Миллениум
Шрифт:
– Кого Мне послать? Кто пойдёт для Меня?
И Райан вдруг понял, что не может промолчать.
– Господь...
– хрипло сказал рыцарь.
– Вот я. Пошли меня.
Лукас повернул голову и посмотрел ему прямо в глаза.
– Не знаешь, о чём просишь. Сможешь ли ты испить эту чашу до дна и выдержать всё, что ожидает на этом пути?
– Смогу... Если только Ты будешь со мной.
Господне лицо просветлело, и Он удовлетворённо кивнул.
– Я буду с тобой, где бы ты ни оказался. Не оставлю и не покину тебя никогда.
– Господи, что повелишь мне делать?
– Исполни то, о чём попросил тебя брат
– Где мне искать этого колдуна?
– Сюда уже спешит Мой ученик. Он сообщит тебе всё, что необходимо знать. Когда ты будешь готов, Я приду за тобой.
– Господь, но...
Лукас исчез так же незаметно, как и появился. Райан в изнеможении откинул голову на траву и закрыл глаза...
7
НАДЕЖДА
– Вот ты где! Я уже стал опасаться, что сбился пути. Как же я рад, что не опоздал!
До боли знакомый грубоватый голос вырвал Райана из блаженного забытья. Рыцарь разлепил глаза и увидел нависшее над собой лицо. Длинные седые волосы, железные зубы, шрам через всё лицо...
– О нет, только не ты!
– застонал орденец и попробовал отползти. С заклинившим суставом латного наколенника это было очень сложно.
– Тише, тише, всё в порядке!
– заверил его бывший инквизитор.
– Меня послал Господь помочь тебе.
Райан на мгновение прекратил свои попытки бегства и недоумённо посмотрел на брата Стефана. Рыцарь чётко помнил слова, сказанные ему Лукасом. Но то, что избранным учеником оказался безумный инквизитор - это уже слишком. Впрочем, в глазах старика уже не было заметно прежнего безумия. Наоборот, его взгляд был спокойным и... добрым.
– С какой стати тебе мне помогать?
– по-прежнему недоверчиво спросил Райан.
– Сколько себя помню, святые отцы враждовали с Орденом.
– За свою жизнь я причинил много зла людям, - с грустью ответил Стефан.
– И наверное никогда не смогу искупить всех своих злодеяний. Но Господь был милостив ко мне. Он простил меня и принял таким, какой я есть. Теперь я служу Ему. Прежнего Стефана, которого ты знал, больше нет.
– Ты служишь Ему? А кому ты тогда служил до этого?
– Церковь творила много ужасных вещей, прикрываясь Божьим именем. И я был верным псом Патриарха. Но - хвала Лукасу - в один день мои глаза открылись. Это сборище разодетых разбойников, пирующих в золочёных храмах, не имеет права называться Невестой Господа. Это Блудница, издревле предназначенная к осуждению. Настоящая Церковь уже давно с Господом на небесах.
– Знаешь, а я ведь тоже почувствовал эту фальшь... Когда последний раз побывал в Эйвинском соборе. В том, что там происходило, было нечто... неправильное.
– Господь им судья. Вместо того, чтобы копаться в чужом грязном белье, лучше сосредоточимся на нашей миссии. Я прошу тебя об одном, благородный рыцарь: прости меня, старого дурака, и позволь быть твоим спутником.
– Забудем прошлые обиды, - Райану было сложно произнести эту фразу, но он всё-таки пересилил себя. Конечно, пройдёт немало времени, прежде чем его слова станут реальностью, но первый шаг был сделан.
– Теперь мы все
С помощью Стефана рыцарь снял с себя сломанный набедренник. Немного поколебавшись, отправил следом и второй. Огляделся по сторонам в поисках шлема, но его нигде не было видно.
– Какой у нас план?
– спросил Райан.
– Сейчас для нас самое важное - это не попасться в руки одной из ударных групп армии мертвецов. Джезах послал несколько таких соединений в разных направлениях для зачистки территории. Тех, кто готов поклониться ему как Господу, он оставляет в живых для рабского труда. Всех остальных ждёт участь похуже смерти.
– Постой. Ты сказал: Джезах? Значит Великий Воин был прав?
– Я говорю лишь то, что видел своими собственными глазами и что прочёл в Священном Писании. И мне хватает ума, чтобы сопоставить первое и второе. Прошла тысяча лет - Миллениум - и дьявол выпущен из нерушимой темницы по воле человека. Я был свидетелем этого. Брат Патрик, бывший Патриарх, был встревожен слухами о происходящем в районе Мрачного Замка. Вместе с отрядом бойцов мы отправились туда. Поначалу не было ничего необыкновенного: нежить, одержимые люди... Пока мы не проникли в главный зал. На моих глазах страшный черномагический ритуал достиг своего апогея. Дерзкий некромант открыл дверь в Ничто, и оттуда на свободу вырвался сам Блистающий. Я ничего не смог поделать. В тот миг всё, во что я верил, рухнуло.
– А что стало с тем некромантом? Ты видел?
– Я видел, как его стремительно затягивало в портал. Как будто он и Джезах поменялись местами.
Райан ощутил, как будто его сердце устремилось куда-то вниз. Если раньше его задача имела хоть какие-то шансы на успех, то теперь они равнялись абсолютному нулю. Некроманта не было в Ардарии. Его не было даже в этом мире.
***
Посреди маленькой кельи над телом мёртвого старика стоял молодой человек в грязной, изорванной котте. Из его груди рвался наружу крик, полный отчаяния и безысходности. Робин рвал на себе волосы и ругал себя последними словами. Из-за своей маленькой слабости он опоздал. Великий Воин умер, так и не передав никому сокровенное знание. Рыцарь тщательно обыскал имущество умершего в поисках каких-нибудь записей, могущих натолкнуть на мысль, как разрешить сложившуюся в Ардарии ситуацию. Но он не нашёл ничего, кроме толстой книжки на непонятном языке, годной теперь разве что для розжига костров. Горько зарыдав, Робин сел, прислонившись спиной к холодной стене и уткнув голову между коленей. У Ордена больше нет надежды на спасение. Он всех подвёл.
***
– Это невозможно! Не-воз-можно!
– выпалил Райан.
Они со Стефаном расположились на окраине леса, разложив костёр. В сумке бывшего инквизитора нашлась кое-какая снедь, вполне сгодившаяся для ужина. Разговор всё время крутился вокруг невыполнимой миссии по поиску колдуна.
– Что невозможно человеку, то возможно Богу, - ответил Стефан.
– Вспомни, что сказал тебе Господь.
– Он сказал... что придёт за мной, когда я буду готов.