Чтение онлайн

— Откинься на спинку, пожалуйста.

Я подчинилась, пытаясь придумать, как втянуть Лукаса в разговор, чтобы отвлечься от мыслей о том, что со мной будут делать, а заодно, если получится, выведать какие-нибудь полезные сведения.

— Вы выглядите как-то слишком молодо, чтобы здесь работать, — честно призналась я наконец.

— Я на стажировке, взял академ в Массачусетском Технологическом.

— Вам там не нравилось?

Он на миг перестал возиться с отсеком над креслом и посмотрел на меня.

— Честно говоря, ужасно нравилось. Это было первое

место, где я не чувствовал себя странно в компании людей своего возраста.

Значит, Лукас тоже когда-то чувствовал себя аутсайдером. Интересно, если бы он жил в Клируотере, мы бы нашли друг друга, как это получилось у нас с Хантером?

Хантер. До сих пор он был единственным парнем, с которым я оставалась вот так, один на один. И обстоятельства встреч с ним и с Лукасом различались настолько, что я не знала, смеяться мне или плакать.

Меня охватила мучительная тоска, напомнившая мне, что, если я еще надеюсь сбежать отсюда и снова увидеть Хантера, нужно собирать информацию.

Однако лучше не торопиться. Продолжать задавать подобные ни к чему не обязывающие вопросы, чтобы он не задумывался о моих мотивах.

— Если вам там так нравилось, то почему вы здесь?

Открытое лицо Лукаса вдруг стало странно сдержанным, я увидела, как напряглись его плечи.

— Появилась возможность поработать консультантом в военной организации, я не мог ее упустить. Особенно учитывая, что за три поколения нашей семьи я первый мужчина, который не стал военнослужащим. — Он прервался, сделал вдох, и на его губах снова появилась слабая улыбка. — Этот башмак не создан для ходьбы, — пошутил он с поразившей меня в очередной раз легкостью. Если б только я научилась так же легко принимать свою непохожесть на других.

— Интересно, мама тоже поэтому решила здесь работать? — предположила я. — Не из-за того, что хотела служить в вооруженных силах, а потому что это была уникальная возможность?

Лукас как раз потянулся над моей головой к левому отсеку, но, когда я сказала «мама», его рука застыла в воздухе перед круглой кнопкой на металлической стенке. Он покачал головой, отчего давно не стриженые пряди на макушке запрыгали.

— Что?

— Ничего. Просто… Номер Три никогда не использует термины родства по отношению к ученым. Честно говоря, это немного сбивает с толку.

Я не знала, что на это ответить, поэтому промолчала, а он нажал на кнопку. В отсеке открылась крышка, под которой оказался кабель с серебристым штекером по размеру как USB, но другой конфигурации.

— А насчет доктора Лорент ничего точно не знаю. Извини.

На сердце камнем опустилось разочарование, но я заставила себя вежливо ответить:

— Ничего.

Лукас потянул на себя выдвижной шнур — вжик! — и я сразу поняла, что будет дальше.

— Вот, — вздохнула я, протягивая ему свое запястье.

Лукас уставился на мою руку, слегка сдвинув пшеничные брови.

— Это порт для карты памяти. А это — он помахал штекером — наш специализированный USB-кабель, разъем для которого находится за твоим правым ухом.

Ты что, не разбираешься в своих функциональных возможностях?

Я уронила руку на колени, чувствуя себя невероятно глупо.

— Я как раз восполняю пробелы. Хотя я терпеть не могу узнавать новое о своих возможностях.

— Почему?

— Потому что чем больше я знаю о том, как ими пользоваться, тем меньше я себя чувствую человеком и больше — уродом, — вырвалось у меня. Я прикусила губу и отвела глаза в сторону. Я выболтала много, слишком много. — Пожалуйста, не говорите ничего…

Секунда-другая, и он скажет, что обязан доложить об этом Холланду.

Я ждала, сцепив пальцы. Украдкой подняв взгляд, я увидела, что Лукас пристально смотрит на меня. Кашлянув, он отвел взгляд.

— В мои задачи входит только наблюдать за ходом ремонта и курировать испытания. Никто не говорил, что я должен следить за нашими разговорами.

Я откинулась на спинку и даже прикрыла глаза от облегчения. Может, я составила о нем ошибочное мнение, когда между нами было стекло. Если это так, то сейчас подходящий момент — а в перспективе единственный момент — попытаться выведать информацию о маме.

Я ощутила кожей движение воздуха, когда он потянулся к моему уху. Его рука замерла.

— Извини, мне нужно… можно я?.. — Его кашель пополам со смехом прозвучал смущенно. — Извини. Когда я работаю с Номер Три, я не такой нерешительный. Как я уже говорил — ты другая.

— Не извиняйтесь. Даже наоборот, тот факт, что вы считаете меня другой, дает мне надежду.

— Надежду, — повторил он, широко раскрыв глаза. И кашлянул. — Ясно. Так вот, потяни, пожалуйста мочку правого уха вперед…

Подняв руку, я взялась за мочку. Кожа там была теплой, мягкой и совершенно настоящей на ощупь. Набрав побольше воздуха в свои несуществующие легкие, я оттянула мочку, обнажая порт, о существовании которого узнала всего минуту назад.

От сострадания жесткие очертания рта Лукаса смягчились, лоб разгладился. И теперь он уже мог поддерживать со мной зрительный контакт дольше пяти секунд подряд, не проявляя неловкость. «Как мог этот парень здесь оказаться?» — снова удивленно подумала я. Все в нем совершенно не вписывалось в эту обстановку, начиная с его неряшливости и юности и заканчивая очевидной заботой о моих чувствах. О тех самых чувствах, из-за которых Холланд собирался от меня избавиться.

Лукас был моим единственным шансом найти маму в этом зловещем месте.

— А у меня тут есть комната? Где я буду оставаться между испытаниями? — поинтересовалась я, надеясь, что мой голос звучит небрежно.

— Ага. — К счастью, он как раз отвлекся, расправляя перегнувшийся провод.

— Она тут рядом?

— Вниз по коридору и налево, там же, где все остальные. Дурацкий провод, — пробормотал он.

— И мамина тоже?

Он рассеянно кивнул:

— Я… — И тут его ресницы взметнулись вверх, и я смущенно поежилась, вдруг оказавшись под испытующим взглядом золотистых глаз. — Надеюсь, ты не хочешь навлечь на меня неприятности?