Чтение онлайн

Теперь ясно, почему Махукар требовал перечислить пожертвования как можно скорее. Одно меня удивляло — в академии учится вся знать Империи, то есть далеко не бедные люди. Неужели они не могут скинуться и сделать ремонт для своих отпрысков?

— Интересно, — протянул я, окидывая взглядом толпу, — а почему обе академии для аристократов расположены на территории Империи, а не в кланах?

У меня были свои предположения на этот счет, но хотелось бы узнать, как обстоит все на самом деле.

Санджей хотел ответить и только открыл рот, как его перебила сестра. Латифа сузила глаза, деловито

откинула рыжие косички за спину:

— Есть такое мнение, что Амар Самрат специально запретил открывать академии для ракта в кланах, чтоб контролировать и держать в заложниках детей знати. Если вдруг кланы решат восстать против него…

— Не говори глупости, милая, — оборвала ее Мэй. — Академии находятся на территории Империи, а не в кланах, чтоб не давать возможность этим кланам использовать детей в своих заговорах и войнах. Представь, что бы было, если бы Сафф-Сурадж находилась на территории Нага. Нам бы наверняка пришлось вам искать другую академию. К тому же здесь территория мира, любая вражда, даже если между кланами конфликты, запрещена. В Империи лучшие учителя со всех кланов и здесь они работают спокойно, не опасаясь за свою жизнь.

— Да-да, — иронично протянула Латифа, — а еще у кланов договор с Амаром Самратом. Каждый ракта с редким даром обязан служить Империи после выпуска из академии, точно так же как и доктора и учёные тамас.

— А император что взамен? — спросил я.

— Император следит за порядком, — неоднозначно ответила Мэй, наморщив нос и раздраженно махнув рукой, намекая, что такие вопросы в людных местах задавать не стоит.

Но я удивился. Власть и диктатура Амара Самрата куда сильнее, чем я предполагал. Неужели он настолько могуществен? Да, он бессмертен и сколько у него способностей и силы никому не известно. Но меня удивляло, что кланы так беспрекословно ему подчиняются. Ни одного бунта, ни одной революции за последние восемьсот лет. Несколько неудачных покушений и все. Кажется, Латифа права по поводу заложников. А ведь я всерьез думал, что кланы имеют свободу. Нет, в этом вопросе нужно разбираться более вдумчиво. Скорее всего, здесь все далеко не просто так.

Спорившие на входе студенты были строго, но вежливо разогнаны имперскими солдатами, и мы, наконец, вошли внутрь.

В холле сразу на входе нам перегородила путь крупная, плечистая мужеподобная женщина с таким каменным и суровым лицом, что, наверное, сам бы Фарид или Микчо позавидовали такой мине. Она была в строгом брючном костюме серого цвета с эмблемой Сафф-Сурадж и кроткими светлыми волосами.

— Это бал Далия учитель по Шастра-видье, — шепнул мне Санджей. — Она тамас, но лучше с ней не шутить. Очень строгая, и на экзаменах может завалить. Будешь пересдавать до бесконечности.

Шастра-видья я перевел как наука о владении оружием. Я покосился на бал Далию и тут же живо представил, как эта огромная женщина размахивает кинжалом или палит из автомата.

— Сорахашер, — то ли спросила, то ли уточнила строгим голосом бал Далия.

— Латифа Хал и Азиз Игал, — сказала Мэй.

Бал Далия окинула нас с Латифой грозным взглядом, затем заглянула в большую толстую тетрадь, с чем-то сверяясь, и сказала:

— Второй этаж, экзамен проходит в малом зале для тренировок. Поднимайтесь

и ожидайте, когда ваш клан вызовут.

По широкой каменной лестнице разветвляющейся на середине мы поднялись наверх. И уже на лестнице послышался галдеж наверху. Сразу стало понятно, в какую нам сторону.

Народу в просторном коридоре было — не протолкнуться. На самом деле будущих первокурсников не так уж и много, половина уже успела сдать экзамен и уйти. Но большую часть людей в коридоре составляли сопровождающие будущих учеников. И впечатление сложилось такое, словно мы не на экзамен попали, а на какой-то светский раут.

Знать Юга конечно же не могла упустить возможности покрасоваться сегодня здесь перед друг другом. Пестрые наряды, надменные лица, натянутые улыбки и ничего незначащие любезности. Большинство сопровождающих приехали показать себя. Наряды многих знатных бал совершенно не соответствовали поводу. Яркие вечерние платья, дорогие украшения.

Я украдкой взглянул на Мэй. Строгое темно красное платье до колен, светлые волосы стянуты на затылке, минимум косметики. Она — сразу видно, привезла дочь на экзамен. Остальные же…

Мое внимание привлекла возникшая в коридоре пара. Довольно контрастная пара, не обращать на них внимания было невозможно. Полная женщина и худая, я бы сказал, болезненно-худая девочка с печальным лицом. Девочку одели в нарядное ярко-розовое платье, которое только подчеркивало ее худобу и совершенно ей не шло. Она смотрела на окружающих как-то перепугано и смущённо. Зато ее сопровождающая…

Эта толстушка так и искрила эпатажем. Ярко-красное платье, блестящее как новогодняя мишура, обтягивающее полное тело. Большой вырез и грудь поднятая корсетом чуть ли не до подбородка, черные волосы пышной копной спускаются до плеч. Все это смотрелось безвкусно и нелепо, и совершенно неуместно здесь в академии. Взгляд зацепился за золотой обод на голове женщины. Змея, скрутившаяся в клубок. Меня словно током пробило. Тут же всколыхнулась внутри Алисана.

— Не смотри так туда, это Изана и Сафина Тивара, — шепнул мне Санджей в подтверждение моей догадки.

Я не мог не смотреть. Холодная злость тут же всколыхнулась в груди. Мы встретились взглядами. Изана вмиг изменилась в лице, став жесткой.

— Ракшас! — шепнула Мэй. — Они идут сюда.

Мэй слегка оттолкнула меня бедром от прохода, взяла уверенно за руку, ненавязчиво разворачивая спиной к Изане. Внезапный жест удивил меня, уж очень был такой… материнский что ли. Мэй, защищая, прикрыла меня собой. Хотя в этом не было никакой необходимости. Латифа и Санджей косились на Изану, через мои плечи. Я же не понимал что происходит. И чего это мы так прячемся от этой толстой змеи в мишуре?

Латифа и Санджей вмиг выровнялись по струнке, задрав подбородки и приняв чинный надменный вид. Изана значит здесь, за моей спиной.

Я не мог просто стоять и прятаться. Эмоции Алисаны мне не давали сохранять хладнокровие. Да и я сам не мог стоять, эта женщина несколько раз пыталась меня убить. Почему я должен прятаться?

Я резко развернулся, встретившись с ней лицом к лицу.

— Мэй Хал, Санджей Хал, малышка Латифа, — Изана изображала слащавое дружелюбие, — рада встречи. И раз у нас временное перемирие…