Чтение онлайн

Да пораньше завтра разбуди. Нафталин-то проветрить надо.

КАТЕРИНА. Она ушла. Вам что-нибудь нужно, Марфа Касьяновна?

МАРФА (просительно). Дай мне руку твою… Будь зеркальцем моим сегодня. Скажи… страшная я стала, Катюша?

КАТЕРИНА. Вы молодая. Вы всех нас моложе. Только голова у вас седая.

МАРФА.

Уж побалуй меня еще немножко. А глаза мои… какие?

КАТЕРИНА. Прозрачные они у вас. Как небо в реке.

МАРФА. А как враги-то этих глаз боялись. Ну, доброго сна тебе. Пусть счастье тебе приснится, несчастная моя. (Она уходит, с порога мельком.) Давеча, я у телефона была, ты за книгами что ль заходила?

КАТЕРИНА (не в силах солгать). Это… не я заходила, Марфа Касьяновна.

МАРФА кивает и уходит. КАТЕРИНА отводит рукою занавеску.

Иди, она ушла, Степан.

Вошел Степан.

КАТЕРИНА. Как нехорошо ты поступил с нею давеча, у телефона.

СТЕПАН. Пойми… Поташов не поехал бы сюда, если б знал, что едет к Сыроварову. (Подавая записку.) Возьми. Это список, что купить завтра. Деньги у тебя найдутся?

КАТЕРИНА. Я получила сегодня на работе.

СТЕПАН. Ничего лишнего. Колбасы подешевле, самого ядовитого цвета, орехов, хризантему в горшке. В этом доме живет человек, который ценит свой ломоть счастья. Чорт, теперь массы бы какой-нибудь, побородатее, для колориту пригласить. Если бы Лизавета подъехала… Не любит она меня. Чего ты так смотришь?

КАТЕРИНА. Все хлопочешь… и люди у тебя, как клавиши. И никто не знает, что именно ты на них играешь.

СТЕПАН. Не понимаю. У тебя ленивый ум, и мысли всегда недодуманные.

КАТЕРИНА. Мы все кашляем в этой сырости, а ты отказался от новой квартиры. И от дачи…

СТЕПАН. Мне неловко. Есть люди, которые живут еще в бараках!

КАТЕРИНА. В доме нет денег, а ты… даешь Лопотухину на пьянство.

СТЕПАН. Он работал у меня, был при мне собакой, пока был здоров. Я не могу бросать человека в несчастьи. Что еще?

КАТЕРИНА. Степан… Там, на улице, в подъезде, стоит человек и смотрит на наши окна. Чего ты испугался?

СТЕПАН (овладев собою)… Давно?

КАТЕРИНА. Второй день, по вечерам. И у него зачем-то черная повязка через глаз.

СТЕПАН. Прогресс, гримироваться начали…

Медленно, пряча свой

испуг от Катерины, СТЕПАН идет к окну. Обернулся.

Потуши свет!..

И, вот, в густой темноте, синеет зимнее окно. Свет уличного фонаря падает на левую сторону. В световом полукруге вьется лихая новогодняя метель.

Не вижу… быстро иди сюда. Лучше пригнись и ползи на коленях… Покажи мне его…

Она опускается на колени. СТЕПАН процарапывает пальцем дырочку в нижней, замерзшей половине стекла. Внезапно КАТЕРИНА садится на пол.

КАТЕРИНА. Я не хочу на коленках… Это подло, подло, Степан. Люди не ходят на коленках!

СТЕПАН. Но там же нет никого. У тебя просто нервы расшатались.

КАТЕРИНА. Я боюсь… Ты много лжешь. А ложь всегда отражение преступлений.

СТЕПАН(подойдя к ней). Так… назови мне их!

КАТЕРИНА. Несовершенные преступления еще ужаснее совершенных…

СТЕПАН(опускаясь к ней на пол). Нельзя же так, Катя. Хоть чуточку уважай тех, кто живет с тобой под одной кровлей. (Касаясь ее плеча.) Ну, не будь девчонкой… привыкай к жизни!

Дверь приоткрылась, в яркую световую щель проскользнули ЗОЯ и ВАЛЬКА.

ВАЛЬКА. Мы елку на пробу зажгли. Идите взглянуть, жутко красиво получается.

ЗОЯ. Мамочка, почему ты на полу? (Помогая ей подняться.) О чем ты, мама?

КАТЕРИНА(всхлипывая). Как я с тобою пала, Степан!

СТЕПАН. Мама упала в темноте и ушибла коленку.

ВАЛЬКА распахивает половинки двери. Цветистые тени лапчатых еловых ветвей волшебно располагаются по стенам и потолку. Похрамывая и виновато улыбаясь, КАТЕРИНА идет с ЗОЕЙ смотреть зажженную елку.

Занавес