Чтение онлайн

– Да, вроде того. Но потом Платон рассказывает, что один из узников освобождается от оков и оборачивается. Вдруг он видит предметы, которые находятся у него за спиной, но не узнает их очертаний, а когда смотрит в сторону выхода, его ослепляет солнечный свет. Выйдя из пещеры, он привыкает к свету луны, а потом и к солнцу, и только тогда наконец видит вещи в их настоящем обличии.

И понимает: все, что сидящие в пещере считают реальностью, на самом деле иллюзия.

– И что он станет делать дальше?

– Если верить Платону, вернется обратно.

– К остальным придуркам?

– Именно, чтобы рассказать им о том, что узнал. И освободить их.

– Лучше бы оставил этих дебилов там разлагаться!

– Не лучше, если предположить, что это и есть Платон, а та кучка придурков, как ты их назвал, – это ты, я и все, кто так ничего и не понял ни о нашей жизни, ни о мире вообще.

Энрико с подозрением косится на Сильвию:

– Какую чушь вам в школе впаривают!

В кухне на холодильнике висит записка от мамы Сильвии:

«Я испекла пирог. Кушай на здоровье!

Целую, мама».

Сильвия недовольно морщится.

– Что такое? Не хочешь пирог? – спрашивает Энрико.

Сильвия качает головой:

– Ешь сам, если хочешь.

Энрико второй раз говорить не нужно. Он открывает холодильник, достает алюминиевый лоток, вываливает содержимое в тарелку и ставит в микроволновку:

– Обожаю пироги твоей мамы!

У Энрико, которого за пристальный, почти придурковатый взгляд прозвали Карасем, уже слюнки текут. Он садится за стол с дымящейся тарелкой и принимается за еду.

– Я-то думала, ты забрал меня, чтобы вместе где-нибудь пообедать…

Энрико перестает жевать и немигающими рыбьими глазами таращится на Сильвию. «Боже, что я еще забыл?»

– Не помнишь! – не спрашивает, а скорее с огорчением утверждает Сильвия.

– Сегодня точно не наша годовщина… – Энрико тянет время, но по потерянному выражению его лица совершенно ясно: он не имеет

ни малейшего понятия, о чем говорит Сильвия.

– Сегодня три года с нашего первого поцелуя!

– А, точно!

– Помнишь, где это случилось?

– На вечеринке… Блин, не помню, у кого именно…

– Может, ты хоть помнишь, во что я была одета?

Полный провал в памяти. А тут еще и пирог остывает.

– Слушай, Сильвия, честно говоря, я не знал, что мы и это должны отмечать…

– Раз уж на то пошло, никто никому ничего не должен, – все сильнее раздражается Сильвия.

– Обычно пары отмечают годовщину отношений.

– Но ведь чем больше поводов, тем лучше…

Ничего не поделаешь. Сегодня у Сильвии один из этих дней. Энрико встает из-за стола и обнимает ее.

– Послушай, ладно, я козел, признаю. Но знала бы ты, что у меня с утра на работе творилось! Отец по делам совсем загонял. Пришлось решать кучу проблем, и про наш поцелуй я совершенно забыл. Скоро еще клиенты из Китая приедут… Отец сказал, мне тоже нужно быть. Голова сейчас другим забита, правда.

Энрико подходит и легко целует Сильвию в губы, надеясь таким образом разрешить конфликт. Девушка горько улыбается.

Энрико смотрит на нее остекленевшим взглядом:

– Ну, что такое?

– Ничего.

Энрико давно понял, что эти ее «ничего» – тайна за семью печатями, и даже не стал гадать, что Сильвия имела в виду.

– Слушай, раз твоя мама на работе… Если хочешь, можем отпраздновать в твоей комнате…

– Разве тебе не нужно возвращаться к китайцам?

– Десять минут у меня есть.

– Десять минут? Тогда погоди, надо поговорить.

– О чем?

– О нас.

– О чем «о нас»?

Сильвия молчит и задумчиво смотрит на него.

– Ты меня любишь?

– Разумеется.

Сильвию так и подмывает сказать, что в мире ничего само собой не разумеется и что любой девушке хочется иногда услышать «я тебя люблю» вместо «разумеется» и «раз уж твоей мамы нет, можем пойти к тебе и десять минут потрахаться».

– Что ты хочешь этим сказать?

Конец ознакомительного фрагмента.