Чтение онлайн

— Откровенно говоря, не знаю.

Видимо, мне следовало изменить угол атаки.

— Куда мы направляемся?

— Сейчас мы в координатах ноль-ноль-ноль, ноль-ноль-шесть, ноль-девяносто два.

— Каков пункт назначения? Где он?

— Стокгольм ноль-ноль, после чего вас, вероятно, переправят в Лондон ноль-ноль для продолжения работы.

— Что это за нули такие? Вы имеете в виду Лондон, который в Англии?

— Нет, ваш Лондон, это Лондон ИП-три.

— А в чем разница?

— Лондон ноль-ноль — столица Империума. Империум объединил в себе большую часть цивилизованного миpa: Северную

Европу, Западное полушарие, Австралию и прочее.

— Зачем вы меня похитили?

— Обычное изъятие с целью опроса, насколько мне известно.

— Вы предполагаете отпустить меня?

— Да.

— Домой?

— Нет.

— А куда?

— Затрудняюсь ответить. Вероятнее всего, в один из концентрационных пунктов.

— Еще один вопрос— Я достал из кармана автоматический пистолет и направил его на третью медаль слева на груди Винтера.— Вы знаете, что это такое?

Старший капитан отпрянул к спинке стула.

— Да. Где вы, черт возьми, это взяли?

— Держите руки на виду, а лучше встаньте-ка вот там. Винтер поднялся и направился в указанное место. Мне ни разу не доводилось целиться в человека с такого близкого расстояния, но сейчас я не испытывал ни малейших колебаний.

— Теперь давайте все по порядку.

— Я же ответил на все ваши вопросы,— растерянно проговорил старший капитан.

— И так ничего мне и не объяснили.

Винтер стоял и смотрел на меня. Я щелкнул предохранителем.

— У вас есть пять секунд. Раз... Два...

— Хорошо, хорошо. В этом нет необходимости. Я попытаюсь.— Он колебался.— Вас выбрали на самом верху. Чтобы добраться именно до вас, нам пришлось столкнуться с серьезными трудностями. Повторяю, это нестандартная ситуация. Видите ли,— несколько оживился Винтер,— возможность изъятия образцов в этом секторе раньше была крайне ограничена, поскольку ваш континуум расположен на своеобразном острове. Это одна из весьма немногих изолированных линий посреди огромной поврежденной области. Вся конфигурация здесь нарушена, и в данной зоне чрезвычайно опасно маневрировать. На раннем этапе мы потеряли многих достойных людей, пока не научились справляться с сопутствующими проблемами.

— Надеюсь, вы понимаете, что для меня ваши слова не имеют никакого смысла. Что имелось в виду под изъятием образцов?

— Вы не возражаете, если я закурю?

Я достал из пачки на столе длинную коричневую сигарету, раскурил и протянул Винтеру.

— Имеется в виду подбор коллекций индивидуумов и артефактов с типичных ИП-линий.— Он выпустил облако дыма.— Мы в разведке сейчас заняты топографическими операциями. Это, сударь, увлекательнейшая работа — оценивать тенденции развития, сопоставлять находки с теоретическими построениями, создавать высокоточные приборы, инструменты и прочее. Мы только начали открывать потенциальные возможности исследования Сети. Чтобы получить максимум информации в кратчайшее время, руководство сочло целесообразным подбирать индивидуумов для опроса. Так нам удается быстрее составить целостную картину конфигурации Сети по различным направлениям. В вашем случае я получил негласный приказ войти в Пустошь, проникнуть в третий сектор и взять под опеку некоего мистера Бриана Баярда, в частности, дипломатического представителя Американской республики.

Сейчас

Винтер говорил с воодушевлением. Без напускной церемонности он выглядел гораздо моложе.

— Ах, сударь, мне бы следовало гордиться, что выбор пал на меня. Проведение операций в Пустоши — это просто потрясающе. Правда, мне и раньше случалось работать на таком отдалении от Империума, что трудно или невозможно подобрать аналогии. Но ИП-три! Ваша система — это почти тот же Империум, но с достаточными отклонениями, чтобы позволить разыграться фантазии. Как ни схожи эти две линии, вокруг и между ними раскинулась Пустошь, и это указывает, насколько близко к краю пропасти мы подходили в прошлом.

— Ладно, Винтер. Достаточно я вас слушал,— прервал я,— Может быть, вы просто безобидный чудак. Но я ухожу, и немедленно.

— Это совершенно невозможно.— Он развел руками,— Мы сейчас посреди Пустоши.

— Какой Пустоши? — спросил я для отвода глаз, прикидывая тем временем, через какую из дверей лучше выйти. Дверей имелось три. Я остановил выбор на той, через которую еще никто не входил, и шагнул к ней.

— Пустошь — это область полного запустения, радиации, хаоса,— объяснял Винтер.— Там находятся пучки А-линий, где камеры-автоматы не регистрируют ничего, кроме огромных орбитальных колец из обломков. Есть полностью выжженные миры. Кое-где попадаются небольшие фрагменты облученных джунглей, населенных пораженными радиацией мутантами. Сударь, это ужасно. Вы вольны всю ночь держать меня под прицелом, но вам это ничего не даст. Через несколько часов мы прибудем на ноль-ноль, а до тех пор вам не мешало бы отдохнуть.

Выбранная мною дверь оказалась заперта.

— Ключ! — потребовал я.

— Ключа нет. На базе она откроется автоматически. Я подошел к другой двери. Через нее недавно входил мужчина с коробкой. Стоило ее распахнуть, как гудение усилилось. Короткий узкий проход оканчивался помещением, имевшим некоторое сходство с кабиной пилота. В кресле перед пультом кто-то сидел спиной ко мне.

— Сюда, Винтер. Идите вперед.

— Сударь, не будьте идиотом,— с заметным раздражением произнес он, поворачиваясь к столу.

Я поднял пистолет, прицелился и нажал спуск. Грохот выстрела сотряс помещение. Винтер дернулся, хватаясь за простреленную руку. Лицо его впервые омрачила тень настоящего испуга.

— Сумасшедший! — воскликнул он.— Вам же ясно сказано: мы посреди бездны.

Человек в кабине изумленно оглянулся через плечо и лихорадочно завертел какую-то ручку на пульте.

— Того и гляди обмочите этот милый коврик,— заметил я.— Следующей пулей я вас прикончу. Остановите машину.

Старший капитан побледнел.

— Слово чести, мистер Баярд,— он судорожно сглотнул,— это совершенно невозможно. Лучше застрелите меня. Вы не имеете представления о том, чего требуете.

В безумии моего похитителя больше не оставалось ни малейшего сомнения. Винтер действительно был согласен умереть, лишь бы не выпустить меня из своего фургона, или как там он его называл. Меня же, несмотря на всю браваду, вовсе не устраивала перспектива хладнокровно пристрелить человека. Тремя широкими шагами я пересек проход и приставил пистолет к пояснице человека, продолжавшего с остервенением вращать ручку на передней панели.