Милгран
Шрифт:
Борис подошёл к ней: «Девушка, располагайся, отдыхай. Тебе сейчас принесут фрукты и напитки, а мы поехали делать наши дела, часа через два вернёмся за тобой».
– Боря, а мне нужен ещё утюг.
– Утюг? – засмеялся Борис.
– Ну да, я же не могу пойти в мятой одежде? – посмотрела на Гранта. – Грант, ты тоже уйдёшь с ребятами?
Борис не дал другу ответить: «Конечно. Мы все должны вместе делать наши мужские дела, а ты должна ни о чём не волноваться и отдыхать».
– Хорошо. Я всё поняла, быть готовой через два
Он молчал.
– Ну всё, пошли. Никому ванная комната не нужна, пока есть возможность, – усмехнулся Борис. Гарик вскочил, вышел.
– Гриша, пошли, нам ещё до ребят добраться надо, потом наши места осмотреть, вернуться, экскурсия по городу и вечером фильм, если получится. Я Людмилу посвятил в план дня.
Грант криво улыбнулся: «Ну, за два часа, как ты тут сказал Миле, мы не управимся. Ты иди, я вас догоню сейчас.
Борис, посмотрев на Милу, улыбнулся: «Пока, красавица, не скучай, фрукты и утюг тебе принесут. Гриша, мы ждём тебя внизу», – вышел из номера.
Грант посмотрел на Милу. Она улыбнулась, обняла его за талию. Он задышал глубоко, прильнул к её губам, прошептал: «Я по тебе соскучился».
– Соскучился? Так я была всё время с тобой.
– Ты была со всеми, а вот сейчас ты со мной, – страстно поцеловал.
– А тебе нельзя остаться со мной?
– Очень бы этого хотел, я что-нибудь придумаю, а сейчас меня ждут, не скучай.
– Буду, – вдохнула Мила.
– Я тоже буду, пока. Люблю тебя, – поцеловал в лоб и вышел из номера.
Мила потянулась, улыбнулась и стала вытаскивать вещи из сумки. В дверь постучали, она открыла дверь. Привезли фрукты и напитки, а потом и утюг.
Прошло больше двух часов. Мила погладила брючный светло-сиреневый костюм, брюки были расклешенными книзу, хорошо обтягивали её стройную фигуру, сидели как влитые на ней, короткий белый топик, приталенный пиджачок, рукав на три четверти. Покрутив перед зеркалом волосы, она часть волос приподняла, закрутив резинкой, остальные оставила распущенными, подкрасила ресницы, посмотрела на себя, улыбнулась, подмигнула своему изображению в зеркале. Посмотрела на часы, прошло ещё полчаса, никто не приходил, подумав, она написала записку, оставила на столике, вышла из номера, пошла осматривать гостиницу.
Грант вбежал в гостиницу, посмотрел на часы, вызвал лифт, проходившие мимо девушки, посмотрев на него, остановились, улыбнулись ему. Он, равнодушно посмотрев на них, дождался лифта, вскочил в него, нажал кнопку и потом всё-таки улыбнулся им.
Вбежал в номер, крикнул: «Мила, я пришёл, ты где?» – обежал номер, нахмурился, прочитал записку, увидел на кресле свои брюки и поглаженную светло голубую рубашку, улыбнулся, вздохнул. Прошел в прихожую, скинул туфли, посмотрел в зеркало, погладил щетину, запустил руку в волосы и тихо пробормотал: «Парень, где она? Где моя Мила? Куда и почему она ушла?»
Прошёл
Мила, осмотрев холл гостиницы, шла по коридору, дверь одного из номеров открылась и оттуда вылетела плачущая девушка, в руках она держала мокрую мужскую рубашку, крикнув кому-то в номер: «Я покончу с собой, так и знай», – запустила в кого-то рубашкой, тут же из номера прямо ей в лицо вылетела женская сумка.
Мила остановилась в изумлении. На пороге появился молодой мужчина без рубашки, в брюках, с его волос падали капли воды, лицо, грудь были мокрыми.
– Ирина, ты не нормальная, мы расстаёмся, видеть тебя больше не желаю, – крикнул мужчина.
– Я покончу с собой, ты этого хочешь? – закричала Ирина.
– Не говори глупости, мне всё это надоело и смешно, то, что ты говоришь.
– Не бросай меня, я люблю тебя, – Ирина всхлипнула.
– Ой, только опять не начинай, – мужчина поморщился, взглянул на Милу.
– Я говорю серьёзно, я покончу с собой, – прошептала Ирина, сделала несколько шагов, зарыдала, наткнулась на Милу, сумка выпала из её рук.
– Ира, успокойтесь, не надо так, он вас не стоит. Зачем он вам такой жестокий.
– Я его люблю, – всхлипывая, произнесла Ирина.
Мила улыбнулась: «Посмотрите на меня. Скажите, разве можно любить того, кто вас унижает, причиняет вам такую боль, что вы произносите эти страшные слова. Вы молодая, красивая и говорите о лишении себя жизни? Из-за кого? Да пусть он катится на все четыре стороны. Он ещё пожалеет», – Мила посмотрела на мужчину злым взглядом.
Мужчина удивлённо смотрел на неё, не выдержав её взгляда, опустил глаза, потом раздражённо спросил: «Ты кто такая?»
– А ты мне не тыкай. Закрой дверь с той стороны и иди, наслаждайся своим хамством! – жестко произнесла Мила, посмотрела на Ирину, подошла к двери номера. – Её слезы тебе еще вернуться с сердечной болью, – усмехнулась, прищурила глаза, указательным пальцем постучала по мокрой груди мужчины. – Запомни мои слова, нарцисс, – посмотрела на свой палец, подула на него, как будто что-то сдувала с пальца.
Лицо мужчины изменилось, он внимательно на неё смотрел.
Мила подняла указательный палец: «И не вздумайте мне хамить, если вы, конечно, мужчина… в прямом смысле этого слова. Просто молчите, – резко захлопнула перед мужчиной дверь, подумала, приоткрыла дверь, просунула голову. – Простите, я вас не ушибла случайно? – ласково спросила она, – в порыве защиты женского достоинства», – сдерживая улыбку, посмотрела на мужчину.
Мужчина, смахнув с лица капли воды, со сдержанной улыбкой, ответил: «Нет, не ушибли, наверное, по вашему мнению, я заслужил?»