Чтение онлайн

– Хорошо, включаю, но понадобится время, чтобы перетащить устройство с носа корабля в хвост и закрепить. К тому же, торможение таким способом займёт несколько месяцев, да ещё учитывая то, что эффективность снизится.

– Ловить газ ты сможешь в количестве малом, а вот магнетическое притяжение возникнет не хилое, несколько ньютон минимум, а на максимальной мощности питания и того больше.

– Ясно.

– Хорошо, я продолжу свои каникулы?

– Не может быть, ты сам хочешь бросить работу?

– Просто, не вижу ничего интересного, потом, как... Проверю результат. А сейчас всё равно ничего не происходит. Не вижу смысла наблюдать за тем, как ты будешь тащить ионизатор, крепить, и как он много недель будет работать. Это слишком долго и нудно.

– Хорошо, иди.

Шли месяцы, наша одиссея продолжалась успешно, пришельцы нас не нашли.

Мы сбросили скорость, и теперь двигались в космосе сравнительно медленно, всего несколько сотен километров в секунду, по направлению прочь от Земли, прочь от Солнечной системы. Я создал небольшой термоядерный реактор, чем-то похожий на такамак, только совсем маленький, и магниты у него были постоянные. Этот такамак старательно переплавлял атомы водорода в металлы, в слитки, а потом откладывал их про запас. Лишнее тепло от такамака превращалось в электричество, и обеспечивало работу ионизатора, который в свою очередь излучал энергию в виде микроволнового излучения, которое требовалось, чтобы собирать межзвёздный водород. Так что, дела шли потихоньку, материя на борту корабля копилась, но довольно медленно, пока всего в количестве нескольких килограмм в день. Но времени даром я не терял, я сделал несколько станков и прессов, и теперь занимался оптимизацией устройства корабля. Я перерабатывал металлы корпуса, проводя внутри пассажирского корабля перестройку, перепланировку, как новый хозяин в старой квартире. Меня все устройства, электронику, выплавлял более надёжные блоки и детали. Изготовлял для своих нужд запасное оборудование. И вскоре принялся даже за систему двигателей и баков с рабочим телом. В основном, я работал и шёл по пути оптимизации, заменяя менее прочные вещества новыми более прочными. Аналогично бак, двигатель, источники энергии, я перестраивал всё, потому что больше всё равно было нечего делать. А развлекаться в виртуальном мире я не хотел, потому что было чем заняться. Так что ALF-12 неузнаваемо менялся.

И так, настал день и час, когда примерно спустя год полёта, ALF-12 изменился полностью, правда за это время, я сумел добыть из окружающего пространства лишь несколько тонн материи, совсем мало. Но пора было подумать о поиске планеты бродяги. Мы долго работали над этой темой, и пришли к выводу, анализируя то, сколь медленно мы добывали вещество, что использовать реактивные двигатели в такой ситуации непозволительная роскошь, и все летающие аппараты зонды, которые будут вести разведку, совершенно обязательно должны быть оснащены не реактивными двигателями. И двигателей на каждом таком аппарате должно быть не меньше шести. Два основных и четыре запасных, аналогично каждая схема, чтобы не дай бог, аппарат не потерялся.

Так что настал день и час, и я приступил к созданию зондов, который займутся поиском планеты бродяги. Я работал над ними долго, несколько месяцев, пока первые четыре аппарата не были закончены. Они полетят в космосе гигантской четырёх лучевой пирамидой, на удалении в десять астрономических единиц друг от друга, и смогут ловить не только тела находящиеся внутри пирамиды, но и тела за пределами. При этом, они имели такую чувствительность, что смогут обнаружить любое тело внутри пирамиды, массой свыше десяти миллиардов тонн. И, безусловно, поиск будет вестись с применением гравитационного детектора. Эти аппараты покинут борт ALF-12 и смогут долгие годы курсировать в космосе в поисках объекта массой свыше десяти миллиардов тонн. И если они найдут, то пошлют нам сигнал. В будущем я планировал сделать много таких поисковых систем, и запустить их фильтровать весь космос. При этом, я понимал и то, что просто проверять весь космос бессмысленно, и найти крупного бродягу, это вопрос удачи. Ведь бродяги не неподвижны, а они плывут в пустоте по неизвестной нам траектории, с неизвестной скоростью. Поэтому, один и тот же сектор придётся проверять много раз. И найти бродягу, это вопрос удачи, а не строгого математического расчёта.

Я вышел в центр рубки космического корабля, и объявил свой приказ:

– Начать поиск планеты бродяги.

– Есть капитан Америка, - пошутил один из виртуальных офицеров.

– Ладно, Скайнет, перенеси меня в ядерную лабораторию.

Я телепортировался, и оказался в большом светлом помещении, тут было много учёных в белых халатах, и в центре была большая экспериментальная установка.

– Что ты хотел?

