Мессия
Шрифт:
– А это голова, а на голове отростки.
– Жесть, представляю, каким будет малыш, когда родиться. Но голова столь велика, не пропорционально велика уже.
– Да, голова велика, очень, и эмбрион проходит стадию развития, которой никогда не было в истории земных организмов. Это удивительно, и я думаю...
– Профессор, вам не кажется, что нам нужно срочно принять меры по предотвращению выкидыша, - заметил Дима.
– А ещё я бы выписал иммуно подавляющие средства. Я знаю, что обычно иммунитет не является причиной отторжения и выкидыша зародыша, но в данном
– Конечно Дима, это надо выпить срочно, и ослабить иммунитет женщины, и средства от выкидыша надо принимать постоянно, и вообще необходимо прямо сейчас сдать анализы мочи и крови. Выкидыш, и на ранней стадии, весьма вероятный исход в данном случае.
– Этого не может быть, - вздохнула Жанна.
– Не волнуйтесь женщина, мы хорошие врачи, мы проследим, и минимизируем вероятность выкидыша. А сейчас, давайте я вам сделаю укол, то, что Дима прописал, иммуно подавляющее, и от выкидыша. А там, дальше, получим результаты анализов, и подумаем, что вам пить и колоть дальше.
Доктор отошёл от пациентки к соседней тумбочке, открыл её, поискал что-то там, достал два дорогих импортных пластиковых одноразовых шприца, подошёл к Жанне, сел около неё, и аккуратно ввёл в кровь женщине средства.
– Теперь главное обеспечить для вас стерильность помещения, иначе, под иммуно подавляющим средством, вы можете тяжело заболеть, и тогда мы точно потеряем плод.
– Ужас...
– Не волнуйтесь... Сейчас я возьму кровь на анализ, прямо сейчас...
Профессор взял ещё один шприц, ловко попал с первого раза Жанне в вену, и набрал пару кубиков крови, потом достал ваточку, пахнущую спиртом, и прижал к вене, чтобы остановить кровь.
– Ну что не больно?
– Нет.
– Это новые шприцы, у них меньше диаметр иглы, и поэтому уколы совсем безболезненны, так что не сомневайтесь, у нас здесь лучшее оборудование. А сейчас сходите, пописайте, о результатах анализов я вам расскажу сам, сразу как они будут готовы.
– А когда они будут готовы?
– Часа через два, не позже, довольно быстро. У нас здесь собственная лаборатория, и к анализу приступят прямо сейчас. Сразу, и я сразу получу данные о вас.
– Ясно.
Её забрали из кабинета УЗИ, и отвели в комнату к Яне, Жанна тяжело вздохнула и легла, а профессор с его учениками куда-то ушёл, и они остались одни. Жанна недолго полежала в тишине, потом Яна обратилась к ней:
– Не кисни подруга, тут хорошо кормят, хорошо лечат, только гулять не разрешают, потому что они колят иммуно подавляющие и другие лекарства, чтобы предотвратить выкидыш... Так что, что я говорю, тоска смертная тут лежать, разве что, книжку можно почитать, Чехов иногда приносит, если попросить. Хотя, лучше бы телевизор поставили...
– Что скажет мой Павел...
– А кто такой Павел?
– Мой муж...
– Да ничего не скажет, если мозги есть, поддержит, есть у твоего Павла мозги?
– Мозги у него есть... Но я пропала, и с концами, что с ребёнком? Дождётся ли... Это же пол года...
– Он в армию ходил, ты ждала? Вот и он тебя подождёт...
– Мы с ним уже после
– Ничего, дождётся, всё же его ребёнок. Зато, подруга, не кисни, тут кормят, правда вкусно, очень вкусно, и теперь, есть с кем поболтать, ты в шахматы играешь?
– Нет, в шахматы я не играю...
– Жаль.
В комнату вошёл Дима, помощник Чехова, у него в руках был странный аппарат. Он подошёл к Жанне. Она настороженно посмотрела на него.
– Это переносной детектор радиации, очень чувствительный. Я померяю уровень радиации, на всякий случай.
– Меряйте.
Он подошёл к ней, поднял майку, и стал водить аппаратом по животу, тот стал тихонько пищать, прошло минут пять, Дима закончил мерить.
– Ну, как? Есть что-нибудь?
– Нет, здесь в помещении шесть целых тридцать три сотых микрорентгена в час сейчас, это очень низкий уровень радиации, мы специально подобрали его для вас. Но в вашем зародыше радиации нет, и это хорошо. Хотя, это ни о чём не говорит, потому что у всех кроме Насти уровень радиации в норме, точнее, у Яны немного повышен, но совсем чуть-чуть. Просто, на самом деле мутация была вызвана отдельными радиоактивными частицами, диагностировать их сейчас сложно и почти невозможно, так что... Это ни о чём не говорит.
– Но это же хорошо, что во мне нет радиации, правда?
– Да, это хорошо, сильное облучение не имело места. Действительно это так. Это хорошо. Но не думайте, что облучение зародыша обязательно должно быть сильным, мутацию может вызвать и отдельный радиоактивный пучок частиц, вы могли его получить ещё в момент зачатия, и потом он выветрился. Просто, главное, не волнуйтесь, уровень радиации у вас в норме, ну всё я пошёл.
Он вышел, а Жанна так и осталась лежать в помещении с подругой. Яна продолжила болтать, но Жанне совсем не хотелось с ней общаться сейчас, и она вскоре замолчала, так и лежали молча, Яна продолжила читать свою книжку. Вскоре, дверь снова открылась и в палату зашла медсестра в белом халате с тележкой, на тележке было четыре блюда, на двух женщин, какой-то борщ и гречневая каша с курицей, весьма не плохо по меркам Жанны. Также на подносе в центре лежали нарезанные яблоки, и в графине имелся компот. Жанна села, но есть не хотелось, но она пересилила себя, и немного похлебала борщ, а вот Яна заставила себя съесть почти всё, а потом стала тискать и Жанну. В итоге, с понуканий Яны, переступив через нехочу, пришлось всё-таки съесть всё, включая яблоки, и выпить компот.
Спустя час, в комнату зашёл профессор, на этот раз он был один. У него в руках блокнот с ручкой, он сел у кровати Яны.
– Ну что, я хочу вас обрадовать, в лаборатории провели первичное исследование крови и мочи. Никаких наркотиков или никотина в вашей крови не обнаружено, и это хорошо, и это главное. Так же не обнаружили и других посторонних опасных химических веществ, которые могли бы вызвать мутацию. Так что речь не идёт о мутации вызванной химическими веществами, и вы попадаете под нашу ответственность. Этот дефект вызван радиацией, это точно.