Чтение онлайн

– Ну, вы, прям, завалили вопросами, – опасливая напряжённость в голосе сжавшегося буквально в комок юноши немного ослабла, чему поспособствовало, видимо, некоторое смягчение агрессивно-атакующего тона собеседников, особенно чернявого. – Давайте не все сразу.

Тем временем «доктор» Моськин со спокойной уверенностью, и в то же время в меру строго, внушительно, действительно как настоящий вузовский профессор с кафедры, обращал в свою веру уважительно внимающую ему аудиторию:

– Абсолютно доказано опытом всего человечества, что без страстного желания добиться в чём бы то ни было выдающихся результатов трудно. Наше дело – не исключение. Но, чтобы достигнуть в нём если

и не моего уровня, то хотя бы догнать моего брата, который даже при его адской загруженности в своём секретном НИИ 5 стратегических фармакологических разработок худо-бедно семь-восемь, а то иногда и десять тысяч долларов в месяц имеет спокойно, не забывайте главного врачебного постулата: не навреди. А поэтому, если вы не врачи по профессии, то не пытайтесь, пожалуйста, лечить людей. Наша задача – помочь им нетрадиционным, безболезненным и комфортным путём, используя исключительно диетологические и косметологические средства и методы, стать здоровыми и красивыми. А самим при этом прилично заработать. То есть богатеть, делая добро. Поэтому, в ходе встречи с клиентом, простите, с пациентом, перед вашими глазами должны стоять две вещи – максимальная денежная сумма,

перекочевавшая из его кошелька в ваш, и похорошевший, похудевший, постройневший этот самый клиент. Простите, пациент.

– Насчёт габаритов «Пузыря», это вы точно подметили, – полушёпотом разъяснял суть дела своим взрослым собеседникам молодой «доброволец из зала». – Но он не дурак, сам с клиентурой предпочитает непосредственно не общаться, а только по телефону консультирует. На продажи же, то есть на приём этих клиентов, то есть, правильнее пациентов, ставит стройненьких привлекательных, с хорошо подвешенным языком приезжих дистрибьюторш, специально отдрессированных под это дело.

– А ты сам-то продажами, или как, судя по твоей же поправке самого себя, вы тут называете, приёмом пациентов занимаешься? Деньги, поди, тоже

лопатой гребёшь?

– Я ещё не созрел. Бегаю пока целыми днями по городу, рекламные листовочки расклеиваю, – парень открыл стоящий под ногами портфель, достал пачку небольших красочных листочков бумаги с изображением двух человеческих фигур: одна – толстая до безобразия женщина, жирно перечёркнутая крест-накрест, вторая – красивая стройная девушка. Надпись под фигурами гласила: «Похудеть за неделю до 10 кг. Надёжно, комфортно, дорого».

– А слово «дорого» не отпугивает клиентуру, или, по-вашему, пациентуру?

– Что вы! Совсем наоборот – прямо и честно объявленная дороговизна по принципу «хорошее дёшево не бывает» ещё раз, наряду с внешней атрибутикой офиса, подчёркивает элитарность заведения. Да и сразу отсеивает несостоятельную праздношатающуюся публику.

– Резонно. Ну, а хоть что-то же, хотя б на хлеб, всё-таки зарабатываешь?

– За первый месяц триста баксов поимел. В этом надеюсь минимум пятихатку 6 срубить. А пойдут собственные продажи, там уже, считай, всё в порядке.

– Это что, за простую листовочную расклейку так платят? «Пятихатка», это, надо понимать, полтыщи долларов? Больше, чем была моя офицерская зарплата в войсках? А если сволынишь? Скажешь

командирам своим, что, мол, пошёл листовки клеить, а сам – пиво пить…

– Не-е, такие финты здесь не конают. Оплата только по конкретному результату.

– По результату – это как?

– Разъясняю для особо одарённых, – почувствовав ещё более заметное ослабление атакующего темпа его «допроса», парень не только расслабился, но и слегка повеселел. – Если по моей листовке откликнулся потенциальный клиент, его наши кадры, что поопытнее, обрабатывают сначала по телефону. Получилось вытянуть на встречу и раскрутить на какую-то сумму – половина прибыли по идее моя.

– А как узнают, что клиент именно с твоей листовки?

– Приписанный от руки индекс в уголке видите? «СМ 21-К-а» – это означает «Сергей Молодцов, 21 год, родом из Краснопартизанска, базовая профессия (не для клиентов конечно, а для внутриорганизационного контроля) – актёр», то есть я. Не перепутаешь и среди тысячи расклейщиков. Клиента при первичном телефонном разговоре-прощупывании обязательно спрашивают, с какой рекламы он на салон вышел, и если с листовки, то какие буквы в её углу стоят. И он регистрируется как мой.

– Ты что, настоящий артист? Кроме шуток? – восхищённо уставился на потенциальную звезду театра, эстрады, а возможно и киноэкрана чернявый атлет.

– Закончил нынче саратовское театральное, но речь не об этом.

– Хорошо, но потом как-нибудь обязательно расскажешь. Договорились? А сейчас давай, действительно, по делу. И что, товарищ артист-расклейщик, честно с листовщиками ваши «пузыри» расплачиваются?

– Приходится верить, куда деваться. Все, считай, поначалу через это проходят. Потом, когда подкоплю деньжат, смогу участвовать в оплате

газетно-журнальной рекламы. С неё заработки уже покруче, ведь по специальным тематическим, да и просто общеразвлекательным глянцевым журналам приходят более серьёзные и целенаправленные клиенты, чем по случайно обнаруженной на двери подъезда или под «дворником» машины листовке. Хотя, в любом случае, к самостоятельным продажам допустят не скоро – тут своя игра. Но зарабатывать и на самом деле можно недурно, если комплексовать не будешь и в струю попадёшь, вольёшься в команду.

– Надеешься влиться?

– А, иначе, какой смысл участвовать во всей этой дурилке, и тратить время, силы? Между прочим, у вас тут шансов, наверное, побольше: солидная внешность, возраст для мудрых лекарей подходящий.

– Слушай, Серёжа, – предложил, опять вступая в разговор, один из «интеллигентов», – да, кстати, не пора ли познакомиться, меня зовут Андрей Яковлевич, его вот – тоже Андрей, но Петрович… а не посидеть ли нам вечерочком, после этой презентации, где-нибудь в кафешке, да за кружечкой пивка не спеша, спокойненько проанализировать ситуацию? Наверное, и товарищ не будет против, – обратился он к хоть уже и не так сурово, как вначале, но всё ещё со строгим выражением лица «допрашивающему» сперва

было оробевшего чуть не до икоты, но теперь уже почти совсем успокоившегося юнца брюнету.

– Гвардии подполковник Георгица, Александр Иванович, – тут же по-военному чётко отрекомендовался тот, и протянул всем по очереди руку, скрепив знакомство «стальным» рукопожатием. – Уже, правда, запасной подполковник, и совсем не милицейский, не менжуйтесь, ребята. Морпех я. То есть морской пехотинец-разведчик… Слыхали, надеюсь, про «дьяволов в чёрных беретах»?

– Круто! – с уважением окидывая взглядом впечатляющую мускулатуру «морпеха», каковую не способна скрыть никакая одежда, проговорил Сергей, и нехотя отвернулся, обратив взор в сторону ораторствующего Моськина, изображая прилежного слушателя.