В межсезонье у берега моряя и несколько чаек. За мнойнезначительный лес, и на взгорьезатаившийся город. Зимой,когда вдруг появляются строки,лучше быть на морском берегу,и качаться на льдинах широких,и лежать безразлично в снегу.Непроглядная пустошь неволит,плавных линий финальный исход.В недоступном арктическом полеледокол иллюзорный плывёт,и неясно тут днём или ночьюзамело тебя, вспенило пляж.Призрак жизни давно обесточен,да и сам ты – неброский мираж —пробираешься
в жгучую темень,копошишься в крупицах пурги,тянешь провод к заснеженной клемме —и не зришь, и не видишь ни зги,только слышишь томительный шёпотиз-под корки замёрзшей водыи стираешь с лица снегом копоть,принесённую ветром седым.
«Нагнал дождей прибрежный ветер…»
Нагнал дождей прибрежный ветерв курортный город. В глубинееловых чащ, сосновых клетей,в какой-то мокрой стороне,по вязи скученных иголок,насквозь пропитанных водой,идёшь вдоль моря, путь твой долог,и цель проста – дойти домой.Фигура в шатком межсезонье,как лёд дрейфующий герой,идёшь один меж дюн, спросоньяслегка обветренных тоской.Огни едва заметной жизнив ночи заканчивают бег.Здесь есть заветный смысл в отчизне,собравшей в узел столько бед.В заснувшем городе приморском,в неповторимой тишине,весь мир в ландшафте чистом, плоскомедва ли катится к войне,и ты лишь вдумчивый свидетельосенних ливней и штормовживёшь пока на сером светевдали от зимних холодов.
«Уходит море из пейзажа…»
Уходит море из пейзажа.В твоём наброске карандашЦепляет бегло кромку пляжа,Уколом рушит мокрый кряж.Ты отдаляешься от лета,Стремишься в слов переполох,И шлёт тебе письмо с приветомВолны гудящей львиный вздох.Летучей мышью межсезоньеЗатмило сдавленный курорт.Резвятся белки. Пёс спросоньяСкулит судьбе наперекор.А у тебя судьба иная.Накрытый складчатым зонтом,Ты всё молчишь, туман вдыхая,И книгу прячешь под пальто.Забытый всеми до рассвета,Стоишь под ветреным дождём.Ты сам себе источник светаВ шумящем хаосе лесном.
«Туман сегодня плащ набросил…»
Туман сегодня плащ набросилНа твой безмолвный силуэт.Среди песков, муляжных сосен,В тиши проживших сотню лет,Есть заметённая тропинкаЛиствой хрустящей, и над нейВисит расплывчато картинкаВ неясный тыл ушедших дней,Где ты, такой же занесённыйШрифтами с пройденных страниц,Читаешь медленно спросоньяГлаву о пеньи вольных птиц,И пробираешься к откосуСквозь дождь, несущий мглистый фронт,Сметая с елей снега космы,Прикрывших узкий горизонт.
«Бетонной лентой мол уходит…»
Бетонной лентой мол уходитВ разрез изогнутой волны.Балтийский бриз не всем угоден,Не всем края зимы видны,Но ты знаком с водой бурлящейПо обе стороны мостков.Попутный ветер тебя стащитВ объятья бурых валунов.И ты пойдёшь вдоль кромки пляжа,Вдоль узких елей и коряг,Песком кипучим напомажен,На берег брошенный варяг.Твоё здесь пасмурное царство,А летом – мягкая постель.От скуки верное лекарство —Кричащих чаек карусель.До лета есть дела простые.Штормящих будней широтаНадвое колет дни пустые,А ты идёшь к волне с моста.
«Разбуди меня утром прохладным…»
Разбуди меня утром прохладнымВ белой комнате с видом на пляж.Пусть
рассвет голубеет нескладноНа причалах пустых февраля.Пусть вода в ледяных волнорезахТихо плещется в снежном плену.Мы поищем над лесом окрестнымУглублённую в думы весну.Так бывает: в предмартовском трансе,В окружении скученных дюн,Пролетает сомнамбулой в вальсеЧуть заметный весенний гарпун.Кружит ветер, на ветках стеклянныхЗреют первые капли тепла,И сквозь морось по трассам пространнымБороздит свежий воздух баклан.
«Сосновый лес шумит в округе…»
Сосновый лес шумит в округе,Безмолвен вымерший курорт.Ты замкнут здесь в дождливом круге.Как неразгаданный кроссворд,Лежит твой путь среди деревьев,Но нет желанья знать, кудаУносит в зимнем наважденьиБалтийский город. Нет следа,Нет борозды витиеватойВ холодной памяти твоейОт встреч с людьми под снежной ватой,Затмившей берег, бездны дней,Но в отражении плакатномНа горизонте восковомВсё так же ярок шар закатныйВ разрезе неба штриховом.
«С неземной высоты дюны Эфа…»
С неземной высоты дюны Эфа —Слева море, и справа залив.Раскаляет прибрежное эхоЗолотистых песков перелив.Убегающий в небо рисунокДиких роз и кустистой сосны.Здесь в карманы ты скуку засунул,И тропинки тебе не тесны.Тонешь в зыбких балтийских барханах,Отрешённый в неистовый стиль.В волнах плещешься громко и странно,И дрейфуешь, как зреющий криль.Берег пуст, устремлён в авандюну,Отутюжен теченьем косым.Свёрнут пляж в грациозную рунуУ подножия Куршской косы.
Ночной круиз
Мне снился день, и вечер снился,Асфальта мокрого графит.Над опустевшим чёрным пирсомГорел во тьме метеорит.Не то река, не то залив былРасстелен дышащим ковром.У тростника под дивным нимбомКачался сказочный паром.Нас приглашал в круиз паромщик,Маяк светил издалека.Вода плескалась, ветер громчеШумел, сминая облака.И мы пустились в путь неблизкийК невероятным рубежам.Летели чайки следом низко,С причала пёс нас провожал.Вокруг висела ширь глухая,Но в этой смутной пустотеСоната лунная порхалаНа небе бабочкой. МетельСтучала градинами в судно,Ткала узоры на корме,И было жутко нам, и чудноСмотреть вперёд. Как будто смертьВ тревожном омуте витала,И шёл паром наш на маякК земле возвышенной и тайной,К земле, пославшей добрый знакДвум путешественникам храбрым.Мелькнул в лесу надёжный скит,Куда, соря огнём нещадным,Летел шальной метеорит.
Айсберг
Такая ясность в этих льдах,Что белый цвет теряет сущность,И чистым звоном холодаПитают жизнь, как хлеб насущный.Недаром в вечной мерзлотеВсе тайны времени сокрыты.Торосов жесткая постельМягка для странников забытых.Дремуч и долог их ночлег.Найти пытаешься свой айсберг,Ловя украдкой жаркий блескСкульптурных гор, и в этом скарбеЕсть неминуемая жутьОт лобового столкновенья:Под снежным панцырем уснутьВнутри застывшего теченья,Почить на мостике своём,Как капитан большого судна.Уйти в глубины с кораблёмОт суеты на счастье скудной.
