Miraculum
Шрифт:
— Марина Ильинична, давайте сходим с вами в театр или кафе?
Женщина обернулась к нему и, приподняв бровь, пристально посмотрела на мужчину, словно испугалась сама не зная чего. Потом она подняла глаза чуть выше. На трибунах там же, где и вчера сидел Костя.
— Давайте в театр. — вдруг сказала она. Александр выдохнул с облегчением. — Но не сегодня. Мне с девочкой надо работать. Родители, по-моему, слишком много на нее взваливают. Была бы их воля, она бы тренировалась целые сутки. Хорошо, что у нас ограниченное
Александр Валерьевич улыбнулся. Он и не рассчитывал, что такая блистательная женщина из мира большого спорта согласится провести с ним хотя бы один вечер. Мужчина набрался смелости, чтобы попросить у Марины номер телефона. Женщина неохотно его продиктовала и снова подняла глаза на трибуны. Кости уже не было. Марина извинилась перед Александром, сказав, что ей нужно продолжать тренировку. Он с пониманием ей кивнул и больше не стал отвлекать.
Мужчина держал в руках телефон, думая, как интересно записать номер Марины в своей телефонной книге. Он дошел до тренерской, перебирая разные варианты.
Косят как раз переодевался в повседневную одежду, чтобы уйти домой до вечерней тренировки. Он сидел на диване, завязывая шнурки на кроссовках.
— Представляешь, я Марину Адамову в театр пригласил, — радостно поделился второй тренер с Костей, присаживаясь рядом с ним на диван. — Она согласилась. Надо теперь билеты найти.
Мужчина продолжал смотреть в телефон. Он уже пролистывал афишу спектаклей. Костя ничего не ответил. Он бы с удовольствием никогда бы не слышал ничего подобного. От одной только мысли, что Марина идет на свидание с его товарищем, приводило его в гнев. Он встал с дивана и пошёл одевать верхнюю одежду.
— Кость, можно я завтра если что с тренировки второй уйду минут на десять пораньше? — горящими глазами Александр посмотрел на главного тренера. — Тут просто спектакль в половине седьмого начинается.
— Саш, давай твоя личная жизнь не будет мешать тренировочному процессу. — сказал Костя. — До завтра.
Поведение Константина нисколько не задело Александра. Он был настолько счастлив, потому как Марина наконец обратила на него свое внимание, что ворчание Кости было словно глухой звук на заднем плане.
Сам Костя уходил крайне раздраженным. После последней встречи с Мариной что-то у него внутри просто кричало, что судьба их снова свела не просто так. Он понимает, что у него ещё остались к женщине тёплые и нежные чувства, похожие на любовь.
Он вышел из тренерской и увидел Марину. Женщина шла к себе, закончив последнюю тренировку на сегодняшний день. Она так боялась новой встречи с Костей, и вот, под конец дня они все же пересеклись. Марина замерла на месте, глядя на мужчину. Костя ничего ей не сказал. Он лишь безмолвно окинул женщину любящим взглядом и, опустив голову, удалился в другом направлении.
Марине его поведение показалось странным. Но так было даже лучше. Она проследовала
Квартиру Марина снимает недалеко от ледового дворца, но все равно предпочитает ездить на машине.
Квартирка у неё небольшая: кухня и одна комната. Одинокой женщине этого более, чем достаточно. Уют создавать здесь Марина не торопилась. В глубине души она знала, что останется тут совсем ненадолго и скоро соберётся силами, чтобы вернуться в столицу.
Женщина сразу пошла на кухню, нажала на кнопку электрического чайника и достала кружку и заварочный пакетик чая. В заднем кармане джинс завибрировал телефон. Номер оказался знакомым. Это была Маша. Марине было совсем не интересно, по какому поводу беспокоит родственница на этот раз. И так все было понятно. Разговор наверняка пойдёт о Мирославе.
Как она и предполагала, Маша слёзно просила Марину уговорить девушку бросить фигурное катание.
— Маш, ну что я смогу сделать? Гвоздями дверь ледового дворца заколотить, чтобы она туда не вошла? — с сарказмом сказала Марина. — почему ты вообще решила, что она будет слушать моё мнение?
— Ты тренер, — сказала Маша, — а тренер для неё всегда имел авторитет больше, чем я.
— Ты прости, но пускай она решает сама. Девочка она уже большая.
Эмоции быстро отпустили Марину после беседы с Мирославой. Да, ей было бы легче, если бы она больше не пересекалась с дочерью. Но она не хотела быть препятствием перед осуществлением мечты девушки. К тому же, свое мнение Марина ей уже сказала. Она не в силах насильно изменить обстоятельства. Решение все равно принимать Мирославе. Это ее жизнь. Пускай девочка живет так, как удобно ей, а не окружающим.
Марина сбросила вызов и громко бросила телефон на стол. Она налила кипяток в кружку, бросила туда пакетик с чаем и, дуя на горячий напиток, устало опустилась на диван. Пару часов женщина щелкала каналы, размышляя о том, как поступит Мирослава. Случайно Марина поймала себя на мысли, что с ней начинает происходить что-то неладное. Похоже, что случилось именно то, чего она так боится. Марина начала привязываться к дочери. Она надеялась, что Мира обязательно завтра придет на тренировку вопреки запретам матери и бедствующему финансовому положению. Марина просто уверенна, что ее дочь не может поступить иначе.
Утром Марина проснулась как обычно, чтобы быть во дворце к началу первой тренировки Мирославы. Она переоделась и вышла на лед. Девушки ещё не было. Марина присела на тренерский мостик, засунув руки в карманы жилета. Она знала, что Мира вот-вот придет. Какое-то шестое чувство подсказывает ей это.
Прошло две минуты от начала тренировки, а Марина все еще сидела. Через некоторое время она взглянула на наручные часы, показывавшие пять минут десятого.
— Здравствуйте, — раздался голос девушки.