Мгла
Шрифт:
Она не отрывается от моего внимательного взгляда, когда она впитывает мой комплимент. Я инстинктивно знаю, что это потому, что она верит, что в моих словах много правды. Я проглатываю воду одним длинным глотком, все время сожалея о том, что не налил себе чего–нибудь покрепче.
– Пойдешь со мной?
Это – то приглашение, на которое я надеялся. Я легко мог бы пригласил ее на выступление, но хотел, чтобы она сама сделала выбор. Я хочу, чтобы она жаждала моего присутствие рядом с ней, так же, как я жажду ее присутствия
Я ставлю стакан на стол, прежде чем сделать размеренный шаг ближе к ней.
– Для меня большая честь пойти с тобой, Айла. Поздний ужин после выступления будет окончанием прекрасного вечера.
– Поздний ужин здесь? – ее глаза сканируют слабо освещенную комнату, прежде чем они останавливаются на панораме города.
Я снова уменьшаю расстояние между нами, когда придвигаюсь к ней еще ближе. Сейчас нас разделяет расстояние немного больше дюйма [Прим. пер. – примерно 3 см]
– Я могу это устроить. Это то, чего ты хочешь? Вернуться сюда после того, как мы посмотрим выступление?
Она кладет открытку и конверт на стол, прежде чем повернуться так, что ее спина оказывается у окна. Она слегка отходит назад, совсем чуть–чуть, сплетает свои пальцы перед собой.
– Да, я этого хочу.
Я пристально смотрю на ее лицо, очарованный тем, насколько совершенная ее красота. Ее нос тонкий, а губы полные и розовые. Ее голубые глаза широко раскрыты и обрамлены длинными ресницами. От нее захватывает дух, хотя, ее помада слегка смазана, а ее волосы еще более растрепаны, чем это было раньше.
Я медленно расстегиваю свою запонку на левом запястье, кладу его в карман своих штанов, прежде чем закатать до локтя рукав моей белой рубашки. Ее глаза следят за каждым моим движением, когда то же самое я делаю со своей правой рукой.
– Ты запомнишь этот день рождения? – Моя рука бросается к поясу вокруг ее талии. – Ты запомнишь этот день?
Ее глаза следят за моими пальцами. Я медленно тяну за ее пояс. Он немного сопротивляется, прежде чем оказывается в моей руке.
– Я думаю, что буду помнить его всегда, сэр.
Я делаю шаг вперед, мои руки быстро устремляются к ее шее, я обхватывают ее лицо своими ладонями. Провожу подушечкой своего большого пальца по ее нижней губе. Наклоняюсь, чтобы мягко ее поцеловать, вкушая сладость ее дыхания.
– Я собираюсь убедиться, что ты его никогда не забудешь.
Глава 21
Айла
Наслаждайся, Габриэль.
Это всего лишь два слова. Они были единственным, что он написал в открытке, которую мне подарил. Он мог знать буквальное значение, содержащееся в этих словах. Но не мог знать, каким будет ощущение, когда он опустил ко мне свое лицо и поцеловал меня.
– Ты такая совершенная. – Его губы проделывали путь вдоль моей щеки. – Я думал об этом в течение нескольких дней.
Я хочу сказать что–нибудь в ответ; что–то поэтичное и вдумчивое, чтобы эта ночь оставалась в его памяти так же долго, сколько она будет оставаться в моей. Сомневаюсь, что это возможно.
Я никогда не забуду запаха его кожи, когда он наклоняет голову, чтобы пройтись своими губами вдоль моей шеи. Я никогда не забуду мягкости его волос, когда я пробираюсь сквозь них своими пальцами, и я никогда не забуду, каково это, ощущать его прикосновения.
Он отстраняется достаточно для того, чтобы это вызвало хныканье где–то глубоко внутри меня. Моя рука бросается ко рту, мои щеки мгновенно заливаются краской от осознания того, что мое тело реагирует на него на базовом, первобытном уровне.
– Ты подумаешь, что я говорю об этом... – он останавливается на середине мысли, чтобы наклониться вперед и мягко меня поцеловать. – Айла, ты выглядела такой прекрасной, когда вошла в бар сегодня вечером. У меня никогда не было более сильного желания прикасаться к женщине.
Эти слова толкают меня назад, но его руки обхватывают меня, удерживают меня на месте.
– Ты меня хочешь, – говорю я, затаив дыхание, понимая, что это больше походит на вопрос, чем на утверждение.
В ответ его губы с силой обрушиваются на мои. Я прижимаюсь к нему своим телом, желая уменьшить расстояние. Мои руки ложатся на его грудь, мои пальцы бесцельно ощупывают пуговицы его рубашки.
– Нет, – шепчет он слово во время поцелуя. – Повернись.
Я игнорирую его слова. В своем отчаянном желании почувствовать его кожу, прикасающуюся ко мне, я хватаю его за галстук, потянув за него, пытаюсь развязать узел.
Его руки оказываются на моих, прежде чем у меня есть время об этом подумать. Он кусает мою нижнюю губу, его язык незамедлительно проделывает путь по месту укуса, чтобы смягчить его.
Я делаю шаг назад, не только из–за внезапной вспышки боли, но и из–за самого действия. Мои пальцы бросаются к моей губе, инстинктивно прикрывая место, где, я знаю, будет опухший синяк.
– Больно, – мягко говорю я. – Ты причиняешь мне боль.
Он укрепляет свою позицию, когда обхватывает своей рукой мой подбородок, наклоняя мою голову назад, чтобы наши глаза встретились. Затем наклоняется вперед, когда он мягко шепчет, то его дыхание щекочет мое ухо.
– Это прелюдия к тому, что произойдет, Айла. Скажи мне, если хочешь, чтобы я остановился. Просто скажи слово.
Я делаю полшага назад, нуждаясь в расстояние, чтобы отдышаться, и чтобы посмотреть в его глазах.