Чтение онлайн

– Что это? – не поняла Юля.

– Текст. Просто текст на русском языке.

Он развернул лист и поднес к Юле. Она прочитала:

«Юра, если ты не согласишься с ними, меня и моего племянника убьют».

– Вслух, пожалуйста, – угрожающим тоном сказал Мансур.

Юля побелела, она испугалась – не за себя, а за Данилу.

– Это же всего одна строчка. Читай!

– Читай, сука! – опять заорал Шагабутдин.

– Выйди отсюда! – рявкнул на него Мансур.

– Все, молчу, – Шагабутдин поднял согнутые в локтях руки и задом отступил к выходу из комнаты.

– Ты

всего несколько слов говоришь на камеру. А потом мы тебя развяжем. И пацана выпустим, и вас вдвоем попросим у нас пожить некоторое время в гостях. А хозяин вас шашлычками угощать будет. Правда? – Мансур взглянул на Абумуслима.

– Правда, – подтвердил тот.

– Юля! Где ты?! Мне страшно, – донесся, как из-под земли, плач Даника.

Именно страх за Данилку заставил ее согласиться и записать на камеру обращение к Юре. Ведь после этого они будут вместе с Даником – ему будет легче. Кроме того, дагестанцы ничего не спрашивали об Илье, значит, есть надежда, что он обязательно их найдет. А Илья, наверное, уже знает, что они пропали, ведь брат и сестра договаривались созвониться.

– Развяжите меня! – крикнула Юля.

– Нет. Пока не прочтете – не развяжем, – непреклонным тоном сказал Мансур. – Ты так выглядишь более жалкой, и ваш друг быстрее пойдет на соглашение.

– Хорошо, дайте еще раз прочитать.

– Пожалуйста. Вот только вместо слов «моего племянника» назовите его по имени. Так будет убедительнее, – Мансур достал из кармана расческу и поправил себе челку.

Юрий взглянул на экран компьютера, стоявшего на столе.

«Юра, если ты не согласишься с ними, меня и Даника убьют».

Юля была привязана к бетонному столбу в каком-то жутком помещении, затем пошли кадры с плачущим в темной комнате, похожей на тюремную камеру, Данилкой.

– Вы что? – вырвалось у Юры. – Гады! Сволочи!

– Тихо, Юра… Это только бизнес, – сказал Аслан. – Теперь ты отсюда просто так не выйдешь. Сделай всем хорошо. Поработаешь у нас, понятно, под присмотром. Гонорары, конечно, уменьшатся. Думаю, до хорошего питания и прогулок на свежий воздух. Но зато со временем ты получишь назад свою девку и пацана. Все электронные приборы мы изымаем. Притрагиваться к ним ты будешь только в присутствии моего племянника. Он скоро подъедет. Исрафирик – умный мальчик. Ему семнадцать – он тоже фанат компьютеров. Шайтан их придумал… Конечно, ему до тебя далеко. Скажем так, ты будешь его учить. И я тебя, как учителя, нанимаю. Будешь жить у меня…

Аслан говорил и внимательно смотрел на Юру, а тот, не отрываясь, смотрел на связанную Юлю – ее страдания причиняли ему огромные мучения.

– Ну что, ты согласен?

Юра молчал.

– Ты же сам нам буквально несколько минут назад показывал, как мы хорошо научились убивать. В карьер пойдет еще одна бочка и маленькая бочечка, – растянулся в улыбке Аслан.

Гамзат за спиной у Юры заржал.

– Но если я в четыре часа не покажусь в условленном месте, вся инфа сольется в инет, – сказал Покровский.

– А ты сделай так, чтобы она не слилась. Как она должна

слиться?

– В инете запущен бот, он отсчитывает время. Ровно в шестнадцать часов начнется рассылка.

Юра не блефовал, он на самом деле запустил такой бот. Для подстраховки. Только программа должна была стартовать много позже, в случае если Юра в свой ближайший день рождения сам себя не поздравит с этим самым днем рождения живым, через скайп, с его фирменной улыбочкой в тридцать два зуба. Благо программ распознания улыбок производители настрочили предостаточно. А насчет Кузьмы он решил не распространяться, чтобы не подставлять приятеля. Он надеялся, что улучит момент и передаст ему весть о себе. Оставалось только на время остановить выполнение рассылки – опередить Кузьму.

– Инфа, инет, бот. Мы, по-твоему, не ботаем, – встрял Гамзат.

– Бот – это автоматическая программа. Я могу выключить ее прямо из вашего компьютера через Интернет.

– Мы ничего не понимаем в этой железке, – сказал Аслан, – как же мы поймем, уничтожил ты свой бот или нет?

– Элементарно: если в шестнадцать часов пять минут на Ютубе не окажется показанного мной фильма, значит, программа остановлена. Если окажется, то можете со мной делать, что хотите и… делайте ноги из России, а еще, по ходу, и пластические операции – это чтобы Интерпол вас не распознал. Однако я не похож на камикадзе.

Аслан окинул взглядом худощавую фигуру Покровского и подумал: «Этому каждая минута жизни дорога, чтобы только в Интернете лишний раз пошарить. Как же с ним будет его девушка уживаться… И убивать его не хочется. Самый лучший выход был бы – принять его в семью, ведь парень – голова. Но кореша не поймут. Рано или поздно от этой головы придется избавиться».

– Да, на камикадзе ты не похож, – согласился Аслан.

– Значит, ситуацию разруливаем так, – уверенно сказал Юра, – вы отпускаете Юлю и Даника, я останавливаю программу… И остаюсь у вас вместо них. В общем, вам надо реально мне поверить.

– Мы тебе поверим, – проговорил Аслан. – Потому что жизнь твоей подруги теперь зависит полностью от тебя. Если вдруг со мной и Гамзатом что-нибудь случится – за меня отомстят. Она и этот пацан всегда будут под присмотром моих людей. Где бы она ни жила. Помни об этом. Садись.

Аслан встал, уступив место за компьютером Юре.

– Нет, вначале ты распорядишься отпустить Юлю и Данилу. И заодно дашь мне с ними поговорить.

– Ты что, обурел? – вспылил Гамзат. – Выставлять нам предъявы!

– Тихо, – сказал Аслан, – мы это сделаем после четырех.

– Я ничего не сделаю, пока вы не выполните то, что я сказал.

Аслан не отвечал. Часы на компьютере показывали без пятнадцати четыре.

– Чтобы остановить программу, мне надо как минимум пять минут.

Аслан молчал, а часы на компьютере продолжали отсчитывать время:

«15:44:57»

«15:44:58»

«15:44:59»…

Когда секунды округлились до «15:45:00», Гамзат не выдержал:

– Их убьют! А я убью тебя! – Он выхватил из ящика тумбочки пистолет с глушителем и направил в голову Покровскому. – Останови программу!