Мир и нир
Шрифт:
– Биб! На нём нет никаких амулетов, благословений Моуи или ещё чего-нибудь защитного?
– Нет, хозяин. Пить?
– Не сейчас, - я посмотрел в нахальные серые глаза королевского любимчика и спросил вслух: - Твоё брентство хоть чего-то стоит? Или там кусок пустыря с собачьей будкой?
Он рассказал. Старался, пыжился, будто предлагал мне это брентство купить за вагон серебра. Постепенно вокруг стала собираться толпа. В основном – придворные и посетители дворца. Выпорхнул и король, оповещённый о ссоре.
– Крулай! –
– Ставлю!
– А ты, Гош?
– Моё глейство против его брентства – что каросского кхара против дохлого кота. Но я не привык бегать от опасности.
Король улыбнулся. Нехорошо так.
– Знай же, Гош. Крулай – один из лучших мечников Мульда. И мой доверенный.
– Я оправдаю твоё доверие, мой король, - поклялся мой будущий противник.
– Да уж, оправдай. Глей Гош только что обязался привезти мне оконное стекло на сто серебряных динов. У него свой стекольный заводик, Крулай. Стёклышки тогда с тебя будут. И жену… в смысле – вдову Гоша… Ты не обижай. Дай ей домик, огород какой. Видишь, глей, как я забочусь о подданных!
Решил отжать у меня имущество и опустить Мюи в нищету?! Призываешь биться до смерти – до моей смерти? И ещё ожидаешь благодарности? Хреновый же ты король, Карух. И людей плохо знаешь.
– Премного благодарен, сир, за заботу. Предлагаю драться немедленно. Прямо здесь. Эти двое – мои секунданты. Как, кстати, ваши имена? Успел забыть.
– Драх.
– Орвил.
– Хорошо. Драх, не одолжишь мне свой меч?
Можно, конечно, элементарно пристрелить паскуду. Но вдруг тут какие-то особые правила. Да ещё начнутся разборки, не колдовское ли у меня оружие. Поступим проще.
– Биб! Так и быть. Напьёшься досыта. Но только по команде.
– Жду с нетерпением, хозяин!
Начались приготовления. Расчистили круг, довольно тесный – шагов в десять в поперечнике, больше в приёмной не получилось. Дама, присутствовавшая в начале сцены, громко и радостно прошептала «всё это из-за меня». Не понимает, что тут другое важнее: отжать нажитое непосильным трудом. Сидел бы тихо, сопел в две дырки… Нет, свалившийся в Мульд как Абрамович в Великобританию, я вдруг выторкнулся наверх. Кому-то не понравилось? Укоротить выскочку! Всё отобрать. Присвоить. Средневековый рэкет!
Ну и славно. Руки развязаны. Совесть спокойна.
Крулай принял стойку. Крутанул меч. К слову, он у него лёгкий, узкий по сравнению с взятым у Драха.
Я качнул мечом. Тяжёлая дура. Таким махать – через три минуты рука отнимется. Каким-то образом полагается определить баланс… Понятия не имею – как! Плевать. Лишь бы железяка не развалилась от первого удара.
Крулай лупанул со всей дури справа-сверху наискось. Я успел подставить меч. Его лезвие грохнуло по моему и скатилось до крестовины… не знаю её правильного названия.
Пальцы заныли от мощного удара.
Я шагнул назад, разрывая дистанцию. Болельщики
Крулай снова крутанул мечом и сделал выпад – как в фехтовании. То есть пырнул меня в живот. К слову, прикрытый только камзолом, у засранца надет кожаный колет, сверху – кольчуга.
Всё же меч – не шпага. Я успел уклониться, он только задел чутка, распарывая ткань.
– Пей!
Рубанул в ответ. Тупо – сверху вниз. Как топором.
Он блокировал мечом, но вяло. Взгляд его потускнел…
Выпад в горло. Поверх кожаного колета с нашивками. Тяжёлый меч будто и особого сопротивления не почувствовал. Влетел на треть длины чуть ниже коротенькой бородки. Вышел из затылка.
Я успел крикнуть:
– Продаётся брентство! Срочно, недорого.
После чего тело бывшего владельца этих земель, столь их расхваливавшего, повалилось на каменный пол.
Король бросился к павшему. Потом обернулся ко мне.
– Ты убил его!
– Как и всякого, кто осмелится бросить мне в лицо «выскочка» и «деревенщина». Я – твой глей, Карух. Сколько стоит королевская честь, если твоих глеев будут безнаказанно унижать? Я защитил не только и не столько свою честь. Главное – честь короля и королевства.
– Да ты… - он хотел сказать что-то резкое, но не мог придумать – что. Не красноречив. Беда просто.
– Не благодарите. Завтра зайду к Пинху за мандатом на стекло. Пока не выполнил обещание, данное королю, я не вправе умирать.
Бросился из дворца практически бегом. Не то чтобы боялся гнева Каруха. Хотелось выпить. Напиться. Потому что внутри меня снова прозвучала сытая отрыжка верьи. Она наложилась на события долгого дня: с верьей у рощи Веруна, с торговлей у короля, с дуэлью.
Поединок ничуть не был спонтанным. Я достаточно ждал в королевской приёмной, чтоб все, кому нужно, узнали: в столицу приехал тот самый, слишком быстро разжиревший. Механизм отжима заработал.
Мечник из числа лучших в королевстве «случайно» оказался в нужном месте. Заступился за немолодую фрейлину. Да, Драх и Орвил – неотёсанные как брёвна. Поэтому таких всерьёз не воспринимают. Но покойнику нужен был конфликт. Ставлю десять дуков: прицепился бы ко мне, даже если бы я пробовал уйти от ссоры. Земля пухом. А его земля – моя.
Всё равно противно. От отрыжки верьи – в том числе.
Один из проверенных трактиров отыскался сразу. Я оплатил две комнаты, еду и питьё на троих. Сразу удалился, захватив полную чашу неразбавленного нира «от Гоши», в пять раз дороже, чем я продаю бочонками, кусок копчёного окорока и ломоть хлеба.
Запер засов в комнате изнутри. Проверил ставни на окне. Без стекла, ясное дело.
До утра не беспокоить! Даже если это король или кто-то из бесчисленных божков.
Побеспокоил Биб.