Миротворец 2
Шрифт:
— Так ведь лапта же это старинная русская игра, а там почти те же навыки нужны, что и в футболе — бей и беги. А тому, кто в воротах — лови и бей. Из мастеров лапты и набрали.
— Ну посмотрим, что они умеют, эти мастера лапты, — ответил Александр, усаживаясь в ложе.
Вид отсюда открывался прекрасный, все поле было видно в мельчайших подробностях. Прозвучал торжественный марш от группы музыкантов, и на поле трусцой выбежали 22 игрока, слева в полосатой черно-желтой форме Нева, а справа во все красном Москвич. Трусы у них были очень длинные, ниже колен.
— У меня, кстати, есть идея для музыки, которая
Сергей посмотрел на брата с немалым удивлением, но блокнот и карандаш ему обеспечил.
— Вот так примерно должно быть, — и царь напел хорошо известный в будущем Футбольный марш Матвея Блантера, — там-пам-тара-пам-пам-пам, ну и так далее.
— Ты откуда нотную грамоту-то знаешь? — не преминул задать ему каверзный вопрос Сергей, — что-то я не помню, чтоб ты ее изучал.
— Времени свободного много было, вот и поднатаскался, — ответил ему брат.
— Хорошо, я прямо сейчас отдам эти ноты музыкантам — в конце матча пусть и сыграют, — предложил он, а Александр не стал возражать.
— И трусы у них хорошо бы укоротить — в таком виде они же бегать мешают, — сказал Сергею на дорожку царь.
Матч начался… тактика у обеих команд была одинаковая — запулить мячик подальше вперед, где дежурили по паре нападающих, а те уже пытались перекинуть его в ворота. Получалось это с грехом пополам, но примерно в одном случае из трех получалось. К перерыву счет на табло таким образом значился 8:6 в пользу москвичей.
— Надо бы ввести правило офсайда, — с досадой высказался в перерыве Александр.
— Не понял? — поднял брови Сергей, — что за офсайд?
— Ну это, чтобы нападающие не залезали далеко вперед — хорошо бы, если б между ними и вратарем находился хотя бы один защитник. А то все, что получается, так это бей-беги. Счет слишком уж велик, зрителям может приесться…
— Наверно ты прав, — задумался градоначальник, — внесу такое предложение завтра же… еще какие замечания у тебя будут?
— Еще какие… — задумался царь, — ну пусть футболисты в начале игры выходят на поле за ручку с подрастающим поколением… учениками футбольных школ, ведь есть же такие школы, верно?
— А зачем? — опять не понял Сергей.
— Наглядный пример для молодежи — надо учиться, тогда когда-нибудь ты сам выйдешь на поле за ручку со следующим поколением. И перед началом основного матча можно бы проводить мини-игру с этими подростками… минут по десять тайм. Все равно народ на трибуны собирается в течение получаса, не меньше, им будет такая разминка перед основным действием.
Игра закончилась с совсем уже неприличным счетом 19:16 в пользу старой столицы, но зрители аплодировали от души, не так уж много развлечений было у простого народа в 19 веке. А на выходе со стадиона у Александра возникла новая идея.
— Слушай, Серж, — обратился он к брату, — а давай завтра съездим к Савве Морозову, он же тут недалеко, в Иванове-Вознесенске… посмотрим, что там у него с колесным транспортом получается.
— Я не против, — ни на секунду не задумался брат, — поехали… будет небольшое развлечение, а то все Москва и Москва.
Автомобиль не роскошь
Автомобильную фабрику Савва Морозов основал в южной
— Как успехи, Савва Тимофеевич? — спросил у него царь.
— Врать не буду, — тяжело вздохнул Савва, — пока хвастаться нечем… кроме разве что одного образца, который на ходу — но это почти что точная копия немецкого Даймлера.
— А в чем проблемы, расскажите? — попросил Александр.
— Очень ненадежный двигатель получается, — ответил Морозов, — и масло из него течет во все стороны.
— Понимаю, — кивнул Александр, — резиновые прокладки подводят… пишите докладную записку, рассмотрим вопрос. А сейчас покажите этот работающий образец, так сказать, лицом.
Все вместе они прошли в большой цех, там недалеко от главного входа и стоял этот работающий образец автомобильного творчества, удивительно напоминающему конный экипаж с маленькими колесами спереди и большими сзади.
— Мда… — задумался царь, — что-то у вас странное вышло.
— Сейчас все такие машины делают, — развел руками Морозов, — и немцы, и американцы.
— Незачем слепо копировать заграничные аналоги, надо идти вперед. Зачем разного размера колеса сделали, это раз, — сказал Александр, — обойдя механическую повозку по кругу, — надо бы их уравнять. Вместимость маловата, одно сиденье всего, сделайте еще и заднее, это два. Ну и третье — на колеса надо резиновые шины одеть, чтобы пассажиры не прыгали на дорожных неровностях. Это по экстерьеру… теперь давайте на мотор глянем.
Морозов открыл капот, он тут убирался слева направо, гости склонились над сердцем автомобиля.
— Тэээк… всего два цилиндра вижу — считаете, этого достаточно?
— Двадцать пять лошадей выдает, — ответил Морозов, — скорость замеряли — почти 30 километров в час однажды получилось.
— Два цилиндра это очень мало, это на мотоцикл разве что пойдет…
— Мотоцикл? — не понял промышленник.
— Ну да… — царь вспомнил, что такой термин пока не в ходу, — тоже механическая повозка, но с двумя колесами, как у велосипеда. Велосипед с мотором, если коротко. А у автомобиля должно быть четыре цилиндра… или даже шесть, но это для специальных целей. Что еще… амортизаторов не вижу — не предусматривали такое?
— Это чтобы подпружинивать сиденья? — перевел мудреное слово на родной язык Морозов.
— Да, примерно так, — кивнул царь, — на каретах же ставят рессоры, видели наверно? Вот почти то же самое нужно и сюда, на первое время сойдут пружинные амортизаторы. Давайте проедемся что ли на вашем образце, — неожиданно перевел он стрелки, — посмотрим на его поведение в реальных условиях.
На переднем сиденье с грехом пополам уместились Морозов и два его высоких гостя, механик из цеха крутанул спереди двигатель, тот громко затарахтел, водитель нажал на клаксон, огласив цех незамысловатой трелью, и повозка выкатилась на свет божий, отчаянно скрипя внутренностями. За ворота фабрики Морозов выехать не рискнул, сделал круг по внутреннему дворику и остановился около заводоуправления.