Место под солнцем
Шрифт:
– Что еще?
– Произведена замена караула Лаборатории. По списку: Артур Пэн, Кандидат начал читать по листку, - Чжао Лян... Всего двенадцать человек против девяти прежнего состава. Все новые люди проверены в соответствие с Положением об Охране. Старый караул отправлен в Седьмой Пункт на прокладочные работы.
– Ага...
Алексей ничего не ответил. У него было все.
– Ладно, все ясно. Мы подумаем о резолюциях.
Кандидат отодвинулся к самой двери - подальше от огненных бликов - и облокотился на косяк. Пурпурный полумрак в присутствии Близнецов действовал угнетающе, он
– Кандидат!
– позвал Антонио.
– Да, сеньоры.
– Передай по секретному каналу чтобы ускорили работы по Пунктам. Завершить испытания номера одиннадцатого. Всех бастующих выловить (равно как и остальных) и отправить... куда положено. И еще. Пускай активнее разбрасывают черные ящики на западе, чтобы убить этим двух зайцев. Во-первых, там находятся истоки многих рек, и, во-вторых, шире вовлекаем нелояльное население.
– Будет исполнено, сеньоры, - сказал Алексей, - я все запомнил, он начал пятиться задом к двери, мечтая поскорее убраться, уже дотронулся до ручки, но строгий голос Роберта из кресла снова догнал его.
– Кандидат! К завтрашнему утру подготовить отчет по Лаборатории, я проверю как там идет работа.
– Хорошо, сеньоры. А сеньор Антонио сегодня придет в Лабораторию? Есть кой-какие новости по его части.
– Потом, потом, - раздраженно крикнул Роберт.
– Ты свободен.
Министр выскочил из зловещего полумрака и облегченно вздохнул. Нервишки шалят. Тяжко испытывать такие муки ежедневно. Но черное воскресенье им еще не забыто. Такое, господа близнецы, не прощается.
Министр остановился предъявить документы страже и закурил. "Не забыть бы - сегодня встреча с Незнакомцем, - подумал он.
– Берегитесь же теперь, коварные трусы, не отступлюсь, пока в полной мере не отомщу за подлый обман. Меня-то вы не посмеете тронуть, потому что я еще могу пошевелить мускулами. Есть еще порох в пороховнице.
Начальник караула, жирный боров с аккуратно подстриженными в "каре" волосами, протянул удостоверение задумавшемуся министру, огромная складчатая морда зашевелилась и выдавила из себя: "Можете идти". Кандидат очнулся, посмотрел на него и подумал: "Эх, Толстяк, Толстяк, подзабыл уже что это я тебя отыскал. Так бы и рыбачил на холодном Севере, проклиная мерзкий соленый ветер и грязный прогнивший баркас. Это я тебя увидел когда подбирал молодцов - вытащил из нищеты и голода. Это я продвинул тебя, думая что такие услуги не забываются. Забываются! И тебе я это тоже припомню. Погоди еще совсем немного.
– Побыстрее проходите!
– прогромыхал Толстяк по-моряцки, сжав в одной руке автомат, а в другой кулачище. Кандидат бросил на него испепеляющий взгляд, сделал глубокую затяжку толстой индонезийской сигары и застучал каблуками дальше по бетонному полу.
С каким удовольствием я пошел бы сейчас домой, плюхнулся бы в горячую хвойную ванну, смывающую весь позор, унижение и накопившуюся грязь. А вместо этого приходится проверять чью-то работу, кричать, требовать, умолять, звонить по Пунктам, мотаться по городу.
Кандидат быстро прошел по слабо освещенным коридорам, миновал еще два внешних поста, спустился на
– Уеду, - проговорил он вслух.
– Сейчас же уеду хоть куда - лишь бы глаза мои не видели этих мест, и этого климата, и этих сырых близнецовских казематов. "Единица - вздор, единица - ноль", - вдруг пришли в голову слова одного из прежних, висящие в рамке в коридоре Лаборатории. А внизу подпись - "поэт Маяковски".
Дождь все лил и лил, казалось без конца. То и дело вспыхивали молнии, с трудом пробивающие мглу и потоки воды. Гнилостный запах Столицы таял, потянуло озоном. Электромобиль не подавал признаков жизни.
– Как хочешь, - сказал ему Алексей и выскочил обратно наружу. Его буквально смело ливневыми ручьями и, еле держась на ногах, шлепая по лужам, промокнув до нитки, он добрался-таки до спасительных дверей, откуда безответственно вышел полчаса назад, - дошел, отплевываясь проклятьями и грязной водой, стекающей с волос головы.
– Что, не повезло господину министру?
– спросил с явной издевкой старикашка швейцар, сидя и покачиваясь на поющем стуле.
– Пшел вон!
– коротко огрызнулся Кандидат и стал пробираться к своему кабинету, оставляя в холле червонные хлюпкие лужицы. Мимо промаршировали все как один улыбающиеся солдаты с песней, где был рефрен: "Мы ребята бравые". Министр невольно остановился и проследил глазами как они прошагали к выходу во главе с комвзвода и, все так же улыбаясь, вышли на улицу. Глаза потеряли их за мокрющей пеленой. Заглохли слова солдатской песни. Кандидат усмехнулся и побежал в кабинет переодеться.
* * *
– Ну и как у тебя с ним?
– Уэсли. Пока еще ничего не было - встречу я назначил на семь двадцать вечера. Если Алексей Кандидат придет, тогда все пойдет по плану. Мы убедим его иметь с нами контакт. Ну а уж не придет, будем искать обходные пути.
– Например?
– Ничего порядочного, но на пожарный случай имею несколько вариантов. "Сверхпроникающая техника", к примеру. То есть вывод на орбиту послойно сканирующего устройства. Но это дорого - даже для карты подземелья. Или вот еще план "Шпион". Здесь используются кражи, подслушивания, захват "языков", шантаж.
– Все ясно. Продолжай работать. Узнай планы Дворца. Постарайся воткнуть возможно большее число своих людей в его структуры. Кстати, где ты их набираешь?
– Так ведь я действую через подполье.
– И еще: почему ты намерен действовать через этого министра? Можно было выбрать человека рангом пониже - меньше риска при срыве.
– Я уж думал, Уэсли. В принципе, меня интересует только Лаборатория. Все говорит за то, что она и есть наша цель. Она хранит все секреты и тайны, замыслы и мощь Близнецов, она таит разрешение нашей загадки, если только Лаборатория не блеф.