. Ее голос дрожал, а кожа изменила цвет: щеки и нос пошли красными пятнами. Шеннон подумал, что это от глазных выделений, которые она размазала по лицу.

– Знаешь, Шеннон, что бы ты

там ни говорил, никто не собирается разрешать тебе уйти – ни с Йетсом, ни с самим дьяволом.

Шеннон отчетливо ощущал не только эмоции, но и ложь. Сейчас он был уверен, что Элла не лжет. Все было правдой.

И он сказал:

– Приготовьте безопасность. Все еще нужны Йетс и Есилькова.

Бредли скрипнула зубами.

– Почему-то я так и думала, что ты это скажешь. Мне наплевать на все. Я выхожу замуж через несколько месяцев.

Шеннон искренне надеялся, что ее цивилизация все еще будет существовать через эти несколько месяцев. Но он сказал только:

– Да будет счастливым ваш союз с Тейлором Маклеодом. Желаю обильного потомства и мудрости, чтобы воспитывать его.

– Как ты узнал, что Тинг – мой жених?..

Шеннон растянул губы, чтобы успокоить ее.

– Ваши тела говорят, Бредли. Человеческие тела говорят, человеческие разумы говорят.

– Господи! Ты хочешь сказать, что умеешь читать мысли?!

– Читать? Нет. Слушать. Ты тоже можешь, Бредли. Просто прислушайся. Все живое говорит. Надо только слушать без страха.

Если времени осталось мало, Шеннон должен научить людей всему, чему возможно. Даже Элла Бредли может учиться, если когда-нибудь будет думать не только о себе.

И нельзя терять надежды. Он все-таки пошлет сообщение домой и найдет способ защитить этих существ от риллиан или, по крайней мере, отвлечь от них гибель.

Только тогда его сердце успокоится.

Если риллианский мыслезонд действительно успел засечь его разум, надо ожидать нового контакта, когда враги явятся сюда. Шеннон не знал, что такое преследование. Его народ никогда никого не преследовал. Он надеялся, что риллиане, поняв, что он один и не представляет угрозы, оставят его в покое.

Но они знали, где он, или же, в лучшем случае, знали, что он находится в радиусе действия мыслезонда. Шенноном снова овладело отчаяние.

Впервые в жизни ему хотелось уничтожить врага, а не победить его силой аргументов. Уж не начал ли он сам учиться у своих хозяев? Или это влияние одной Бредли, которая сидела и смотрела на него как на своего кровного врага?

Он не хотел им зла. Он протянул ей руку, жалость и сочувствие переполнили его сердце.

– Друзья, Бредли? Нет глупых ссор? Будем друзья?

Ее лицо побледнело, на нем появилось новое выражение.

Шеннон уже начал было убирать свою руку, когда она схватила ее.

– Конечно, Шеннон. Друзья. Я буду о тебе заботиться. Обещаю, никому не позволю распоряжаться тобой.

– Не обещай того, чего не можешь выполнить, – упрекнул он ее, но она, кажется, не слышала.

У риллианского солдата было имя, но для человеческого уха оно звучало бы как несколько щелчков в 49 – метровом диапазоне. И его имя в тот момент никого не интересовало. Он был один в этой маленькой вселенной на много световых лет вокруг.