Чтение онлайн

В серийное производство ради продажи не запущу. Даже если оборудовать литейку. Ловко орудующий ножом кухонный хрым куда дешевле для любого помещика, чиновника или купца, чем приобретение такого приспособления: меньше чем в дин оно мне не обойдётся.

Больше стараюсь для ма. Уверен, на мясорубке она сама будет крутить котлетки для внука, никого не подпустит. Пусть сама контролирует Пахола и указывает на недостатки.

Из кухни меня вытащило известие о прибытии Фираха. Он – наш почётный гость у новогоднего стола. Ещё не женат, отец увёз всю семью в

столицу, оставив старшего сына осваиваться в новом качестве. В одиночестве. А что осваиваться? Имения он знает превосходно. Дела налажены. Налоги приготовлены и ждут. Маерр сказал: с налогами никаких послаблений не будет. Королевская казна – отныне его казна. Но парню скучно. Поэтому не удивлён, что он принял приглашение.

Скинув фартук, я сбежал вниз.

– Привет, титулованный. Сразу перекусить? Или посмотришь, как я хозяйствую, пока солнце не село?

Мама меня бы убила за такие слова. Не накормить гостя с дороги – грех хуже содомского.

– Давай прокатимся. Столько наслышан…

– Сначала пешком, тут близко. Потом тебе дадут свежего кхара. Тогда поедем. Но недалеко. Всё осмотреть – и целого дня мало.

– Ты так развернулся за неполных два года?

– Да. В декабре всего второй раз налог плачу. Точнее – не плачу.

Мы как раз приблизились к первой стеклодувной мастерской. Мини-завод по оконному стеклу папа перенёс подальше, он в мою программу не входил.

Фирух остановился как вкопанный.

– Что значит – не платишь?

– Отработал наперёд. В счёт будущих налогов остеклил малый королевский кабинет во дворце. Теперь это кабинет твоего отца.

– Ему не понравится…

– Стекло?

– Неуплата денег. Финансы королевства после войны не особо хороши.

– Тут уж не ко мне. Твой папа признал все обязательства предыдущего монарха. Сделка в силе. Может даже я чуть переплатил. Приедет фискал – покажу ему бумаги с королевской печатью. Но ты обращайся. Застеклю и тебе. Со скидкой по дружбе.

Он отмёрз и соизволил войти в мастерскую, тут же подавшись назад от жара. Мастера дорабатывали последнюю смену. Печки дышали огнём как обычно, когда трудно дышать.

– А оконное стекло?

– В другом месте. И там не столь интересно.

Я показал ему выдувание бутылок и других сосудов. Когда мастер крутит раскалённый блестящий пузырь на конце длинной трубки, это действительно необычное зрелище.

Потом отправились на стройку, однажды замороженную. Теперь отчётливо проступили стены первого этажа.

– Каменный замок… Мы пока не могли позволить себе такого.

– Какие твои годы, позволишь ещё. Кроме того, старый и новый замки будут обнесены общей каменной стеной. Вдруг обиженный Айюрр вздумает привести целое войско, чтоб штурмовать Кирах.

– Ты был безрассуден, выступив против него.

Я положил руку парню на плечо.

– Безрассудство – пустить Айюрра в короли. Я не жду от твоего отца особой благодарности. Пусть он будет хорошим и справедливым монархом вроде Караха. Я верю в него и в тебя. Вы – люди чести. Хватит о деле,

покажу тебе самое вкусное – перегонку нира.

Но его было сложно перевести на другую волну. Упрямец! Он мне заявил:

– Но ты обманул Айюрра и его сына.

– Не спорю. Малой ложью предотвратил большую: незаконные выборы короля. Очевидно, что западные по-честному не собрали бы больше половины. Выборы тянулись бы бесконечно.

– А если бы не получилось?

– Тогда уговаривал бы твоего отца заключить временный союз с Пиррахом, пообещав восточному… Например, пост канцлера. Вдвоём бы они собрали больше голосов, чем Айюрр один.

– Эти вещи плохо укладываются в голове. Гош! Откуда тебе столько известно про выборы? В своём королевстве, откуда прибыл, ты служил законником у местного короля или маркглея?

Он не понял сначала, отчего я смеюсь.

– Здесь выборы раз лет в двести. Когда умирает король, не оставив наследника. В моём родном, скажем так, королевстве, выборы случаются очень часто. И в соседних – тоже. В большом заокеанском однажды властителем стал тот, кто набрал не больше, а меньше голосов. Потом вообще хохма произошла, проигрывавший претендент собрал голоса, присланные избирателями в письменном виде. И его объявили королём на следующие четыре года!

– Ты опять обманываешь! Говоришь невозможные вещи.

– Как раз сейчас говорю абсолютную правду. Зачем мне врать? Каждый на моей Родине знает о выборах и об избирательных махинациях раз в сто больше, чем любой из вас. Я не был законником. Наоборот – самогонщиком, у нас это не вполне законно. В Мульде себя чувствую лучше. В целом люди здесь правильные. Как ты. Карух и Айюрр – скорее неприятное исключение. Проходи!

Я отворил дверь нового цеха – разливочного. Сая, уперев руки в бока, жёстко отчитывала хрымов, что-то напутавших в размещении готовой продукции. При виде нас расплылась улыбкой на некрасивом, но по-своему обаятельном лице.

– Рада вас видеть, господа глей и маркглей.

Заметно было, что Фирах ещё не привык к обращению по титулу.

– Привет, Сая. А сделай пробу новинок для нас.

– Будет исполнено.

Новоявленный маркиз не знал, что такое дегустация. Не оценивал аромат. Просто опрокидывал поднесённые Саей крохотные стаканчики. Я комментировал:

– Ржаной нир. Пшеничный нир. Медовая настойка. Яблочный нир – кальвадос. Сладкая настойка с ореховым вкусом. Сливовица. На бруснике.

После седьмого стаканчика Фирах попросил закуски.

– Закусывать в замке будем. При снятии пробы ничего нельзя есть. Искажается вкус. Хочешь – запей водой.

Он хлебнул воды.

– Здорово! Жаль, что на войну ты брал только ржаной.

– Война – не пикник, дружище. Вкусности пьём дома, в мире и спокойствии.

Гость снял ещё десяток проб, отчего малость окосел.

Мы вышли под прохладное темнеющее небо ноября. Под этим небом слышался тихий монотонный звук ж-ж-ж, доносящийся от лесопилки. Она – с приводом от колеса, вращаемого рекой. Хайтек Средневековья.