Чтение онлайн

– И почему покойная Ригель называла тебя «она»! – Доре и мандолина были, разумеется, неподалеку от Оливера.
– И

почему Гэбриел…

– Твоя новая подружка?
– указала я подбородком в сторону феи, доремарец смущенно улыбнулся.
– Ты же помнишь, что будет, если она уговoрит тебя отправиться с ней? Когда-то в шерезском лесу ты избежал такой участи.

Станислас Шарль лорд Доре замер всего лишь на миг, затем низко поклонился:

– Мари-Сюзетт? Я должен был раньше

догадаться.

– Святые бубенчики! – Лорд Оливер недоверчиво покачал головой.
– Хочу сам удостовериться.

– Помнишь картину в королевском зале? Ту, где знаменитый художник Аданто изобразил обнаженную аллегорию

Изобилия?

Великан залился краской.

– Надеюсь, нарисованные прелести этой девы не заставят тебя искать ее руки?

– Я уверен, что уже ничьи прелести… – начал Станислас, но отвлекся на драку и не закончил.

Я тоже посмoтрела. Сопернии были достойны друг друга.

По райней мере, синяки их украшали вполне равноценные.

ни оба были обнажены по пояс,и борьба уже перешла в партер.Мармадюка оказался снизу, ван Харт резко откинул голoву и ударил его лбом в переносицу.

– До первой крови, милорды! – заорал Виклунд, подбегая.
–

Надеюсь, вы удовлетворены? Лорд Октобус?

Он обернулся к незнакомому дворянину, тот кивнул:

– У лорда Мармадюка пошла носом кровь. Дуэль закончена победой лорда ван Харта.

– Безотказный приемчик, - прошептала я. – Наверное, лорд

Оливер научил его этому.

– Твои друзья восприняли новость о том, что ты женщина слишком спокойно, – решил Болтун.
– Думаю, они и раньше об этом подозревали.

– Хорошо, - кричал, смеясь, Мармадюк. – Молодость и напор победили зрелую мудрость. Зрители могут расходиться! А

лордов-секундантов мы попросим вернуть клинки владельцам.

Одна из миловидных служанок помогала ван Харту облачиться в камзол. Я отвернулась, скрывая недовольство.

Виклунд поднял лежащий у стены сверток.

– Ваше оружие, любезные лорды.

Девичий визг раздался неожиданно, я обернулась. Красотка, всхлипывая, распласталась на земле. В двух шагах от нее лежал

Гэбриел ван Харт,из груди его торчала рукоять большого кинжала.

– Вор! Ты украл у меня все! Сдохни!

Кричавший эти слова мужчина был мне смутно знаком. Он перехватил правой рукой ещё один кинжал:

– Сдохни! Сдохни! Сдохни!

Я бросилась к ван Харту, упала, пытаясь прикрыть его от нового удара. Раздался свист клинка, щеке и затылку стало мокро от брызгов чужой крови.

– Кто это был?

Я взглянула через плечо. Лорд Октобус спокойно вытирал лезвие своeго меча носовым платком. Удостоверившись, что оруие очищено, он опустил клинок в ножны

и потрогал труп носком сапога, разворачивая его лицом вверх.

– Креспен, – прошептал Гэбриел, на его губах пузырилась кровь, кинжал задел легкое.

Спящий! Что же делать?

– Басти! – Гэбриел схватил мою руку, ладонь была скользкой от крови. – Довольно глупый финал.

– Наколдуйте что-нибудь, милорд! – рыдая, пoпросила я

Мармадюка.
– Вы же колдун! Вы же сможете его спасти!

– Лекаря! Позовите лекаря! – кричал кто-то.

Мармадюк поднял с земли второй кинжал, лизнул острие и покачал головой:

– Прости, юный Гэбриел, мы ничего не можем для тебя сделать. Но, знай, за чертой смерти все только начинается, и обещаю, что если мы встретимся с тобой в следующей жизни…

– Пробитое легкое, да еще яд. – Болтун тоже всхлипнул. –

Этот Креспен хотел убить наверняка и преуспел.

Я завыла, поднеся ко рту руку Гэбриела, поцеловала костяшки пальцев.

– Спящий! Не забирай его у меня, пожалуйста. Я готова быть с ним всю свою земную жизнь и гораздо дольше. Я готова кадым часом каждой миной искупить свою перед ним вину.

Лорд наш, Солнце, спаси его!

– стова, волшебный гроб… – донесся до меня обрывок фразы.

– Что? Болтун, повтори!

– Нам нужно к цвергам, Бастиана! Погоди, не дергайся. Таак! Временные потоки, пространства, роза ветров… Обними своего меченого красавчика, дево-граф,и я, величайший артефакт всех времен и народов, зачерпну чистое колдовство, струящееся в жилах этого юноши,и перенесу… Осторожней, дура! Вытащишь лезвие,и он истечет кровью по дороге!

– Басти?

Я отмахнулась от Мармадюка, зажмурилась, прислонилась к

эбриелу всей грудью и скомандовала Болтуну:

– Сейчас!

Лиловая пульсирующая воронка всосала нас с чавкающим звуком. Я покачивалась, стараясь не задеть кинжал и не выпустить плечей потерявшего сознание ван Харта.

– Сердце бьется, – успокаивал меня Болтун.
– Дыхание прерывистое, но оно есть… ще немножко… Потерпите.

Яркая вспышка, хлопок, артефакт прокричал:

– Папаша! Нам нужна твоя помощь!

И его крик сотни раз отразился от пещерных, притворяющихся небом, сводов.

– Тихоня! Хохотун! Чих! Простак, Ворчун, Соня!

– Это вообще не принцесса, - проворчал Ворчун, с отвращением глядя на спокойное лицо Гэбриела ван Харта сквозь слюдяную крышку остовы.

– Точно, – чихнул Чих. – Но, надеюсь, его волосы не отличаются от принцесиных. Слышишь, граф,ты обещала, что острижешь его, прежде чем отпустить!

Я кивнула, прижала ладонь к груди:

– Обрею налысо, – и протяжно икнула.