– Есть у меня идея, как получить из малой массы вещества, большое количество атомов.

– И как же?

– Надо лучше изучить электромагнетизм и термоядерный синтез, особенно момент превращения протона в нейтрон и наоборот, а также позитроны и электроны.

– Что ты хочешь?

– Ну, во-первых, начнём с того,

что при столкновении пучков на больших скоростях, а также при особо высоких энергиях, можно из кваркоглюонной плазмы изготовить больше кварков, несущих заряд, чем было в системе до начала процесса аннигиляции, хотя при этом суммарная масса реагирующего вещества не изменится.

– Но мы получим больше электронов и позитронов, я знаю. Но как их использовать?

– Я считаю, что...

Скайнет был недоволен, постройка достаточно мощного ускорителя частиц съела у меня почти две тысячи тонн запасов металла. Массу времени и энергии. Тем более, что этот ускоритель имел тяжёлую присадку, особый инструмент, который приводил к тому, что при аннигиляции, к зоне аннигиляции, столкновения, с помощью особых лазеров огромной мощности подводилась огромная энергия. И вся эта конструкция была тяжёлой и трудоёмкой, и Скайнет никак не понимал, как подвод дополнительной энергии в зону аннигиляции может повлиять нам помочь, и в чём?

И вот установка впервые заработала, я стоял в центре управления, перед её виртуальным макетом, имитирующим реальную работу установки. Прошла минута, две, и Скайнет прекратил работу.

– Есть результат?

– Да, мы потеряли безвозвратно около ста грамм материи, которая была превращена в тёмную материю. Теперь эта тёмная материя покинула корабль.

– Что с позитронами и электронами? Ты поймал нужные мне бета частицы?

– Как ты и предполагал, мы получили много позитронов и электронов, в среднем, на каждый нуклон ядер, на каждый протон или нейтрон, было рождено около тридцати позитронов и электронов. То есть вследствие подвода энергии мощными лазерами к зоне аннигиляции ты действительно увеличил вероятность рождения кварков в зоне аннигиляции, но что толку от этих позитронов и электронов без ядер?

– Второй объект готов к работе?

– Не думаешь же ты, что мы можем делать ядра из электронов и позитронов, то есть из бета частиц? И потом, что будет играть роль нейтронов? Да и вообще, я не видел ни разу в природе ядра, состоящие из бета частиц, такого просто не бывает, это ведь даже круче чем анти материя.

– Я думаю, роль нейтронов сыграют некоторые типы холодных нейтрино, что были пойманы нами. Мы изготовили их запас заранее, я не зря работал с ядерной физикой, у нас есть колба с холодными нейтрино, герметичная колба из абсолютной брони.

– Ясно.

– Всё, давай рекомбинируй по программе.

– Хорошо, пробую, начинаю охлаждение бета частиц, электронов и позитронов, готовлю нейтрино.

Я скрестил пальцы на удачу, потому что это была глубокая теория, я предположил, что холодные стабильные нейтрино, смогут играть ту же роль, что нейтроны в ядрах. Если всё пойдёт удачно, мы получим ядра, состоящие из позитронов и нейтрино, а также искусственные полу сверхтяжёлые ядра. При этом вся цепочка ядер облегчится. И мы получим таблицу Менделеева, в которой масса каждого атома будет примерно в 1870раз меньше массы аналогичного обычного атома. То есть, можно получить железо с плотностью не 7800кг/м3, а где-то около 4 кг/м3. При этом это будет полноценное железо. Или вольфрам с плотностью 10 кг/м3. И такие вещества даже в состоянии вынужденной валентности, будут иметь плотность меньше лития, самого лёгкого металла таблицы Менделеева. И такие вещества можно использовать не только для создания толстой и невесомой брони кораблей. Но и как устройства, в которых должна быть минимизирована инертность, лопатки турбин, компрессоров, валы, и динамические устройства. А также, такие вещества можно использовать для создания более совершенных нано роботов, если объединить эту технологию с технологией сверхвысоких давлений. И даже как рабочее тело тепловых ракетных двигателей. Ведь электронный потенциал вещества такой же, как у Таблицы Менделеева, а масса почти в две тысячи раз меньше. Значит и удельный импульс, например, продуктов сгорания водорода будет в две тысячи раз больше. То есть самый банальный керосин кислород сможет развить скорость истечения из сопла семь тысяч километров в секунду. Что уж говорить про запасание энергии в виде ядерных изомеров сверхмалой массы, когда энергия в таком сверхлёгком ядерном изомере превысит энергию E=mc2 во много раз, а это технология звездолётов. Перспектив у этого вещества, полученного методами ядерной физики столь много, что сложно себе представить. И самое главное, я полагал, на основании данных разведки, нападения врага на Солнечную систему, что наш враг, даже не подозревает о том, что такие технологии, превращения вещества нуклонов в бета частицы вообще существуют в природе.