Чтение онлайн

Пленный пожаловался, что у него болит раненая нога, и Лис, несмотря на протесты Монры, потратил кое-что из содержимого аптечки, чтобы снять боль и перевязать рану.

Видя, что к нему относятся с заботой, пленник истолковал милосердие Лиса по-своему. Возможно, он решил, что на людей произвел впечатление рассказ об уничтожении нескольких шаровиков и захвате шаров.

Гном поведал, что, заполучив устройства для перекачки душ (так старшина называл шары), Тилль начнет готовиться к выполнению своего плана. Гномы должны будут планомерно совершать ночами набеги на отдаленные

поселения людей, чтобы добывать тела для переселения своих душ.

Лис задумался. У него возник план попытаться договориться со старшиной. В конце концов, для них самым важным сейчас было выбраться из подземелья и найти Арсенал. Но его опередила Монра: они, похоже, мыслили почти одинаково.

— С вашим старшиной можно будет договориться? — спросила она.

— О чем договориться? — Гном почувствовал себя лучше и уже уселся, вальяжно привалившись к камню.

— Договориться, чтобы он сейчас не чинил нам препятствий и мы смогли выйти из подземелья и отправиться своим путем. Мы же пообещаем отдать ему все шары, которые захватим, поскольку эти шаровики — наши враги, и мы хотим убить их. Мы их все равно будем убивать, поэтому можем отдать шары вам.

Гном задумался.

—Не знаю, может быть, его такое предложение заинтересует. Вот только…— Он запнулся. Не знаю…

— Что — не знаешь? Говори! — Лис тряхнул карлика за плечо.

— Ну, в общем, он хотел начать с вас. Потому мы и должны были захватить вас живьем, а убивать только в крайнем случае. Вылазки-то кто будет делать за телами? Нам трудно унести даже одного человека!

— Ничего себе! — Монра насмешливо посмотрела на Лиса. И ты, кажется, числил этого Тилля в своих друзьях?

— Хм…— Лис потер подбородок под откинутым щитком шлема. Я тоже ошибаюсь, знаешь ли. Но объясни мне, почему гномам так захотелось переселиться в тела людей? Чем вас не устраивает ваша жизнь?

— Это была идея старшины и некоторых членов совета. Но она понравилась почти всем: во-первых, люди могут ходить по поверхности днем, а мы боимся дневного света — у нас глаза болят. Во-вторых, люди больше и сильнее, им проще добывать себе пищу — нам ведь бывает очень трудно иной раз прокормиться.

— Ну, это ерунда, — сказал Лис. У вас теперь есть железное оружие — что вам стоит подстрелить оленя или еще кого? Вот вам и много мяса.

— Слушай, — сказала Монра, обращаясь к Лису, — а почему они не захватили нас, пока мы были в гроте? Мы .же вообще ни на что не обращали внимания? Чего они ждали?

Лис посмотрел на пленного:

— Что скажешь, почему ваш старшина не захватил нас, пока мы были в гроте?

Гном, почти как Лис, пожал плечами:

— Сначала старшина все силы бросил на захват шаровиков, а потом, когда он послал за вами, вы уже ушли. Нам пришлось обходить окольными путями, чтобы перехватить вас здесь.

— Как бы то ни было, — сказала Монра, глядя на Лиса, — что ты предлагаешь сейчас? Пробиваться через твоих бывших друзей с боем? Но так мы начинаем тратить боеприпасы еще до того, как выйдем в лес, в котором, как ты говоришь, они нам очень и очень понадобятся…— Она осеклась и поманила Лиса пальцем в сторону.

Когда

они отошли на несколько шагов, чтобы раненый гном не мог их слышать, Монра сказала:

— Слушай, я что-то тупею, сразу до меня не дошло: ведь если они захватили шары, то, возможно, захватили и лучеметы! Мы в очень незавидном положении!

— Я это сообразил, — кивнул Лис, — но молчал, чтобы гном не догадался, что мы понимаем это. Ситуация паршивая. Хотя, поскольку мы нужны им живые и неискалеченные, я почти уверен: Тилль не будет применять против нас такое оружие. На кой черт нужно изувеченное тело, а тем более мертвец?

— Но в нас стали стрелять из луков! — возразила Монра.

— Они наверняка не стремились убить нас, да и после ранения стрелой можно выжить. Возможно, у них стрелы смазаны каким-нибудь снотворным, а не ядом.

— Ну а что будем все-таки делать? В переговоры вступать, честно говоря, не хочется: нам нечего предложить им, кроме обещания когда-нибудь передать шары убитых нами шаровиков. Они не идиоты и сообразят, что к чему.

Лис размышлял вслух:

— Да уж, боюсь, что они нас отсюда не выпустят. Нам действительно нечего предложить гномам, и времени на раздумья тоже нет — чувствую, что остальные подручные Тилля появятся с минуты на минуту. Мне тоже не хотелось бы начинать переговоры: они могут воспользоваться какой-нибудь уловкой и захватить нас. Тогда будет поздно делать то, о чем мы с тобой говорили, имея в виду плен у шаровиков: уничтожать свое тело, чтобы не досталось врагу. Знаешь, есть такая шутка на Земле: ни нам, ни вам, ни барабанам…

Монра не поддержала шутливый тон Лиса:

— Не знаю, возможно, это и смешно, но расскажешь потом — сейчас не до шуток.

— Ладно. Лис резко повернулся и подошел к пленнику: — Куда можно добраться на этой вашей штуке? — Лис показал на вагонетку на рельсах. И что — она движется только по канатам?

Пленник ответил:

— Я не буду вам этого рассказывать. Вы все равно никуда не денетесь, поэтому лучше сдайтесь и примите свою участь так, как суждено. Старшина Тилль сказал, что все это, видимо, замысел Творца: он решил таким образом даровать нам людские тела. Поэтому воля Творца должна быть исполнена — бесполезно противиться ей.

— Ваш старшина становится очень набожным, когда нужно оправдать свои интересы, я это уже заметил, — хмыкнул Лис.-Но в чем Замысел Творца,-он покосился на Монру и подмигнул ей, — или Творцов, еще неизвестно. А вот то, что я сожгу тебя, если не получу ответов на нужные вопросы, это как пить дать, можешь не сомневаться: гарантирую. Так что давай выкладывай. Или тебя нужно слегка поджаривать для убедительности?

Оказалось, что не нужно. Гном, которого звали Миркс (Лис не удержался и хмыкнул: «Ты смотри, почти Маркс!», но ни Монра, ни гном, естественно, не поняли его), рассказал, что вагонетка приводится в движение рычагом, который находится внутри корпуса. На самом деле это была не вагонетка, а механическая дрезина. Доехать на ней можно было в разные места, нужно было только знать, где и как дергать за протянутую по ходу дрезины веревку и переводить стрелки в тоннелях.