Чтение онлайн

— Твое предупреждение… Слушай, ты действительно думала, что я вот так вот рвану в пампасы по одному твоему слову? После твоего… ухода?

— Думала, тебе хватит ума… Он так тогда всполошился, что я поняла, будто ты в Крепости что-то про Договор узнал.

А она избегает Колдуна по имени называть, отметил Олег. Симптомчик…

— Узнать, может, и узнал, только вот не понял ни фига, — проворчал он. — И наши, и эсбешники, и территориалы, и ОВР, и вояки, и теперь еще маги эти долбаные… Змеючья свадьба в бетономешалке. Вот ты сейчас, в данный конкретный момент,

на кого работаешь? Банальный вопрос, но все же… На Колдуна?

— Узнай он — голову бы мне оторвал. И не из ревности, ты не думай…

— Где уж, — хмыкнул Олег. — Ну а все-таки? Ты ведь, говоря откровенно, кое-что мне задолжала. Хотя бы пару честных ответов.

— Ушлятина ты позорная, «снайпер», — фыркнула она. — Ладно, вот честно: в данный конкретный момент я работаю на «снайпера» Олега Панина. Знаешь такого?

А ведь не врет, понял Олег. «Звучит» она чуть иначе, чем раньше, более жестко, но слышится в ее теме некий сумасшедший гитарный запил. Решилась она на что-то, а вот на что — не поймешь…

— Встречал как-то, — усмехнулся он. — Говорят, убили его где-то в Крепости.

— И съели… Шуточки у тебя, Панин!

— А кто сказал, что я шучу? — Он выдержал взгляд Кэт — очень серьезный, очень испытующий — и после долгой паузы негромко спросил:

— Почему?

— В чувство вины и в то, что я тебе действительно кое-что задолжала, ты ведь не поверишь?

— Мы с тобой «снайперы», соврать друг другу не можем. Разве что полуправду скормить…

— Не надо так, Олег.

— Извини. Просто привык в последнее время… ладно. И все же?

Она замялась. В ее музыкальный фон вплелся далекий, едва слышный басовый барабан, странно ложащийся на ее ритм.

— Ты знаешь… Тебя ведь потому и выбрали, что считали посредственностью, — все так же, в нерешительности, произнесла она. Странно — Олег не ощутил ни обиды, ни удивления:

— Выбрали — для чего? Для того, чтобы я совершил какой-то там эпохальнейший оптимальный выбор?

— Не бывает его — оптимального, — неожиданно резко откликнулась Кэт. — Бывает просто выбор.

— Ладно, суть понял. Так сказать, vox populi во плоти… Как Иван-дурак решит, посему и быть. Так, что ли?

— И опять ты все опошлил, — криво усмехнулась Кэт. — Много говорили о чистоте эксперимента, договаривались, как на тебя не влиять, не подталкивать… Скрепляли…

— На крови? — хмуро спросил Олег.

— Хуже. Много хуже, — уже без тени иронии отозвалась она. Олегу показалось, что басовый ритм стал чуть ближе, отчетливей, теперь он был как пульсация крови в ушах.

— И чего выбирать?

— Не знаю деталей. Что-то там с Тропой связано, с работами Крамнера по ней…

— Так, стоп. Ты, значит, хочешь сказать, что все эти гаврики, что вокруг меня толкутся, — просто сторонники разных концепций? И каждый, значит, хочет эксперимент, мать его, в чистоте соблюсти?

— Не каждый…

Олег помалкивал, курил. Несмотря на яркое пламя в камине, он здорово замерз. Что ж, думал он, это многое объясняет. Сшибка, значит, на уровне сверхценностей. А главная сверхценность сидит себе, покуривает

и мерзнет, как собачий хвост. А все потому, что посредственность идеальная…

— Ты-то как в этих делах оказалась? — спросил он, чтобы что-нибудь спросить. Думать о словах Кэт он сейчас просто не мог.

— Не хочу я об этом, — тихо ответила она, до боли знакомо качнув головой. — Да и неважно… Просто поняла, что у них ничего не получится. Ты рано или поздно поймешь, а тогда… Или сам сломаешься, или таких дров наломаешь…

— И тебе, чтобы это понять, два года понадобилось?

— Больше, Олег. Гораздо больше. Холодно…

Гулкий барабан еще придвинулся, теперь он гремел шагами командора. Олег вдруг осознал, что хоть этот ритм и связан как-то с Кэт, но исходит откуда-то извне, извне, извне, зараза!..

И надо было спросить Кэт о Максе, и спросить ее о брате Амосе, и много о чем, и просто поговорить, но времени уже не осталось, он чувствовал это с ледяной отчетливостью, и холод в крови сменился жаром…

Кэт повернула к нему бледное лицо:

— Вот и доболталась, дура… Уходи. Это за мной.

Олег только улыбнулся в ответ. Значит, говоришь, просто Выбор, подруга?..

— Да уходи ты, придурок! — она почти кричала. — Одного тебя не тронут.

— Кто? — продолжая улыбаться, кивнул он на дверь.

— Может, Хранители, — она пожала плечами. — Не встречалась с таким раньше.

— Которые, значит, Договор хранят… от меня? — как-то на удивление быстро догадался Олег. Кэт кивнула. Теперь, когда она поняла, что Олег все равно не уйдет, то стала спокойна, как Снежная королева. Глаза сощурены, на губах змеится опасная улыбочка… Олег усмехнулся ей. Так-то лучше, подруга, мы еще покувыркаемся!..

Ритм гремел почти нестерпимо, оглушая, но Олег не стал отключать «слух». Нож уже перекочевал к нему в ладонь — тяжелый нож, правильный. Здешний… Кэт улыбнулась уголками губ, как когда-то, и надобность в словах отпала окончательно. И в этот момент погас, затрещав, огонь в камине.

Олега это самую малость расстроило: расходовать силы на «кошачий глаз» не хотелось. Хотя, в общем, «снайпер» на боевом взводе ориентируется в темноте получше всякой кошки. А с Кэт они прекрасно понимали, чувствовали друг друга, слышали без слов — уж это у нас в привычке, это у нас в кровь вошло… Что, дядя, мельком подумал Олег про Колдуна, слабо тебе так? Слабо…

Он чувствовал, что в подступающей Волне что-то неправильно. Не бывает у людей такой Волны. Ни у кого не бывает. Это не Волна даже — Мощь, которая просто придет и убьет, а потом двинется дальше по своим делам… А носители ее — люди. Двое. Мать моя, да на таком напряжении в секунду сгоришь, мозги выжжет к чертовой матери! Ладно, пока нам бы день простоять да ночь продержаться…

Главное — выбраться из зала, подумал он, зная, что Кэт его поймет. Главное — сцепиться на предельно коротком расстоянии, иначе кранты. В бесконтакте с такой силищей дело тухлое. Уловив движение Кэт, Олег скользящим бесшумным шагом двинулся к выходу, сквозь гремящий ритм, держась левым боком к стене.