Чтение онлайн

– Ага! – удовлетворенно воскликнула девушка, – так значит, путь лежит в страну вардоков! А вы знаете, что это дикие племена, лишенные всех устоев и морали, некогда обманом порабощенные Бульваком, твоим предком, – она тыкнула в меня пальчиком, – и позже ставшие вассалами варваров.

– Не совсем так, – пояснил я, – ты верно сказала, что Бульвак Арабар обманул вардоков, пообещав им равноправие и власть, но на деле оказалось, что вардоки стали прислужниками варваров. В этом ты, Кэрин, безусловно, права. Но, как и все другие народы, вардоки имеют свои устои.

Потому что у каждого народа и племени есть свои традиции и обряды, по которым живет этот народ. Если убрать из умов этих людей традиции и обычаи, то и народ исчезнет. Тем паче, что и нас эльфы, гномы и люди Риверленда считают безмозглыми животными, хотя мы побеждали эльфов в битвах и совсем недавно выгнали хервингов с их земель! – гордо сказал я и осекся.

– Ты гордишься тысячами убитых и целым морем крови, – грозно заговорила Кэрин, – Ты, Радагас, сын тирана Танкраса, не лучше своего отца!

Она с явным отвращением и праведным гневом поскакала вперед, ударив коня по бокам. Я посмотрел на Олофа, который ехал позади меня. Тот только ухмыльнулся и махнул рукой.

Через некоторое время, две мили дороги по каменистой земле и отбитых лошадиных подков, Кэрин подъехала ко мне. Она посмотрела мне в глаза, и уколы совести, как уколы кривого ножа, стали колоть мое сердце.

– Зачем мы направляемся на восток? Какую цель должны сыграть вардоки? – протараторила Кэрин, проглотив свою обиду и даже не обращая внимания на то, что меня грызет совесть.

– Что ты скажешь, если я тебе скажу, – приготовился говорить я, – что хочу убить отца. Я хочу смерти Танкраса, короля варваров!

Мои руки невольно сжали поводья, так, что те затрещали.

Кэрин удивлено смотрела на меня и долго ничего не говорила. А я слушал топот конских копыт, зная, какой вопрос задаст девица.

– Чем же тебя прогневал Танкрас? Почему ты так хочешь его убить? Из–за семьи?

– Да, Кэрин, – мой голос показался мне почти старческим, – Я хочу мести. Он убил брата, задушил мать и остался безнаказанным. – Обнажил я злобу и великую ненависть к отцу, – Никто: ни боги, ни люди не покарали его. И лишь я остался со свербящей и жмущей сердце печалью и одиночеством.

Наверно, голос мой звучал слишком свирепо и злостно, потому что Кэрин немного испугалась, что читалось по ее напряженному лицу.

– У тебя в глазах огонь полыхает, как в горне кузницы, – тихо произнесла она.

– Или, как в адской темнице! – весело отозвался Олоф.

Я рассмеялся, гнев утих и, смягчившись, перешел в отвращение.

– Так зачем же мы скачем к вардокам, и почему за нами гонится королевская стража? – Кэрин все не унималась.

– Они хотят поймать меня и вернуть в Танград. Но наша цель в другом.

– Сейчас в Танграде не больше тысячи воинов, – начал я, – это королевская стража. Армия Танкраса сейчас в Хервинленде, пьет во славу победы и молит Удора, чтобы он даровал им победы и в других сражениях.

– Вся армия вардоков сейчас находится вместе с войском варваров, – подлил масла в огонь, подъехавший к нам Олоф, – поэтому на их поддержку

рассчитывать не стоит. Счастьем будет, если правители вардоков согласятся отправить с нами отряд, другой.

– Пока город будет пуст, мы вторгнемся в него и убьем отца… Танкраса, – сказал я, – Жители города, крестьяне, беднота и даже вельможи – все ополчились против короля, поэтому свободный проход по городу нам гарантирован.

– Но почему же вы сразу не попытались поднять народ королевства на восстание. Почему не помогли Эльду?

– Потому что люди еще не готовы. В них еще не зародилась сила и сплоченность, – ответил Олоф, – Каждый жмется в своей хижине, боясь высунуть носа. Но все слишком горды, чтобы признать, что им нужна помощь, сплотиться во имя свержения зла. Люди еще не готовы к этому. Но когда они увидят нового их правителя, способного разогнать тьму, увидят сильнейшую армию за его спиной, тогда окрепнет их дух, и восстанут они.

– И поэтому мы едем к вардокам за помощью и советом.

– А если вожди вардоков откажутся помогать? Испугаются гнева Танкраса и обернут свои силы против нас? Что тогда, Радагас? – спросила Кэрин.

– Тогда мы объявим им войну, – жестко отрезал я, – Если вардоки отступят, их ждет смерть от моих рук.

****

Вечером, остановившись на ночлег, мы развели костер. Погони не было (видимо заботливому отцу Танкрасу не было дела до ухода сына), поэтому опасаться, что кто–нибудь заметит костер, было не зачем. В этих диких и недружелюбных к путнику местах не водилось разбойников, которые грабили торговцев. Они наживались на южной дороге. Звери и чудовища тоже сторонились гор, каждый раз при извержении Эндреведа и Эмну рыча и скалясь в южных голых лесах.

****

– Зачем ты спас меня? – спросила Кэрин, когда я натачивал свой меч, сидя у костра и смотря, как мгла окутывает долину Кряжа.

– А я ведь хотел тебя сдать стражникам у той гильотины. Потому что сразу понял, что ты тоже была из тех, кто покушался на отца.

– Почему же не отдал на растерзание охранникам? – в ее голосе чувствовалось уважение.

– Потому что понял, что мы боремся за одно дело. А союзники мне нужны…

– Но тогда ты должен был встать плечом к плечу со мной и спасти Эльда и Ульфа!

– Я не мог. Нас бы убили. Но не в этом главная причина, – я умолк. Но внутренняя сила взяла вверх, и я продолжал откровение, – я испугался, что впаду в немилость отца. Если бы я убил стражу… я боялся, что он взбесится, и гнев его обернется на сына. Я его боялся… и сейчас боюсь. Каждый день от розового рассвета до темных сумерек он смотрел мне в глаза, он обучал меня, он готовил наследника, свою гордость. Но в тоже время отец бил свое чадо, бил беспощадно в пьяном беспамятстве и на трезвую голову. А я все терпел и боялся, что один из его булыжных ударов раскроит мне череп. Я боялся… и по сию минуту боюсь его. Но не только это сейчас владеет мной. Злость переполняет мое сердце, а крики брата и матери рвут душу!