Миражи мегаполиса

Уютная квартирка на улице Святого Стефана всегда была маленькой надежной крепостью Эми.

Зачастую Эми исчезала из нее рано утром, с трудом оторвавшись от сладких снов под пуховым одеялом. Возвращаясь ближе к ночи, не имела сил даже на то, чтобы без спешки напиться чая, совместив чаепитие с просмотром интересного фильма. Тогда дом приобретал вид ночлежки, исчезало ощущение обжитого пространства и комфорта.

Бывало и так, что квартирка не пустовала. Она превращалась в проходной двор, с удовольствием принимая друзей и знакомых Эми. Хлопали дверцы холодильника, когда из него извлекались

припасы или он наполнялся новыми вкусностями, переворачивались вверх дном полки с книгами и дисками, извлекались все имеющиеся в наличии подушки и одеяла. Оживал компьютер, если визитеры были настроены «немного поработать», и из разных городов начинали сыпаться электронные сообщения.

А теперь…

Теперь дом стал для Эми убежищем.

Неожиданно для самой себя она очутилась в изоляции. Ее окружили тишина, пустота, не было ни целей, ни дел, ни обязательств… Освобождение от всего и сразу. Словно поезд, который остановился на полном ходу…

Эми проводила все время, валяясь прямо на полу на хаотично разбросанных подушках. Огни Эдинбурга освещали комнату с улицы, врываясь в нее пятнами света… Эми не выдержала: поднялась и задернула шторы, оказавшись в темноте. Упала обратно, зарываясь в подушки, словно это могло отгородить ее от собственных беспокойных мыслей.

Мысли носились по дому так же резво, как блики и пятна света с улицы. Эми закрыла глаза, провалившись в еще более вязкую темноту. Из темноты немедленно всплыли вопросительные знаки, требующие немедленных ответов.

В голове прокручивались ситуации, разговоры, мелочи… Эми никак не могла понять, где и когда она допустила главную ошибку, ведь происходящее было или казалось таким настоящим…

Или таким оно было лишь для нее?

Эми рискнула и проиграла. Теперь она пребывала в одиночестве, наедине с собой, с ворохом нереализованных идей, с любовью, которую она не имела права проявить, которую не удалось разделить на двоих… Она все валялась на мягких подушках и пыталась вникнуть, понять…

Что же было не так?..

– Неужели так необходимо чем-то поступиться, чтобы получить свою долю счастья? – рассеянно произнесла Эми Белнил, прижимая к уху телефонную трубку и одновременно смотрясь в зеркало в ванной комнате.

Зеркало отражало чуть усталую, но привлекательную и яркую девушку с лукавыми серыми глазами и копной рыжеватых волос. Взгляд из-под красиво изогнутых бровей был настороженным и изучающим, вопросительным и отстраненным одновременно.

Ее собеседник сочувственно отозвался:

– Нельзя же так. Столько времени ты все одна и одна!

– Да тебе не хватит пальцев рук и ног, если я стану перечислять свои свидания за этот месяц, – парировала Эми.

– И, конечно, все кавалеры были из Сети?

– Естественно, – засмеялась она. – Хотя, если честно, я уже давно не верю, что свою половинку можно обнаружить в Интернете…

– В твоей популярности я не сомневаюсь. Но пока ты одна…

Эми вздохнула.

– Не так-то просто найти то, что тебе по-настоящему нужно.

– Все потому, что кое-кто слишком привередлив.

– Но если мне до сих пор никто не понравился? Может, ты скажешь, что я придираюсь и ищу недостатки?

– Попробуй общаться

с теми, кто есть, даже если поначалу это не вызовет особых восторгов, – дипломатично посоветовал собеседник. – Иногда, между прочим, стоит немножечко себя и понасиловать, чтоб потом было хорошо.

– Такой способ не для меня, – фыркнула Эми. – Если человек мне неинтересен или неприятен с самого начала, то откуда взяться чувству? Хоть симпатии, хоть чему-то большему. В отношениях я не могу без главного – без искренности. Все эти мужчины чужие для меня. Такие разные, но все чужие…

– Брось, они все примерно одинаковые. Выбрала мало-мальски симпатичного – и вперед с песнями!

– Наверное, я соглашусь, но лишь отчасти. В анкетах у них отличные фотографии, но это еще ничего не значит. Когда мы начинаем переписываться, они тоже кажутся нормальными, пока дело не доходит до встречи вживую. Я ведь рассказывала о некоторых, – засмеялась Эми. – Помнишь Билла, который, предложив мне вторую порцию мороженого и услышав отказ, удивился: «Не хочешь на халяву?».

На том конце трубки дипломатично похихикали.

– Или Теда, заехавшего за мной на глохнущей машине? Я всю поездку по городу, окутанному туманом, съеживалась на сиденье до размеров мягкой игрушки! А джентльмен, который на наше первое свидание в пабе умудрился пригласить и давно не виденного друга? Весь вечер скучала над блинчиками, пока они стучали пивными кружками.

– Эми, золотце мое! По-моему, ты сгущаешь краски. Неужели нормальные мужчины тебе совсем не попадались?

– Один такой положительный во всех отношениях, спортивный и увлеченный, позвал в кино на поздний сеанс. А после фильма, вместо того чтобы ловить машину, как было условлено, и везти меня домой, пригласил к себе на ночлег. Естественно, я отказалась, и он преспокойно наблюдал, как я ухожу пешком по ночной Хай-стрит. Попросил лишь отзвониться, когда доберусь до квартиры.

– И что, на этом озабоченном и невменяемом персонаже закончились все симпатичные ребята Эдинбурга?

– Нет, конечно были и еще приятные мужчины… – Эми припомнила жгучего брюнета, удивившего обстоятельностью подхода к вещам, любовью к активному отдыху и подробнейшим письмом. Она не смогла отказать во встрече, и брюнет позаботился о каждой мелочи романтического свидания…

Но именно этим вечером, проведенным в уютном ресторанчике, когда брюнет уже усаживал Эми в машину, ее вдруг остро накрыло безнадежное ощущение, что все это ей совсем не нужно. Не нужно, чтобы абстрактный – а не желанный – мужчина открывал перед ней дверцу, нежно смотрел на нее через стол, заказывал мартини на колотом льду и привозил красные розы.

Эми поняла, что, оказывается, устала от отношений подобного рода. Ей надоело сначала встречаться с кем-то, а уж потом дожидаться появления интереса, какой-то искорки, блеска в глазах, ощущения, что человек ей нравится. Поэтому она решительно прекратила все тянувшиеся на тот момент подобные отношения. Ей хотелось чувств, долгожданного безумства, хотелось огня и перемен в жизни.

За окном лениво облетали золотистые сентябрьские листья. Мобильный телефон Эми разрывался от бравурной мелодии. На экранчике мигала надпись: «Мей».