Чтение онлайн

— Ой, простите! — тут же запаниковала служанка, но я ее перебила, отмахнувшись от ее извинений.

— Не нужно, Рози, я сама виновата! Сооруди, пожалуйста, что-нибудь попроще, чтобы было побыстрее!

Рози поспешила с прической, но герцог поджал губы и холодно заметил:

— Не пристало герцогине Ксорд бегать растрепанной!

Эти слова больно кольнули мою гордость, и я сама не заметила, как огрызнулась в ответ:

— Если бы я могла бегать, Ваша Светлость, уверяю вас, я была бы счастлива это делать без всяких причесок!

Мои слова прозвучали

так горько, что близняшки с испугом вперились в герцога, притворившись мебелью. Сам мужчина, кажется, тоже осознал, что ляпнул не подумав. Брови его нахмурились, а в черных глазах сверкнуло сожаление. Но вслух он его не высказал, лишь еще сильнее сжал зубы и сквозь них выдавил:

— Спуститесь к ним?

— Нет, — холодно заявила я, не отводя глаз, — пусть проводят их сюда!

Герцог открыл было рот, но говорить ничего не стал, просто резко развернулся и вышел.

Только тут я поняла, что до хруста выпрямила спину и держалась из последних сил. С уходом мужчины силы меня покинули, и я откинулась на спинку кресла.

Девушки тоже отмерли. Рози подошла тихонько и вновь занялась моими волосами, а Летти запричитала, всплескивая руками и то и дело прикрывая ладошкой рот:

— Ой, как нехорошо получилось! Ой, как плохо! Как же теперь-то… Разве можно так?

За две минуты с прической было покончено. На моем плече лежала тугая коса, а вокруг головы была пущена вторая, потоньше, которую Рози все-таки успела украсить шпильками с мелкими цветочками. Выглядело очень мило и вовсе не растрёпанно!

— Мы можем идти? — тихим голосом спросила Рози, хватая сестричку за руку и укоризненно на нее глядя.

— Да, спасибо вам, девочки! — от души поблагодарила я их, — только разверните мое кресло к двери!

Сделав, как я просила, девушки ушли, а через секунду в дверях уже стояли моя маленькая растерянная Софи и натянуто улыбающийся Андреас. При виде их у меня на глаза сразу же набежали слезы, а когда Софи бросилась мне на шею, я, не выдержав, расплакалась.

— Эви! Милая, что с тобой? Почему ты плачешь? — зачастила сестренка, сама шмыгая носом.

— Тебе здесь плохо, маленькая? — сжал мою руку кузен, с тревогой вглядываясь в мое лицо. — Тебя обижают?

— Нет, что вы! — начала я размазывать слезы по лицу и улыбнулась через силу. — Это я по вам соскучилась! А теперь я просто счастлива!

Мы просидели втроем больше часа, то обнимаясь, то смеясь, а то и плача. Кузен помог мне лечь на кровать, потому что день сегодня выдался очень суматошный, и с утра я еще ни разу не смогла прилечь и отдохнуть.

Софи расспрашивала меня про бал во дворце, про одежду местных модниц, про короля и королеву. Я старалась утолить ее любопытство, но с сожалением поняла, что ничего толком не рассмотрела. Поэтому и отвечала лишь общими словами, такими как «красиво, изумительно, дорого, богато, роскошно»… Правда, сестренка удовлетворилась и этим, всё же она еще слишком мала, чтобы что-то

смыслить в моде, да и короля с королевой она уже видела на портретах в учебнике по истории государства, который ей приходилось изучать с приходящим учителем.

Андреас терпеливо ждал, когда Софи наговорится, и лишь с улыбкой наблюдал за нами, время от времени поправляя на мне тонкий плед или убирая невидимые пылинки со своего рукава. Наконец сестренка выдохлась и отправилась изучать мою комнату и вид из окон. Она подолгу стояла перед полками, прежде чем взять в руки какую-нибудь безделушку и рассмотреть ее вблизи. А потом зависла у окна, наблюдая с особым интересом то, как по улице проезжают богатые экипажи и пробегают служанки с поручениями от своих хозяев.

Этим сразу же воспользовался Андреас. Пересев ко мне поближе, парень взял мою руку в свои ладони и мягко погладил, а потом и вовсе поцеловал, с улыбкой заметив:

— Вроде бы расстались совсем недавно, а ты успела сильно измениться, Эви!

— Не прошло и дня, Андреас, о каких изменениях ты говоришь? — улыбнулась я.

— Сам удивляюсь, — признался он, — но за эти несколько часов ты заметно похорошела!

— Может быть, все дело в новых платьях? — предположила я, пожав плечами. — Дома ведь не нужно было прихорашиваться и делать какие-то прически, а тут положение обязывает в любое время дня и ночи выглядеть достойно звания жены герцога Ксорда.

Кузен подметил мою горькую улыбку, но тактично промолчал, лишь ободряюще сжал руку. Я решила воспользоваться случаем и расспросить его хотя бы о некоторых напрягающих меня моментах.

— Андреас, а напомни мне, пожалуйста, как у нас появилась та кровать, в которой я лежала у нас дома? — спросила я. — Я очень удивилась, когда увидела тут точно такую же!

Кузен оглядел мое ложе и ответил:

— Ничего удивительного, ведь мы приобрели ее у герцога Ксорда!

— То есть у него есть магазин с такой мебелью? — поразилась я.

— Магазина у него, насколько я знаю, нет, но мебель можно заранее заказать любую.

— Тогда, получается, у него есть мебельная фабрика?

— Фабрика? — переспросил Андреас. — Да нет, скорее, мастерская, где работают маги.

Я зарубила себе на носу обязательно поднять тему магии, а пока захотела раскрыть до конца этот вопрос о производстве специальной мебели для инвалидов.

— И давно Его Светлость занимается проблемами немощных? — спросила я.

— С тех пор, как его мать стала такой после страшного падения с обрыва, — понизил голос до шепота парень. — Насколько я знаю, она почти месяц перед смертью мучилась из-за паралича конечностей. Старый герцог быстро переключился на молоденьких любовниц, но сын до последнего ухаживал за ней. Поэтому он и взялся за разработку таких конструкций, только, к сожалению, не успел. Герцогиня умерла во сне, и смерть ее была очень загадочной. Поговаривали, что ей помогли уйти за грань. Но Тармон не стал раздувать скандал. Ее похоронили в семейном склепе Ксордов. И произошло это десять лет назад.