Чтение онлайн

Многие и сегодня придерживаются точки зрения атлантолога двадцатого века, по летоисчислению до Великого Объединения, Жирова, полагавшего, что это была латунь, которую получали из редко встречающегося в природе минерала – аурихальцита. Этот минерал, как известно, содержит и медь и цинк.

Юрий опустил бот ниже. Теперь мы могли без труда рассмотреть обитателей города. В массе своей это были высокие стройные светловолосые люди. Я засмотрелся на мужчину средних лет, облаченного в белоснежные одежды. С важным видом он стоял посреди неширокой улицы, так что прохожим, чтобы не задеть его, приходилось обтирать стены домов

собственной одеждой.

Старадымов заметил, куда направлен мой взгляд.

– Богомил, тебе этот красавец никого не напоминает? – неожиданно спросил он.

– Не понял?.. – отозвался я.

– Нос… – подсказал Джерри.

Нос у атланта и вправду был необычный. Казалось, у его обитателя нет переносицы и прямой, словно птичий клюв, нос начинается выше бровей…

Характерный анатомический признак и вдобавок очень знакомый…

– Если с него да и его собратьев снять их экзотические одеяния… Как они, кстати, называются, Богомил?

– Гиматий, – машинально ответил я.

– Так вот, если с него снять гиматий, я бы сказал, что перед нами…

– Бестии! – оборвал Юрия Линекер.

– Да! – согласно кивнул головой Старадымов.

Я растерянно уставился на атланта. В самом деле, сходство было поразительное. Внешнее, во всяком случае. Представители местной цивилизации ничем не отличались от загадочного зверя, обитающего на северном берегу Байкала!

– Может быть, бестии – это потомки атлантов? – робко предположил я. – Тысячи лет назад они оказались отрезанными от родины, мигрировали и наконец попали в Сибирь…

– При этом умудрились, совершенно не изменившись внешне, полностью деградировать в умственном отношении, – ехидно добавил Джерри.

Я замолчал, потому что действительно получалась ерунда. Но с идеями было явно туго не только у меня.

– Еще одна загадка, – констатировал Старадымов и, помолчав, сказал: – Ты упорно именуешь их атлантами. Почему тогда на Земле не найдено никаких следов Атлантиды?

– Потому что там их и нет, – ответил я. – Атлантида существует только в этой параллельности. Видимо, при образовании Терры Инкогнита произошел какой-то из пространственных парадоксов. Атлантида не была продублирована и осталась в единственном экземпляре. Помните, при создании Терры были отведены специальные зоны, куда собирались жители Земли? Источники И-поля избавили людей от опасности дублирования.

– Я встречал на Ганимеде парня, отец которого тогда поссорился с любимой и с горя спрятался где-то в джунглях Амазонки, – сообщил Юрий.

– Ну и что? – заинтересовался Джерри.

– Ничего особенного. Просто несчастных влюбленных стало двое: один – на Земле, другой – на Терре, – пояснил Старадымов.

– Ситуация, – протянул Линекер, – как же они из нее выкрутились?

– Один женился на простившей его девушке. Их сыном, кстати, и был мой знакомый. А другому, чтобы не пугать любимую – она-то ничего не знала, – пришлось навсегда покинуть Землю…

– Такие случаи действительно были, – подтвердил я. – Совету тогда пришлось поломать головы, чтобы устранить их последствия. Так что отсутствие следов Атлантиды на Земле вполне объяснимо.

– Хорошо, – согласился Юрий. – Но не могли же все без исключения атланты в момент катастрофы находиться на своем острове. Ты сам говорил, что у них была огромная армия, которая как раз в то время, если верить Платону, вела войну с греками.

– А

ты представь себе положение этой армии. Родина исчезла неизвестно куда, кругом враги… Ясно, что долго обороняться деморализованные атланты не могли. Жестокий обычай древних времен повелевал убивать иноплеменников, и встречи с одинокими скитальцами кончались обычно уничтожением последних представителей некогда многочисленных и могущественных народов. История полна таких примеров. Древние римляне в свое время беспощадно расправились с жителями этрусского города Вей: перебили и продали в рабство. Вдобавок у атлантов очень характерная внешность: укрыться среди представителей других народов и племен они никак не могли. Не забывайте к тому же, что древние были убеждены: Атлантиду покарали боги, и довершить уничтожение атлантов значило исполнить волю небожителей…

Мои разглагольствования прервали звуки множества барабанов.

Если до этого население города было занято своими неотложными делами: женщины ругали детей, несли на головах кувшины с водой, корзины с фруктами; мужчины победнее торговали на рынке, крутили гончарные круги, стучали молотками, обрабатывали камни, из которых то тут, то там сооружались новые постройки в два, а кое-где и в три этажа; мужчины побогаче вели беседы и командовали слугами, то заслышав барабанную дробь, все замерли, как по команде повернули головы в сторону храма. Даже белокурые ребятишки прекратили беготню, притихли.

По радостным лицам стало видно, что все ждали этого сигнала и выполняли повседневную работу, постоянно помня, что он вот-вот должен прозвучать. Теперь мне было понятно, почему женщины облачены в праздничные одежды, почему они, ругая детей, только делали вид, что сердятся, а их глаза лучились ожиданием восторга, почему мужчины были столь сосредоточены, суровы и то и дело поглядывали в сторону северо-восточной части города – туда, где на склоне одинокой горы темнела громада странного здания, по всей вероятности, храма. Рядом с ним воинственно упирал в небо трезубец огромный взлохмаченно-грозный каменный идол с гипертрофированными мускулами атлета и характерным для атлантов могучим носом, начинающимся чуть выше бровей.

Барабанная дробь смолкла, и внезапно все пришло в движение. Дети наперегонки бросились к центру столицы. За ними бежали женщины. Едва сдерживались, чтобы не рвануться вперед, мужчины. На улицах появились темнолицые старики.

– Кажется, что-то намечается, – довольно потер руки Линекер и повернулся к Старадымову. – Юра, прибавь-ка ходу, а то поспеем только к шапочному разбору.

Юрий с улыбкой взглянул на меня:

– Может, не будем спешить, Богомил?

– Теперь не тот случай, – обиженно отозвался я, но тут же, укорив себя за тон высказывания, оживился: – Джерри прав, пора прибавить ходу!

Старадымов мгновенно переместил нас к холму, и бот завис над стоящими возле метровых ступеней каменного божества глашатаями. Пока те собирались с духом, Линекер покосился на шарообразный бицепс идола, до которого было не больше нескольких метров, и неприязненно полюбопытствовал:

– А это что за тип?

– Греки называли его Посейдоном, – улыбнулся я. – Этот тип повелевает морской стихией.

– Вы поосторожней с оскорблениями, – со смехом сказал Старадымов. – А то обидится да ка-ак жахнет по боту своими вилами, никакая защита не спасет.