Меня предавать нельзя

Называть авантюрой то, что неизбежно приведет мою семью к краху, наверно, было глупой затеей. Но мне становилось легче, когда я произносила это слово.

Авантюра.

Что-то легкое, ненавязчивое, даже игривое. И рискованное.

А состояла она в том, что мой изменщик-муж на какое-то время окажется наедине с детьми, которые способны и мертвого из могилы поднять, и ему придется решать проблемы собственных дочерей. Наших близняшек Анны и Марии, на которых Владлен уже давно почти не обращал внимания и наверняка считал, что они растут

сами по себе.

Решение отвезти в офис Токарева детей и оставить их там, несмотря на то, что Владу нужно было лететь на важнейшую конференцию, далось мне непросто.

Самое забавное состояло в том, что моему карьеристу-мужу и впрямь нужно было улетать по делам. Он не направлялся сегодня к очередной девице, которых трахал пачками, о чем я узнала совершенно случайно. Эту сторону жизни Владлен мог отложить на потом, но все, что касалось его драгоценной фирмы, Токарев ставил на первое место.

Туда, где по моим представлениям, должна была находиться семья. Ну или хотя бы дети, раз уж ко мне Влад давно остыл.

Сначала я закрывала глаза на холод в отношениях. Он начался примерно в тот момент, когда Ане и Маше было по пять лет. Я списывала это на усталость мужа – ведь он сумел за считанные месяцы поднять на ноги свою фирму, которую ему помог организовать отец. Потом стало обыденностью понимать, что мы все больше становимся друг другу чужими. А не так давно я узнала, что Токарев мне регулярно изменяет.

Нет, у него не было ни к кому чувств, насколько я могла судить. Он менял баб, как перчатки. Обычно нанимал девушек для так называемого сопровождения. Они летали с ним на деловые встречи, разумеется, держась в тени тогда, когда это было нужно. И согревали его постель долгими командировочными ночами.

Первый порыв устроить мужу скандал и разбить о его голову пару тарелок я отбросила довольно быстро. Мне нужен был закрытый гештальт. И я ухватилась за свой план руками и ногами. Он помогал мне дышать и существовать дальше.

Очень больно, знаете ли, осознавать, что та жизнь, которая была смыслом всего бытия, на самом деле – лишь призрак прошлого. И в настоящем тебе уготована лишь роль бесплатного приложения к журналу «Мурзилка».

Итак, я планировала переложить на плечи мужа все заботы, связанные с дочерьми, в чем мне согласились помочь все родные и близкие. Они, как один, встали на мою сторону. Даже свекровь и та сразу заявила, что «Владика нужно непременно проучить».

Я уж не стала говорить ей, что на «проучить» останавливаться не собираюсь, и пока не доведу дело до развода, не успокоюсь. Но у меня был ее воинственный настрой, и я была ей благодарна за то, что Виктория Викторовна на моей стороне.

– Мам, а может, лучше вот это?

– Нет! В красном хочу ехать я!

– Но мы близнецы! Мы можем одеться одинаково!

Аня и Маша, которые, конечно, совершенно не были погружены в проблемы взрослых людей, в очередной раз затеяли спор на тему одежды.

Красный был их излюбленным цветом, но чем старше

становились девочки, тем острее было их желание хотя бы одеваться по-разному.

Я никогда не наряжала дочек одинаково. Бывали моменты, когда они сами требовали идентичные предметы гардероба, что я, разумеется, не воспрещала. И вот они подросли и в последнее время могли сцепиться из-за банальных шмоток.

– Я не хочу одинаково! Я хочу этот пиджачок! – настаивала Аня, пока Маша опять нырнула в их весьма обширный гардероб.

– Ты можешь надеть такой же, но черный, – примирительно сказала я младшей дочери.

На самом деле, разница у них была в появлении на свет весьма условной. Но Анна в последнее время с бульдожьей хваткой вцеплялась в знание, что она чуть старше. И именно на основании этого обстоятельства и пыталась командовать сестрой.

Девочки росли всегда очень шебутными, активными и живыми. За ними был нужен глаз да глаз, и мы все в семье это знали. У меня на подхвате были то муж, то мама с папой, то свекровь. И все равно я чертовски уставала под вечер, да так, что мне хотелось лишь принять ванну, лечь в постель и не шевелиться.

– Ладно, надену черный, – решила Маша.

Она обрядилась в деловой стиль. Раз уж близняшки ехали в офис папы, выглядеть они должны были соответствующе, как считали сами дети.

Глядя на них, я не испытывала ничего кроме горечи. Мои малышки предстоящую поездку воспринимали исключительно как приключение. Мать Токарева вообще наплела им с три короба, что папа сегодня отвезет их на аттракционы. И я очень переживала за то, как бы у детей не случилась фрустрация всей жизни.

И конечно, очень рассчитывала на то, что Владлен одумается, останется дома и перенесет свою чертову конференцию. А когда он достаточно побудет в роли хорошего отца, мы с ним поговорим. И я очень рассчитывала на то, что Токарев поймет простую вещь – я не бессловесная скотина. Меня предавать нельзя.

– Все, бабушка уже ждет вас в саду! – заявила я детям, когда они, наконец, подготовились к отъезду. – Поезжайте и весело проведите время, – напутствовала я Машу и Аню.

Близняшки быстро чмокнули меня в щеки и умчались прочь. А я, проводив их взглядом, вздохнула.

Следующая часть плана состояла в том, что мне придется уехать из дома. Но этот отрезок задумки был наименее трудным. Сложнее всего будет успокоиться и не допереживаться до инфаркта, когда буду гадать, как там девочки.

Впрочем, Токарев не оставил мне выбора. И наказание его ожидало уже вот-вот…

***

– Вета, где тебя черти носят? – рявкнул в трубку Владлен. – У тебя мои чертовы посадочные, я не собираюсь бегать по сотне почт и искать их полдня! Рейс совсем скоро!

Сегодня Токарев с самого утра был не в своей тарелке. У него имелся определенный нюх на какие-либо ситуации, которые можно было назвать жопными, вот и сегодня с рассвета прям под ложечкой сосало.

Что-то должно было случиться.