Мичман Флэндри
Шрифт:
— Давайте сначала установим мир, а? — пальцы Флэндри барабанили по клавишам компьютера. Как что-то совершенно обычное, он запомнил шесть элементов космической орбиты вокруг Мерсеи. Пертурбация не представляла пока большой разницы.
— Это как раз то, что я пытаюсь сделать. Я говорю вам, мы можем его достичь. Вы слушали этого фанатика Абрамса. Дайте и мне, в свою очередь, сказать.
— Конечно, — Флэндри слушал вполуха. — Начните с объяснения, почему Брехдан не раскроет тайну Старкада.
— Вы думаете, у нас нет секретов?
— Если Землю загонят в угол, я согласен с вами, мой лорд, она сожжет все и вся дотла.
— Вы когда-нибудь смотрели на это с точки зрения мерсеян?
— Я не сказал, что мы поступим мудро, если не оставим им выхода, кроме как попытаться уничтожить нас, — Флэндри пожал плечами, — но это, пожалуй, для государственных деятелей, как мне говорили… Я только работаю здесь. Пожалуйста, помолчите и дайте мне высчитать посадочную кривую.
Корих пылал уже где-то на краю планеты. Восход был золотым и аметистовым, усыпанный мириадами звезд.
Вновь зажужжало переговорное устройство.
— Дальновидные, — сказал мерсеянин, — вы можете находиться на своем корабле очень недолго, и мы будем сопровождать вас.
— Сожалею, — сказал Хоксберг, — это совершенно невозможно. Я еду за материалом, который предназначен только для одного Протектора Брехдана. Вы можете войти, как только он будет у меня на судне. И сопроводить меня прямо в Замок Афон.
— Я передам ваши слова моему начальнику и подожду решения.
— Отключились, — сказал Хоксберг.
— Ты замечательный! — воскликнул Персис.
Хоксберг громко рассмеялся.
— Только не воображай, что твой пылкий молодой герой вовлек меня в это предприятие своим священным порывом. И серьезно: я полагаю, что вы рассчитываете сбежать на вспомогательном судне. Это исключено. Космический патруль настигнет вас задолго до того, как вы разовьете сверхскорость.
— Если только я ее сразу не разовью, — сказал Флэндри.
— Но, черт возьми, парень! Ты же знаешь концентрацию вещества. Она близка к солнечной. Если в корабль попадет мельчайший камешек…
— Мы должны рискнуть. Обстоятельства будут благоприятствовать нам, особенно если мы нормально выйдем из плоскости эклиптики.
— Вас засекут, ведь вы будете в пределах досягаемости в течение одного светового года. Более мощный корабль может настигнуть вас. И настигнет.
— Это не ваше дело, ведь вас там не будет, — сказал Флэндри. — Не мешайте, я занят.
Прошло несколько минут. Он едва заметил, когда им позвонили и разрешили процессии Хоксберга пройти на корабль одним. Он обосновал причины, почему им позволили это сделать: на «Королеве Маргарите» никого нет, и она не вооружена; двум-трем человекам понадобилось бы несколько часов, чтобы завести ее; за это время любой военный корабль, который окажется под рукой, может взорвать ее.
«Должно быть, Хоксберг искренен. Пусть будет по
Огромный конический цилиндр появился в поле зрения. Флэндри связался с компьютерами и машинами, находящимися внутри. Шлюзы корабля широко открылись, и он проскользнул внутрь. Шлюзы закрылись, воздух устремился в башню. Флэндри заглушил мотор и поднялся.
— Я вынужден обезвредить вас, мой лорд, — сказал он. — Вас обнаружат, когда войдут сюда.
Хоксберг посмотрел на него оценивающе.
— Вы не передумали? — спросил он. — Земля не должна терять таких, как вы.
— Нет, извините.
— Предупреждаю вас, вы будете объявлены вне закона. Я не собираюсь сидеть сложа руки и смотреть, как вы исчезаете. После всего того, что случилось, лучший способ продемонстрировать свою честность — это вместе с мерсеянами помешать вам.
Флэндри потянулся к бластеру. Хоксберг сказал:
— Убив меня, вы лишь ненадолго оттянете это дело.
— Не бойтесь! Персис, дай еще три-четыре полотенца. Ложитесь, мой лорд.
Хоксберг сделал так, как ему велели. Посмотрев на девушку, он сказал:
— Не впутывайся в это. Останься со мной. Я скажу, что ты тоже была пленницей. Ненавижу, когда убивают женщин.
— Да, здесь их не так уж и много, будет лучше, если ты так и поступишь, Персис, — согласился Флэндри.
Некоторое время она стояла, не шелохнувшись.
— Ты хочешь сказать, что простил меня, Марк? — спросила она.
— Ну да, — ответил Хоксберг.
Она наклонилась и легонько поцеловала его.
— Кажется, я верю тебе. Но нет, спасибо. Я уже сделала свой выбор.
— После того, как твой дружок обошелся с тобой?
— Он вынужден был так поступить. — И Персис помогла быстро связать Хоксберга.
Вместе с Флэндри она покинула корабль. Звуки их шагов отдавались эхом в освещенных переходах. Им не надо было далеко идти, чтобы попасть в другую башню. Стройный корпус главного вспомогательного судна неясно вырисовывался над ними. Флэндри знал эту модель: чудесная вещь, прочная и универсальная, с запасами топлива и еды, которых хватит на путешествие в несколько сот парсеков. И очень быстроходное судно! Не то, чтобы оно могло обогнать обычный боевой корабль… преследование — дело долгое, а у Флэндри было несколько идей по поводу того, что сделать, если враг подойдет близко.
Он быстро проверил системы. Вернувшись из контрольного помещения, Флэндри обнаружил Персис в кресле второго пилота.
— Я не помешаю тебе? — робко спросила она.
— Как раз наоборот, — ответил он, — только ничего не говори, пока мы не разовьем сверхскорость.
— Хорошо, — пообещала она. — Я ведь не полный ноль, Ники. Если ты танцовщица из низшей касты, то быстро научишься выживать. Космос — другое дело, конечно. Но это первый раз, когда я что-то сделала для других, а не для себя. Очень хорошее ощущение. Страшно, конечно, но хорошо.