Месть
Шрифт:
– Вы знали, что он сидел?
– спросил я.
– Я сидел еще больше, чем он, но это было очень давно, за вооруженное ограбление. С тех пор я вырастил детей. Один знакомый попросил меня дать Прескотту шанс. Прескотт проморгал его.
– Вы знаете, где он сейчас?
– Нет. И знать не хочу. У меня есть его адрес.
– В Сарасоте?
– Да, - кивнул он.
– Я возьму, но вряд ли он там живет. Он говорил когда-нибудь о своей дочери?
– Дочери?
– переспросил старший.
– Адель, - пояснил Арч.
–
– Адель - его дочь?
– Я догадывался, - сказал Арч.
– Ты мне не говорил... Она приезжала с ним два или три раза. Я решил, что это его подружка, немножко молодая для него, но при его...
– Ей четырнадцать лет, - сообщил я.
– Только что исполнилось.
Большой человек посмотрел на грязную тряпку, которую держал в руке.
– Моей старшей пятнадцать, - сказал он.
– Я поздно начал. Если Дуайт явится сюда, я таки воспользуюсь гаечным ключом.
Я протянул ему свою карточку.
– Если он придет сюда и останется жив, я буду очень благодарен, если вы мне позвоните.
– Вы частный детектив?
– спросил он.
– Служащий по доставке повесток.
– У вас бумаги на Хэндфорда?
Я улыбнулся и протянул ему руку.
– Фонеска, - сказал я.
– Лопес, - ответил он, пожимая мне руку.
Мы с Эймсом вышли. Дуайт Хэндфорд-Прескотт, подумал я, доигрался до того, что очень многие хотят, чтобы он исчез.
Я хотел было вернуться к себе, но, не зная, кто или что ждет меня там на этот раз, поехал в гриль-бар «Техас».
Было сильно за полдень. В зале сидели только несколько человек с пивом, кое-кто с тарелкой чили и смотрели на экран телевизора над баром. Бейсбольный сезон уже закончился, показывали, вероятно, запись матча Сент-Луиса и Чикаго. Болельщики не уставали смотреть, как Марк Макгуайр и Самми Coca лихо выбивают хоум-раны.
Эймс, нырнув за стойку, скрылся в своей комнате.
Эд Фэйринг принес мне пиво. Я взял его, прошел к телефону и набрал номер «ДК». Ответил Дэйв.
– Это я.
– Льюис? Тут посетители идут косяком. И ко мне и к тебе. Недавно копы заглядывали. Хорошо бы сейчас качаться где-нибудь на волнах. Иногда я мечтаю... Ну да ладно. Я думаю, тебе лучше какое-то время не показываться. Ты знаешь такого парня с итальянской физиономией - не в обиду будь сказано, - похожего на Тони Галенто? Водит синий «Бьюик» новой модели.
– Я знаю, о ком ты говоришь.
– Он заезжал с полчаса назад, взял коктейль и припарковался напротив, на стоянке китайского центра и танцстудии. Потом выкинул стакан из окна, постоял минут двадцать и уехал. Мне придется идти туда подбирать! Я не могу, чтобы стаканы из «ДК» валялись на соседних стоянках. А ты еще спрашиваешь, почему я предпочитаю море, а не сушу.
– Он интересовался мной?
– Нет, - сказал Дэйв.
– Если он еще приедет и будет спрашивать... ничего ему не говори.
– Буду молчать как рыба. Подожди
Он отошел на пару минут.
Марк Макгуайр выбил еще один длинный мяч. Когда он обогнул третью базу и с сияющей улыбкой направился к «дому», трибуны взревели от восторга.
– Ну вот, - вернулся Дэйв.
– Я, может быть, продам это место. Или найму Дон на полную ставку, а сам выйду на полупенсию. Мне начинает казаться, что людей я уже не переношу. Ты исключение, сам знаешь. Можно один вопрос?
– Конечно.
Я глотнул пива.
– Кто все-таки этот кидатель мусора?
– Мой ангел-хранитель.
– Интересных размеров и форм нынче ангелы! Одни скапливаются на острие иголки, другие засовывают себе в ухо Вселенную, хотя не знаю, зачем им это надо. В Ветхом Завете целые толпы ангелов-воителей.
– Мне нужно найти одного человека, - сказал я.
– Нехорошего человека?
– Очень. Его зовут Джон Пираннес. Ты не слышал про такого?
– Слышал, - сказал Дэйв.
– Ты не знаешь, где можно было бы найти его или кого-нибудь, кто мог бы знать?
– По-моему, у него квартира в Бич-Тайдс, на Лонгбоут.
– У меня точные сведения, что он покинул это место, по крайней мере пока.
Рядом со мной сел худощавый черный парень в потертой спортивной куртке и приветствовал меня кивком головы. Я знал его только под именем Сникерс. Сникерс любил сладкое и обладал способностью проникать туда, куда имели доступ немногие.
– У него есть катер, стоит в Саннисайд-Кондо, у Галф-оф-Мехико-драйв, почти на северной оконечности острова, - сказал Дэйв.
– Я видел его там. Большой катер, нельзя не заметить. Называется «Красавица».
– Держи эту информацию при себе, - попросил я.
– Это секрет только для копов, Льюис. Кстати, я прочел статью про Джона Маршалла. Наверное, я возьму почитать его биографию. Мне пора, у меня клиенты.
– Спасибо, Дэйв.
– От капитана Пираннеса лучше держаться подальше, - предупредил он.
– Будь осторожен.
Он повесил трубку, и я тоже.
– Как дела, Сникерс?
– спросил я.
– В порядке. Хотя, черт подери, не совсем. Ты не возьмешь мне пива?
– Конечно.
Сникерс смотрел на экран телевизора и раскачивался в такт какой-то внутренней мелодии.
– Coca - это класс, - сказал он.
Я попросил Эда принести пиво для Сникерса, который имел, вероятно, потрясающую наследственность: несмотря на неимоверное количество сладкого, которое он поглощал, зубы у него были белые и ровные.
– Класс, - согласился я.
– Слушай, ты ведь из Чикаго. Что с тобой случилось?
– Ну, - сказал я, прихлебывая пиво, - один водитель грузовика меня избил, одну мою клиентку нашли мертвой у меня в кабинете, я спас ребенка, которого отец продал сутенеру, и еще я нашел одного типа с простреленной головой в квартире на Лонгбоут.