Чтение онлайн

– Самое ужасное то, что у профессора все было в одном экземпляре – и опытные блоки, и расчеты…

– Сколько времени может понадобиться Веркрюиссу? – напомнил я.

– Что?.. А-а-а… времени… Н-не знаю… Если Веркрюиссу было далеко до профессора в области теории, то в реализации практических задач он, пожалуй, на сегодняшний день самый сильный среди ученых…

– Что может ему помешать?

Борручага с надеждой взглянул на меня:

– Только вы…

– Я не об этом. Какие технологические или… научные проблемы могут приостановить работу?

– Право, я затрудняюсь… Последние семь лет я занимался совершенно

другой областью знаний… Может, недостаток ирия?

– Извините, – сказал я и, отойдя в сторонку, связался с шефом.

– Все понял, – быстро ответил Владимир Семенович, выслушав мое сообщение. – Сейчас распоряжусь усилить контроль за всеми хранилищами.

Отключив связь, я вернулся к Борручаге:

– А у профессора был запас элемента для проведения экспериментов?

– Да, но, похоже, они до него не добрались. Это единственный блок дома, куда посторонний не может проникнуть, дверь закодирована на появление профессора. Раскодировать ее может только Совет.

– Или маленький ядерный взрыв, – грустно пошутил я, вспомнив о захваченных отшельниками бластерах.

Мы надолго замолчали.

Незаметно наступил вечер. Потом ночь. Никаких обнадеживающих сведений не поступило. Я дал распоряжение Карлу и Алексею отдыхать, а сам вышел прогуляться возле дома. В одной из темных аллеек заметил чей-то силуэт.

– Кто здесь?

– Это я, Борручага.

– Не спится?

– Никак не могу заснуть. Все думаю об этих мерзавцах. Пойти на такое!.. Ведь это страшнее любого убийства. Они уничтожили не только великого человека, они захватили его мысли, плод многолетней работы, достояние всего человечества! Неизвестно, отыщется ли в ближайшее столетие такой могучий ум, который сможет постигнуть то, чего смог добиться профессор?!

Я хотел еще о чем-то спросить, но индивидуальное устройство связи тревожно пискнуло.

Голос шефа прозвучал необычно сухо, словно что-то мешало ему говорить:

– Асен, Асен… Совершена попытка проникнуть в хранилище ирия…

Шеф замолчал, и в его молчании было что-то давящее, гнетущее.

– Их не удалось взять? – вышел я из оцепенения.

– Нет…

Я чувствовал, что он что-то недоговаривает.

– Что еще, Владимир Семенович?

– Дэйв преследовал их, хотел прижать бот к земле… Они применили бластер…

Озноб пробежал по моему телу.

– Что с Дэйвом? – не сдержавшись, заорал я.

– Врачи надеются, что будет жить, – с трудом произнес шеф и тоном, дающим понять, что времени для пояснений не остается, добавил: – Не исключено, что они появятся на Сейшелах, приготовьтесь. Совет дал санкцию на уничтожение. Ясно?! Не повторите ошибки Дэйва. Все, не мешаю…

Бот вынырнул из темноты совершенно неожиданно. На вызов автомата диспетчера он не отвечал. Значит, они… Я сжал рукоятку бластера и стал ждать, когда бот приблизится на расстояние, с которого можно безошибочно поразить цель. Бот все увеличивался в размерах, но его то и дело заслоняло лицо Дэйва, смотревшего почему-то на меня как бы сквозь залитое потоками дождя стекло. Однако моя рука все делала верно: поймала в прицел бот и повела ствол бластера, из которого вот-вот должна была вырваться огненная игла плазмы. И когда палец, окончательно успокоившись на спусковой собачке, готов был утопить ее, на руке внезапно повис Борручага:

– Что вы делаете?! Там же бесценные разработки!

Компьютер профессора! Его блоки!

Мой мозг не успел дать команду «отбой!», и палец машинально нажал курок. Луч бластера прорезал пространство в нескольких десятках метров от бота и утонул в просторах космоса. Это выдало наше местонахождение.

Пока я пытался освободиться от тонких цепких пальцев Борручаги, с бота хлестнул ответный луч.

Очнулся я от нестерпимой боли в руке. Казалось, ее опустили в котел с кипящим маслом и не дают выдернуть. За спиной горел жилой блок, Борручага, скрючившись, лежал на земле в нескольких шагах от меня. Я машинально осмотрелся в поисках бластера и увидел расплавленный слиток металла – то, что от него осталось.

Усилием воли заставив себя не смотреть на руку, я поднялся и бросился к хранилищу ирия. Дверь была срезана лучом бластера и валялась на земле.

Неподалеку стоял бот, в котором с остекленевшими от страха глазами сидели Маноло и слуга Веркрюисса. Я метнулся в хранилище.

Вероятно, я напоминал пришельца с того света, так как, увидев меня, остолбенел не только Веркрюисс, но и самый решительный из этой четверки – Айкен. Он, забыв про зажатый в руке бластер, пятился в угол. Истошно взвизгнул Веркрюисс и еще крепче обхватил объемистый, но чрезвычайно легкий цилиндр с ирием.

Ошибся Дэйв, ошибся и я. Вместо того чтобы продолжать играть роль призрака, я громко заявил, морщась от боли:

– Довольно, отдай бластер.

Мои слова привели Айкена в чувство. Правда, нажать на курок он не успел, так как здоровой рукой я вышиб его бластер, но при этом потерял равновесие, и Айкен вложил все свои сто пятнадцать килограммов в удар ногой, который пришелся мне под ребра. Падая, я хотел дотянуться до Веркрюисса, понимая, что без него эта четверка никуда не денется, однако тот, сдавленно пискнув, юркнул мимо меня в дверь. Единственное, на что у меня хватило сил, так это мертвой хваткой вцепиться в рукоятку бластера.

…Меня починили через много дней. Мысленно реконструируя дальнейшие события, я понял, что второй удар ногой Айкен нанес мне в голову, третий и четвертый тоже… Самое удивительное, что я не выпустил из рук бластера, хотя, как потом оказалось, у меня были сломаны три пальца. Должно быть, кто-то пытался выдернуть оружие из моей руки.

Консультанты Совета долго ломали голову над происшедшим, но к единому мнению так и не пришли. В реальность машины прокола пространства большинство не поверило. Гораздо проще было допустить, что преступники сумели раствориться в многомиллиардном человечестве. Не знаю… Известно лишь, что четыре негодяя, а вместе с ними и тайна разработок профессора Батгуула исчезли бесследно…

Теперь все встало на свои места. Или почти все… Во всяком случае, осточертевший вопрос: «Что делать дальше?» – перестал мучить. Мы знали, что где-то находится враг, что его необходимо обезвредить. Знали, как можно вернуться на Терру. Аппарат профессора Батгуула, украденный Веркрюиссом у человечества, позволит нам найти дорогу к дому.

Ночь была на исходе. Чуть ли не силой Юрий заставил нас с Богомилом лечь спать – страшно было потерять хотя бы минуту, хотелось немедленно что-нибудь предпринять, действовать… Спал ли Старадымов, не знаю. Утром он был свеж и бодр как всегда.