Месть наемника
Шрифт:
Фрост искоса взглянул на нее и услышал, как та что-то отрывисто ответила, как будто по-немецки. Наверное, говорила о том, как она счастлива, что скоро встретится с отцом. Явно не поняв ни слова из выданной тирады, капрал сделал шаг назад и козырнул. Стоящий рядом солдат тоже отдал честь. Капитан небрежно кивнул в ответ и наступил на педаль газа.
Въехав в город, он повернулся к Бесс:
— А я и не думал, что ты знаешь немецкий.
— Я его не знаю, — засмеялась та в ответ, — Мой дедушка говорил дома на идиш, вот я и решила, что по интонации этот язык может сойти за немецкий.
Капитан расхохотался:
— Хорошо, что этот трюк прошел,
— О, они влюбятся в меня с первого взгляда, — пошутила Бесс, — ведь я еврейка.
— Еврейка? Это будет очень интересно, особенно в том месте, куда мы едем, — загадочно проговорил Фрост.
Капитан бывал до этого в Буванди несколько раз и знал город довольно хорошо. Кроме того, он помнил карту, которую изучил раньше, поэтому быстро нашел нужный ему в столице адрес. Он припарковал джип перед каким-то складом и они с Бесс стали пробираться узкими переулками с четверть мили, пока не остановились у сравнительно нового магазинчика. Хэнку пришлось барабанить кулаком не одну минуту, пока, наконец, тяжелая железная дверь приоткрылась, и из узкой щели донесся тонкий голос:
— Кто там?
— Это магазин Ахмеда Бензади, торговца драгоценностями? — спросил Фрост.
— Подождите, пожалуйста, — ответил тот же голос. Через несколько секунд дверь открылась на цепочке, и показалось усатое луноподобное лицо.
— Да, сэр. Чем могу вам помочь? В магазин можно пройти через переднюю дверь, она открыта.
Капитан снял очки и прикрыл рукой левый глаз.
— Не узнаешь?
— Хэнк Фрост? Слава аллаху! А я слышал, что ты погиб. Заходи, дорогой.
Капитан пропустил вперед девушку, и они очутились в маленькой и темной комнатке, заставленной картонными коробками. Гости проследовали за маленьким толстым хозяином, который повел их не в магазин, а на второй этаж по узкой деревянной лестнице. Там он достал из нагрудного кармана медный ключ и открыл им старинный замок. За дверью оказалось жилое помещение. На блестящем полу были разостланы персидские ковры, разложены парчовые подушки, здесь же стояло несколько столиков из тикового дерева. Стены украшали картины восточных и западных живописцев. Из соседней комнаты приглушенно доносились женские голоса. Бензади жестом пригласил гостей садиться на низкий диванчик и тут же хлопнул в ладоши. В дверь проскользнули две женщины, одетые в чадру. Они плыли, словно невесомые черные привидения, едва касаясь пола. Их фигуры были полностью задрапированы в темную ткань, только глаза смотрели сквозь тонкую вуаль, служившую единственным окошком в мир. Хозяин сказал им что-то по-арабски, и женщины исчезли, но скоро возвратились с вином и фруктами для гостей. Затем так же бесшумно, не произнеся ни слова, они покинули комнату.
— Как здоровье жены и дочерей, мой друг? — вежливо осведомился Фрост.
— Спасибо, они в полном здравии. Хэнк, ты не представил мне свою очаровательную спутницу.
— А, — улыбнулся капитан, — это Бесс Столлмэн, журналистка. Их группу расстреляли террористы несколько дней назад, и с тех пор я ее не оставляю одну.
— Как же вам удалось попасть в город? Насколько я знаю, ты больше не работаешь на Чапмана.
Бензади скользнул взглядом по форме капитана. Тот засмеялся, закурил и оглянулся по сторонам в поисках пепельницы. Тут же в комнату проскользнула девичья фигура в черном, судя по стройности — одна из дочерей хозяина,
— Это было несложно. А что, полковник хвастался о том, что он сделал с нашим батальоном?
— Нет, не хвастался, но ничего и не скрывал. Так это правда?
— Я — единственный оставшийся в живых.
— Почему же ты пришел сюда? Хочешь отомстить? Ты спятил. И еще подвергаешь опасности жизнь молодой леди.
Фрост был благодарен девушке, что она пока не проронила ни слова, видно, почувствовала атмосферу, царившую в доме. Смакуя вино, Хэнк рассказал всю предысторию его появления в Нугумбве и трагедию, случившуюся с журналистами, коллегами Бесс. Когда он закончил, хозяин сделал краткий вывод:
— Значит, ты хочешь убить Чапмана и, по возможности, вернуть деньги. А как ты собираешься это сделать?
— Думаю связаться с Питером Кертисом, он работает здесь по заданию Компании. Готов поспорить, что ты его знаешь.
Старик засмеялся.
— Должен сказать, мой юный друг, что ты, как у вас говорят, попал в точку.
— Я ведь подозревал, что ты зарабатываешь больше денег на продаже информации, чем на торговле драгоценными камнями, отсюда логичный вывод — ты не можешь не знать человека ЦРУ.
— Тебе повезло, что, хотя я и араб, но люблю вас, американцев. А это очень опасно, особенно в наше время. Три месяца назад мне стоило лишь показать на мистера Кертиса пальцем — Чапман заплатил бы целое состояние, чтобы узнать, кто является резидентом ЦРУ и где он находится.
— Как, ты и это знаешь?
— Да, — усталым голосом ответил хозяин, — по крайней мере, где он был до последнего времени и как туда попасть.
— Так ты поможешь мне? — спросил Фрост.
— Ну как же я могу тебе не помочь, мой друг? Ведь ты вернул мне самую младшую мою дочь, спас ее жизнь и целомудрие.
— Мне нужна информация о том, где найти Кертиса, и о том, что собирается предпринять полковник со своими наемниками. Есть у меня еще одна просьба.
— И какая же?
— Дело в том, что эта девушка — еврейка. Я не хочу ничего от тебя скрывать, — Хэнк дал понять Бензади, как ему доверяет. Он знал по опыту, что, как большинство арабов, тот не отличался любовью к евреям, хотя и не желал им зла. — Может она побыть у тебя, пока я не свяжусь с Кертисом?
— Эй, — запротестовала Бесс, — я пойду с тобой.
— Тихо, не шуметь, — приказал ей хозяин. Девушка сверкнула на него глазами, но не стала спорить.
— Пусть она побудет в твоем доме, в безопасности.
— Хорошо. Если ты так волнуешься за нее…
Фрост кивнул.
— Мы переоденем ее в арабку, потому что, когда мнимая дочь Чапмана не прибудет в его резиденцию, солдаты начнут искать загадочную девушку и офицера, который вез ее. А светлые волосы выдадут твою спутницу — как вы, американцы, говорите — с башкой?
— С головой, — поправил его Фрост, стараясь не рассмеяться.
— Да, выдадут с головой, — задумчиво повторил Бензади. — Но мы спрячем ее. Я отошлю одну дочь к двоюродной сестре, которая живет недалеко от нас, а мисс Столлмэн займет ее место. Только придется немного поносить чадру, но этот маскарад продлится недолго.
— Подождите, подождите, — вклинилась в разговор Бесс. — Не хочу вас обидеть, мистер Бензади, и ценю вашу помощь, но не стану я носить эту…
— Дорогая, — повернулся к ней Фрост, — ты хочешь, чтобы Чапман подарил тебя своим офицерам? Ты хочешь издевательств и смерти? Или все-таки сможешь поносить чадру несколько дней?